Беспрецедентной назвала ситуацию в экономике глава ЦБ Эльвира Набиуллина. Главным барьером для роста экономики без состояния перегрева, по ее словам, является нехватка производственных мощностей, а не недостаток кредитования. Более того, уверена она, без высокой ставки предприятия стали бы брать гораздо больше кредитов, так что ситуация вылилась бы в гораздо более высокую инфляцию.
ЦБ говорит о том, что причина перегрева в экономике не в дорогом кредитовании из-за высокой ключевой ставки, и регулятор тут ни при чем.
Посчитать нехватку производственных мощностей непросто. «Количественно оценить масштабы дефицита производственных мощностей в экономике очень сложно. Определить достаточно их или нет можно только на практике. Тем не менее на протяжении последних полутора лет мы видим, что уровень загрузки существующих мощностей остается на рекордных уровнях за все время наблюдений с 2002 года и существенно превышает средние значения даже с исключением периодов спада, что косвенно говорит нам об их сильном недостатке. При этом безработица и другие индикаторы рынка труда также свидетельствуют о нехватке другого ресурса – рабочей силы», – говорит Игорь Сафонов, ведущий эксперт Института «Центр развития» НИУ ВШЭ.
То есть в России сложилась уникальная ситуация: производственных мощностей не хватает, но и работать на новых производствах некому. Почему так?
«Это произошло по причине как спроса, так и производства. В 2022 году госзакупки сформировали рост спроса в экономике, в 2023 году он был дополнительно усилен быстрым ростом потребительской активности. Сначала потребительская активность носила восстановительный характер, но затем стала устойчивой из-за динамики зарплат. Начиная со второй половины 2023 года все более отчетливо стала проявляться проблема дефицита трудовых ресурсов, и это поднимает зарплаты», – объясняет Сафонов.
Что делают предприятия? Они пытаются подстроиться под спрос и инвестировать в производственное оборудование, однако в моменте это также увеличивает спрос, в том числе для компаний, занимающихся производством такого оборудования, которые уже сами стали испытывать сложности с выполнением заказов, добавляет эксперт. В 2024 году закупать импортное оборудование стало еще сложнее из-за проблем с внешнеторговыми платежами вследствие вторичных санкций.
«Импортозамещение в стране развивается, но бизнесу все же необходимо ввозить некоторые комплектующие для развития отечественного производства, например, чипы, полупроводники и другое – это нормальная международная практика. А это сопряжено со сложностями оплаты и логистики», – указывает Ксения Бондаренко, эксперт Центра комплексных европейских и международных исследований (ЦКЕМИ) факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ.
Как решить проблемы с нехваткой производственных мощностей? Есть два способа. Первый – надо построить новые мощности и найти новых людей для работы. «Но чтобы начать выпускать не сто машин в год, а тысячу – требуются инвестиции и время. И еще, возможно, иностранное оборудование, которое в условиях санкций сложно купить», – говорит Людмила Рокотянская, эксперт по фондовому рынку «БКС Мир инвестиций».
«Второй вариант – импортировать товары из-за рубежа, но логистика, финансы и комплаенс импорта сейчас осложнены из-за санкций. Более того, импорт подталкивает спрос на валюту, ослабляет рубль, что в конечном счете тоже провоцирует инфляцию», – добавляет она.
Эту ситуацию ЦБ называет циклическим разрывом – излишек спроса есть, а дополнительные товары еще не произвели или не доставили из-за рубежа.
«Поэтому ключевой задачей Банка России является временное охлаждение частного спроса в экономике, чтобы дать возможность стороне предложения подстроиться под новый уровень запросов со стороны государства, потребителей и самих себя. В противном случае раскручивающаяся на фоне высокого спроса инфляционная спираль сделает реализацию инвестпроектов чрезвычайно сложной, поскольку стоимость их реализации будет расти еще большими темпами и в результате фактические объемы ввода новых мощностей окажутся неспособными удовлетворить продолжающий расти спрос», – объясняет Игорь Сафонов из НИУ ВШЭ.
Как видно, проблемы с производственными мощностями не связаны с недостаточным кредитованием или его высокой стоимостью. «Напротив, разогнанное потребительское и ипотечное кредитование до недавнего времени вносило значительную прибавку в спрос и инфляцию, а динамика корпоративного кредитования в целом оказывается слабо чувствительной к росту ключевой ставки. В связи с этим первоочередной задачей является охлаждение первых двух сегментов, непосредственно связанных со спросом в экономике, что позволит затем, по мере снижения инфляции, снизить стоимость заимствований в корпоративном сегменте», – считает Сафронов.
Важно, что ЦБ через повышение ставки может снизить только тот спрос, который зависит от кредитования. Но есть и другие факторы, которые разгоняют инфляцию, на что регулятор никак не может повлиять. Кроме нехватки мощностей, это еще дефицит трудовых ресурсов.
«ЦБ не может влиять ставкой на рост тарифов естественных монополий или снижение цен на нефть, которое может приводить к ослаблению рубля. Остается также существенная доля экономики, которая кредитуется по льготным ставкам и получает всевозможные дотации от государства. Поэтому на первый взгляд может показаться, то высокая ключевая ставка не работает
– инфляция не снижается теми темпами, которыми бы хотелось. Но представители ЦБ правы – если ставку резко снизить, то это приведет к разгону инфляции», – считает Рокотянская.
Все это заставляет экспертов ожидать еще большего роста ключевой ставки от Центробанка. «Риторика представителей ЦБ указывает на возможное продолжение ужесточения монетарной политики, и повышение ставки до 23% или даже 25% в декабре остается вероятным сценарием, если инфляционное давление сохранится. Тем не менее такой шаг несет риски для бизнеса, хотя его необходимость продиктована стремлением сдержать рост потребительских цен», – говорит Владимир Чернов, аналитик Freedom Finance Global.