За всеми перипетиями со снятием с должности отца Всеволода Чаплина и его последовавшими заявлениями по поводу расхождений в мировоззренческих позициях с патриархом все как-то не заметили главного.
Должность Чаплина была до крайности неудобная: «друг всем – друг никому
Того, что произошло слияние двух синодальных отделов: информационного и отдела по взаимодействию Церкви и общества. И возглавлять новосозданный синодальный отдел будет Владимир Легойда.
Начать стоит, пожалуй, с «общественного отдела», который даже на уровне названия у многих вызывал некоторое непонимание. Церковь, «экклезиа» – это, дословно, то же «общество», «народное собрание». То есть бывшая вотчина отца Всеволода буквально была «отделом по взаимодействию общества и общества». И чем этот отдел занимался, в отрыве от привязки к тем же СМИ, было не очень понятно.
Потом, когда отец Всеволод фактически стал одним из «голосов Церкви», стало понятно, что происходит: но не сказать, чтобы это радовало. При этом даже не потому, что «в этих наших интернетах» большинство писало про Чаплина «фу-фу-фу, что это за брутально-тоталитарная риторика а-ля советский православный халифат».
В социальных сетях много чего пишут, не особо разбираясь в вопросе. Дело в пресловутом обществе, и церковном в том числе.
Определенная часть паствы, да и российского социума настроены именно так, решительно, патриотически, с «православным Сталиным» в голове. Но это только часть.
И проблема отца Всеволода и его отдела была в том, что взаимодействовать он пытался только с этой частью. А не с обществом в целом, во всей полярности мнений этого общества. В этом плане вообще должность до крайности неудобная: «друг всем – друг никому».
Ну вот, собственно, и получилось, что ничего не получилось. Ну да Бог с ним, с Чаплиным. Куда интереснее, что будет теперь.
Понятно, что новый отдел по функционалу куда полноценнее. Даже на уровне целеполагания. Посредством новой структуры будет осуществляться взаимодействие церкви с «внешним», если так можно выразиться, миром, тем, что за церковной оградой, как раз через пресловутые СМИ. Ну то есть цели и средства нашли друг друга в объединенной структуре.
Теперь что касается самого Владимира Легойды и почему все это синодальное хозяйство возглавил именно он. В плане медиа и говорить нечего. Легойда журналист, он редактор, про его журнал «Фома» знают все православные и очень многие светские, нецерковные люди.
В общем-то, в свое время «журнал для сомневающихся» стал медийным прорывом русской Церкви. Такого качественного, интересного и актуального издания до «Фомы» не было.
При этом обращался «Фома» в первую очередь к новоначальным прихожанам, а то и просто захожанам. Журнал был по-хорошему миссионерским и во многом катехизаторским. Да почему, собственно, был? Он и сейчас такой. И это радует.
То есть работать со СМИ Владимир Романович Легойда очевидно умеет. Ну а что касается общества в целом, то здесь в плюс ему идет то, что он – мирянин. Не монах, епископ или даже «белый» священник, а такой же, как мы с вами, мирской человек, саном не облеченный. Условно говоря, он к людям ближе.
И, хотя наличие подрясника с наперсным крестом у спикера в последние годы мало уже кого смущает, некоторая дистанция все равно остается. Что, в принципе, нормально и естественно.
Священническое служение и должно несколько дистанцировать служителя от мира. И этот чисто психологический эффект остается как в церковной, так и в светской среде. Но вот в рамках плотного взаимодействия с этим самым миром, с обществом за церковной оградой, такой эффект можно считать «побочным».
Владимир Легойда в этом плане как раз представитель «мирского сословия». Он, в общем-то, и в церковном социуме не отделен подрясником от любого из прихожан и для общества в целом такой же человек. Только воцерковленный православный христианин. Который может и будет говорить с социумом на равных. И это, пожалуй, главный плюс его нынешнего назначения.При этом важно понимать, что в Церкви просто так ничего не происходит. То есть понятно, что сейчас многие «эксперты» в социальных сетях пишут, что все эти совмещения отделов – они нужны только для того, чтобы убрать Чаплина.
Настолько тот непотопляемая фигура. Но это пишут люди, которые в массе своей имеют представление о внутренней логике жизни РПЦ из блогов своих друзей по социальным сетям.
Отделы совмещены для того, чтобы церковь могла эффективнее осуществлять свое служение на определенном миссионерском фронте. Цель Церкви – это, если максимально просто, познакомить, осуществить встречу человека и Бога. Привести человека ко Христу. И ровно для этого все в Церкви и делается. Что на уровне сельского прихода с хором из трех старушек, что на уровне синодальных отделов.
Поэтому в слиянии отделов и в назначении туда мирянина Владимира Легойды начальником нужно видеть не какие-то аппаратные игры, а новый шаг навстречу людям. Тем, кто, может быть, и хотел бы найти Христа, но не знает, где и как искать.
И в этом плане Легойде и его сотрудникам придется говорить не только со СМИ, но и с российским социумом на понятном этому социуму языке. Говорить много, но в то же время убедительно.
Говорить перед огромными массами этих самых людей. Ну, на то, как уже было сказано выше, у нового отдела есть в обязанностях и работа с медиа. К массам лучше всего обращаться через них. Более эффективного способа пока не придумали.
Вообще же Владимиру Романовичу хочется пожелать помощи Божьей и всяческих успехов. И не перегореть на работе. Обязанностей у него явно прибавилось, а в сутках все те же 24 часа. Но, немного зная Владимира Легойду, можно сказать, что у него все, ну или почти все, получится. Получится хорошо, и хорошо весьма.