На прошлой неделе в США разразился громкий скандал: СМИ сообщили о существовании секретной программы PRISM, в рамках которой спецслужбы собирали личную информацию о пользователях социальных сетей и поисковых серверов, включая переписку, а также сведения о местонахождении граждан. Вначале власти США пытались объяснить, что речь идет только об иностранных гражданах, находящихся за пределами США, и что Агентство национальной безопасности США и ЦРУ действуют на основе закона о контроле за деятельностью иностранных разведок (FISA) и Protect America Act (PAA), который позволяет вести слежку за иностранцами за пределами США без санкции суда. Однако довольно быстро выяснилось, что кроме «Майкрософта», «Яху», «Гугла», «Фейсбука», AOЛ, «Скайпа», «ЮТуба», «Эппла» и некоторых других со спецслужбами сотрудничал и сотовый оператор «Веризон», так что и американским гражданам тут не повезло. Были и другие утечки, уточняющие и дополняющие масштаб деятельности спецслужб.
После дела Стросс-Кана все чиновники Федеральной резервной системы США все поняли – и безоговорочно «легли» под Белый дом
Я не буду влезать в детали скандала – все более или менее грамотные люди отлично знают о тотальной слежке, это совершенно не новость, только наивные граждане США, которым что-то там говорили о «свободе», могут считать, что у них есть какие-то шансы на частную жизнь. Так что про скандал – это в других местах. Мне же интересно другое: почему этот скандал разгорелся именно здесь и сейчас. Почему его виновник (ну или, точнее, человек, которого сейчас выводят на первые позиции) Эдвард Сноуден попросил убежище именно в Гонконге, почему про скандал впервые написали американская «Вашингтон Пост» (бывший рупор республиканцев) и английская «Гардиан»... В общем, я попытаюсь дать версию ответов на те вопросы, которые СМИ стараются оставить в тени.
Для начала вспомним лето 2011 года, когда случилось пресловутое дело Стросс-Кана. Я уже неоднократно отмечал, что произошло оно в связи с желанием мировой финансовой элиты повторить в мировом масштабе то, что она сделала в начале ХХ века в США, то есть создать контролируемый ею финансовый центр, полностью подминающий под себя всю финансовую систему. И тогда (в масштабах США), и сегодня альтернативой этого решения был распад существующей финансовой системы в связи с невозможностью более принимать на себя растущие экономические (о финансовых не говорим, поскольку они носят внутренний для этой системы характер) риски.
Тогда – получилось, в результате чего финансовая система в условиях дефляционного кризиса 30-х годов прошлого века получила возможность взять под свой контроль подавляющую часть мировой экономики (и, отметим, стала доминировать и в мировой элите, особенно после Первой мировой войны, разрушившей аристократические дома Европы). Сегодня – нет, бюрократия США, воспользовавшись тем, что подготовка к созданию «центробанка центробанков» велась, в отличие от начала ХХ века, открыто, нанесла жесткий удар, полностью разрушив все планы мировой финансовой элиты. Буквально на следующий день после ареста Стросс-Кана из всех документов G8 и G20 исчезли даже упоминания о «центробанке центробанков», а мировая финансовая элита оказалась в крайне сложном положении.
Дело в том, что инфраструктура ее деятельности – мировая финансовая система – сама по себе убыточна. Если нет контроля над мировым эмиссионным центром и системой уклонения от уплаты налогов, то издержки похоронят всю систему. Причем контроль над эмиссией – это главное. Но после дела Стросс-Кана все чиновники Федеральной резервной системы США все поняли – и безоговорочно «легли» под Белый дом. Из-под мировой финансовой элиты выбили краеугольный камень. Соответственно, стало понятно, что как единое целое она больше существовать не может. Соответственно, она и распалась как минимум на три части.
Первая – остатки той группы, которая паразитировала на ссудном проценте и эмиссии, которую у нас называют по разному: «алхимики», «процентщики» или «фининтерн». Вторая («менялы») – та, которая переориентируется на стимулирование создания альтернативных валютных зон и контроль финансового оборота между ними (без влезания внутрь), привязанного к золоту. И, наконец, третья группа – это региональный аналог «процентщиков» внутри США, которые готовы вместе с администрацией Белого дома восстанавливать экономику этой страны, ориентируясь на ресурс ФРС, применимый исключительно для поддержки национальных институтов. Некоторые конспирологи называют вторую группу «Ротшильдами», а третью – «Рокфеллерами», но поскольку мы принципиальные противники конспирологии, то оставляем это на их совести.
Так вот, на первом этапе первая из перечисленных групп («процентщики») понесла самый серьезный урон. У нее отобрали контроль над ФРС (то есть эмиссионным центром), нанесли удар по офшорам, угрожают введением «налога Тобина» (то есть оборотного налога на финансовые спекуляции). Ее представители практически полностью (впервые за много десятилетий!) исчезли из администрации Белого дома. Но не следует считать, что эта группа полностью погибла. Она активно работает в социальной сфере (либеральные реформы, в том числе введение гомосексуальных браков, – это ее работа, направленная на разрушение традиционного общества), до сих пор контролирует МВФ, Мировой банк и многие другие международные финансовые организации. И, судя по всему, решила нанести по Обаме и его администрации серьезный удар.
Не исключено, что и знаменитый Бильдельбергский клуб, который собирается на днях, будет в данном случае работать именно на эту группу, во всяком случае, такие намеки дает списочный состав его членов. Точно угадать, каким именно будет удар, сложно, возможно, будет сделана попытка дестабилизировать финансовое положение в США, при этом желательно, разумеется, вначале подорвать моральное право Обамы «разруливать» ситуацию нестандартными (чтобы не сказать – не совсем законными) методами. А законными ее разрулить не получится точно.
Именно по этой причине главный виновник спрятался в Гонконге, который контролирует одновременно самая сильная в экономическом плане альтернативная валютная зона, Китай и «менялы», которые перенесли туда свою базу из Лондона. Оттуда его Обаме никак не достать – при всем желании. Именно по этой причине сегодня откладывать контрудар больше нельзя, летом окончательно закроют европейские офшоры, да и другие проблемы «процентщиков» будут нарастать, с момента утраты их контроля над администрацией Обамы уже прошло почти полгода, ждать еще лето просто нельзя.
Если эта гипотеза верна, то шпионский скандал – это не самоцель, а инструмент, предваряющий главный удар. Если он нанесен не будет (а не исключено, что альтернативные «процентщикам» силы могут его предотвратить), то эта часть мировой финансовой элиты, как и их клевреты и последователи (вроде российских либерастов в правительстве и Центробанке), довольно быстро «сойдет на нет». У них просто выбили большую часть основных ресурсов – либо они попытаются их вернуть, либо шансов у них не будет. А если будет, то нужно будет очень тщательно смотреть, как, по каким направлениям и с какими целями удар будет нанесен. В любом случае мне кажется, что ближайшие месяцы будут весьма любопытными.
Источник: Сайт Михаила Хазина