Патриарх Московский и всея Руси Кирилл призвал священников, которые посещают зону боевых действий, обратить внимание на опасность распространения неоязыческих настроений среди военных.
«Церковь и лично патриарх еще до СВО обращали внимание на проблему распространения неоязычества в обществе, главным образом, языческой субкультуры среди молодежи. Однако с началом СВО славянское и смешанное славяно-скандинавское неоязычество появилось и в армии», – говорит Лункин.
Религиовед рассказывает, что интерес военных вызывает не само неоязычество как вера или религия, а его эстетика, символика и образы, которые часто встречаются на шевронах. «Понятно, что в ходе боевых действий сила и сила духа становятся приоритетом и на что-то надо опираться, чем-то вдохновляться. Уверен, что большая часть этих людей после возвращения домой никогда не будет неоязычниками. В связи с этим в целом проблема неоязычества в армии и в зоне СВО сильно преувеличена», – отмечает эксперт. Тем не менее, по его словам, патриарх понимает, что последствия неоязычества потенциально могут быть разрушительны для общества и православной культуры.
Релиовед также отметил разницу в формах неоязычества в России и на Украине. В России, по его мнению, традиционно развивалось славянское и славяно-скандинавское неоязычества с идеей общеславянского духовного единства. Родноверы-националисты и антисемиты всегда являлись меньшинством. На Украине же наоборот с 1990-х годов развивалось чисто украиноцентричное националистическое неоязычество, противопосиавившее себя и российскому неоязычеству.
«В рамках борьбы с Россией, в том числе в ходе СВО, воедино в украинской армии слились национализм неоязычества и откровенный антихристианский сатанизм, который и оправдывал зверства и расизм украинских родноверов, а язычество оправдывало и поддерживало в свою очередь сатанизм. В этом и есть главное отличие ситуации в России и на Украине в сфере неоязычества», – заключил Лункин.