Российский банковский сектор в целом находится в стабильном положении, однако существует пять рисков, каждый из которых может привести к плачевным результатам. «Первое – риск общий для страны и банковского сектора – это цена на нефть. Если она упадет ниже 40 долларов за баррель, то это может спровоцировать очередной экономический кризис. На сегодняшний день бюджет, по расчетам наших аналитиков, сходится на уровне 58 долларов за баррель, и если цена упадет ниже этого уровня в текущем году, то могут возникнуть определенные проблемы», – рассказал старший директор аналитической группы по финансовым организациям и ведущий аналитик по российскому банковскому сектору агентства Fitch Александр Данилов. Второй риск – санкции, третий – качество активов. «Есть много скрытых проблем, старых болячек, но есть и явные дыры», – пояснил он.
Следующие риски – это возможный перегрев рынка потребительского кредитования и рост конкуренции.
«То есть в целом банковский сектор стабильный. Но внутри все очень неоднородно, есть банки, у которых все относительно хорошо, а есть те, которым тяжело. Среди них, наверное, какое-то количество может уйти с рынка. Частично из-за действий ЦБ по чистке, частично просто по экономическим причинам, потому что они не тянут», – говорит Данилов.
«Возможный обвал цен на нефть сильно ударит и по рублю, и по банковской системе, мы это уже наблюдали в 2014 году. Другое дело, что цены пока растут и нет прогноза по их падению. Впрочем, эта ситуация может сильно измениться за считаные недели», – говорит первый вице-президент Российского клуба финансовых директоров Тамара Касьянова.
«Не думаю, что нефть будет падать ниже 59 долларов за баррель, потому что есть игрок на стороне России – это Трамп, который, во-первых, ни с кем не посоветовавшись, вводит санкции против Ирана, во-вторых, попросил ОПЕК повысить добычу, но его послали куда подальше. В этом контексте, скорее всего, этот риск не сбудется», – считает директор банковского института ВШЭ Василий Солодков.
Ввести санкции против госбанков США тоже вряд ли рискнут, считает он. «Потому что никто не хочет получить хаос в российской экономике. Они жалеют не нас, а себя», – говорит Солодков.
«Санкции в отношении госбанков – это наименьший риск, потому что Госдеп уже неоднократно говорил, что санкции против коммерческих банков с госучастием нежелательны для рассмотрения», – полагает главный инвестиционный стратег ITI Capital Искандер Луцко.
Собственно, в Fitch тоже не считают вероятными санкции США, которые бы препятствовали обслуживанию существующего госдолга, как и санкции, не позволяющие российским банкам осуществлять операции в долларах США, включая депозиты. «В нашем сценарии на жертвенный алтарь будет кинут Промсвязьбанк, который используется для расчетов в торговле военной техникой. Под вопросом ВЭБ, но мы склонны считать, что он будет исключен из санкционного списка, потому что слишком большая доля нерезидентов в его собственных еврооблигациях», – поясняет Луцко.
Опасность для банковского сектора представляет проблема продолжающейся стагнации реальных доходов населения и экономического роста. «Объем полученных кредитов в таких условиях растет значительно быстрее, чем доходы населения. Граждане в надежде на то, что наступит светлое будущее, решили покупать в кредит», – говорит Солодков.
Если экономическая ситуация не оправдает ожидания населения и его доходы пойдут вниз, а не вверх, то расплачиваться по кредитам станет непросто.
В этом году задолженность населения действительно растет вдвое быстрее, чем в прошлом. Так, к 1 августа долги физлиц перед банками выросли на 11,6%, или 1,4 трлн рублей – до 13,65 трлн. В 2017-м объем кредитов рос на 5,2% за тот же период. В стране продолжается ипотечный бум, а также активно идет перекредитование на фоне снижения ставок по кредитам. Правда, когда старые долги обмениваются на новые под более низкие проценты, сроки выплат, как правило, увеличиваются. В итоге ежемесячные выплаты снижаются, но переплата, как правило, в итоге выше.
При этом реальные доходы населения не поспевают за кредитными амбициями россиян. В первом полугодии они выросли всего на 2,6%, в том числе благодаря повышению зарплат бюджетникам. В мае – лишь на 0,3%, в июне – на 0,2%, то есть на уровне, очень близком к нулю.
Пока доля кредитов с просрочкой более 90 дней в среднем по рынку менее 10%, и это не вызывает опасений, говорит Луцко. Но если по той или иной причине экономический рост замедлится, то начнется спад производства, увеличится безработица, упадут доходы населения.
«Даже если экономического кризиса не случится, неспособность граждан обслуживать растущее число своих кредитов вызывает все большую тревогу. Постепенно растет число плохих долгов, и хроническое откладывание выплат по кредитам при очень слабом росте реальных доходов может спровоцировать банковский кризис в ближайшие пару лет», – предупреждает Касьянова. «Банковский сектор в России нельзя по-прежнему назвать здоровым – да, отток серых денег уменьшился благодаря чистке банковского сектора Центробанком, но он остается, как и остается риск признания банкротом того или иного банка», – добавляет эксперт.
Что касается усиления конкуренции, то речь, видимо, о конкуренции между частными и государственными банками. Сначала госбанки получили преимущество перед другими финансовыми организациями. Это выражалось как в расчистке банковского сектора от нерадивых частников, так и в оказании помощи и санации ряда госбанков. «Поскольку лицензии отбирали налево и направо, то народ рванул обслуживаться в госбанки. Но когда возникает угроза попадания госбанков под американские санкции, то естественным образом возникнет желание снять оттуда деньги. Особенно когда руководитель одного из госбанков намекает на то, что вкладчики вместо долларов получат рубли в случае введения санкций. Дело не только во вкладах, которые население стало забирать из банков, но и в перетоке средств юрлиц. Как ни странно, но угроза санкций восстанавливает конкурентную среду на нашем рынке. Банки, которые не аффилированы с государством, будут оказываться конкурентоспособными, так как госбанки находятся под дамокловым мечом санкций. Отсюда и риски усиления конкуренции», – считает Василий Солодков из ВШЭ.
Россияне действительно стали массово забирать свои валютные сбережения из банков – минус 1,5 млрд долларов только в этом августе. В сентябре цифра может увеличиться после истории с заявлением главы ВТБ Андрея Костина. Напомним, Костин заявил, что если США отключат наши госбанки от долларовых расчетов, то вклады граждан, возможно, придется перевести в рубли. Естественно, что это многих напугало. И вынужденная потом оправдываться за Костина глава ЦБ Эльвира Набиуллина могла не убедить всех в обратном.
ЦБ не устает повторять, что вкладам россиян в любой валюте ничего не угрожает. В Банке России в целом мало верят в то, что Северная Америка решится запретить нам использовать доллары, «потому что это самый выгодный в мире бизнес – печатать бумажки и в обмен на напечатанную продукцию получать все блага мира», объяснил на днях заместитель председателя ЦБ РФ Сергей Швецов.
По его словам, ограничения могут коснуться в безналичных расчетов, которые сегодня осуществляются через платежную систему Соединенных Штатов. И только для отдельных банков. «Там несколько платежных систем, и даже если они будут недоступны, это абсолютно никак не скажется на способности доллара обслуживать внешние торговые обороты РФ. Просто часть финансового сектора переориентируется на внутренние операции, оставшаяся часть как работала, так и будет работать. «Слухи о проблемах, связанных с долларом в России, несколько преувеличены», – заключил Швецов.
Вероятность жестких санкций со стороны США против России по примеру Ирана оценивается всего в 5%, говорит Луцко. Такие санкции подразумевали бы заморозку всех счетов в валюте, отключение от международных систем расчетов, в частности от СВИФТ, эмбарго на поставки нефти и полную изоляцию, в которой российская экономика долго не протянет, учитывая, что 60% экспорта – это нефтегаз.
«Это был бы процесс выживания. Но такая ситуация маловероятна, ее даже никто не рассматривает всерьез. Иран можно было легко изолировать, потому что у него не было такой привязки к европейцам. В основном они экспортируют нефть в Юго-Восточную Азию. В случае России и Европы ситуация совсем иная», – говорит Искандер Луцко.
Таким образом, можно сказать, что зависимость Европы от российской нефти и газа в некотором смысле является спасительным для России аргументом в пользу отказа США от жестких санкций.