Еврокомиссия намерена поставить точку в вопросе загрузки газопровода Opal 28 или 31 октября, сообщают иностранные СМИ. Еврокомиссия разрешит Газпрому увеличить загрузку газопровода OPAL, предвидит Wall Street Journal со ссылкой на два анонимных источника.
Парадокс в том, что с точки зрения реалий газового рынка это вполне логичная история. Но с политической точки зрения – надо закручивать гайки в отношении России
Opal – это продолжение «Северного потока» по территории Германии. По нему можно транспортировать газ от Балтийского моря до границы с Чехией. Тем самым он позволяет соединить «Северный поток» с потребителями газа в Центральной и Восточной Европе, минуя Украину. До сих пор на юге Германии получают российский газ транзитом через Украину, а также Чехию и Австрию.
Шаг навстречу
Производительность Opal составляет 36 млрд кубометров в год, однако проблема в том, что ЕК разрешает Газпрому использовать только половину этих мощностей. Так как по нормам Третьего энергопакета ЕС 100% мощностей трубы не могут быть переданы в пользование одной компании из-за угрозы монополизма.
И вот наконец Еврокомиссия согласилась, что от 10 до 20 процентов незадействованных мощностей OPAL будут предложены другим поставщикам газа, а оставшиеся выставят на аукцион, в котором сможет принять участие и Газпром, пишет WSJ.
Это, конечно, шаг навстречу Газпрому, хотя и недостаточный. Газпром настаивал на том, чтобы вторую половину мощностей распределять через систему аукционов полностью. А Брюссель отдает под аукцион лишь 30–40% мощностей, а 10–20% по-прежнему остаются зарезервированы для неких неизвестных поставщиков. Но за пять лет работы трубы желающих прокачивать по ней свой газ так и не нашлось – кроме Газпрома, разумеется. В итоге половина трубы большую часть времени просто простаивала.
«Это абсурд – оставить половину трубы тем, кого нет. Давайте прекратим заниматься идиотизмом и выставим свободные мощности на аукцион, тем более что нормы Третьего энергопакета позволяют это сделать», – говорит гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов. – Почему не выставить на аукцион полностью 50%, а только 30–40%? Видимо, потому, что это означало бы полностью согласиться с позицией российской стороны».
Стоит напомнить, что Азербайджану ЕК разрешила заполнять газопровод TAP полностью собственным газом – в виде исключения. Хотя эта труба также проходит по европейской территории, поэтому тоже должна соответствовать нормам Третьего энергопакета, а значит, 50% мощностей TAP надо отдать другим поставщикам. Однако для TAP Брюссель сделал исключение. Причем по Opal прокачивать газ никто, кроме Газпрома, не хочет, тогда как по TAP такие желающие имеются. И тем не менее ЕК убивает здесь конкуренцию на корню, отдавая монополию в руки Азербайджана – то есть противореча собственным экономическим правилам.
На самом деле периодами Газпром заполнял газопровод Opal полностью, потому что этого требовали европейские потребители. «Потребители начинали писать письма в Брюссель, что они замерзнут, дайте срочно исключение для Opal. Брюссель давал это исключение на время. Это такая циничная позиция – когда срочно нужен газ, делают вид, что все в порядке, а когда не нужен – начинают разговоры на тему русской угрозы, диверсификации и конкуренции», – говорит Константин Симонов.
Причины сближения ЕК и Газпрома
Переговоры по Opal велись давно, и положительное решение ожидалось еще в 2014 году. Однако вместо этого ЕК вообще прекратила переговоры. Что же изменилось с тех пор? Почему Брюссель сейчас не только возобновил переговоры по Opal, но и готов на компромисс?
Симонов считает, что свою роль сыграли приближающаяся зима, а также тот факт, что Украина подготовилась к отопительному сезону на этот раз хуже некуда. «Украина встретила этот отопительный сезон с самым низким объемом газа в подземных хранилищах за последние пять лет. Украина встречает начало зимы со своими обычными фокусами, и ничего хорошего ждать не стоит. Конечно, у Европы появляется нервозность», – говорит Симонов.
Разрешение же ситуации с Opal обезопасит часть европейских потребителей от проблем этой зимой из-за Украины. Известно, что «Северный поток» уже берет на себя тот газовый транзит, который мог бы идти через Украину. «Страны Восточной Европы могут брать газ, который идет по «Северному потоку», – напоминает глава ФНЭБ.
Наконец, Европа сейчас активно наращивает импорт российского газа. Сложно сказать, станет ли это тенденцией, но в 2015–2016 годах в Европе начался рост потребления газа – в отличие от прошлых периодов, когда оно падало. «Рост потребления наложился на падение добычи внутри Европы. В Великобритании и Голландии добыча валится, а Норвегия не вытягивает. Поэтому начался рост импорта. Я думаю, это тоже повлияло на осознание того, что на практике никакой диверсификации не происходит. Все надежды Европы на СПГ (сжиженный природный газ) провалились», – говорит Симонов. СПГ оказался дороже трубопроводного газа, и его объемы невелики.
Еще два спорных вопроса могут разрешиться
Украина встретила этот отопительный сезон с самым низким объемом газа в подземных хранилищах за последние пять лет. Конечно, у Европы появляется нервозность
Наконец, WSJ уверяет, что договоренности по загрузке OPAL могут иметь решающее значение в судьбе еще двух спорных вопросов. Во-первых, как ожидается, уже 28 октября Еврокомиссия может объявить о заключении предварительного соглашения об урегулировании антимонопольного дела в отношении Газпрома.
Во-вторых, это может способствовать положительному решению вопроса о строительстве «Северного потока – 2». «Это показывает, что Россия и ЕС предпринимают прагматические шаги, чтобы облегчить решение бизнес-проблем, в особенности на энергетическом фронте, где Россия остается основным поставщиком природного газа для множества стран, входящих в Евросоюз», – отмечает Wall Street Journal.
Антимонопольный иск Брюсселя уже три года находится в суде. Симонов уверен, что ЕК готова пойти на принятие положительного решения для Газпрома по антимонопольному иску, потому что поняла, что составила слабый иск и довести его до победы не получается. Брюссель повел себя некомпетентно при подготовке иска. «Они выбрали самые глупые политически мотивированные примеры монопольного положения Газпрома. Могли бы найти гораздо более яркие сюжеты, если бы покопались. Сама заявка была написана слишком быстро – и, видимо, в расчете на политические эмоции», – считает собеседник.
Во-вторых, сами европейцы говорят о гибкости, которую стал проявлять Газпром по отношению к пожеланиям европейских потребителей. В частности, он стал проводить аукционы на краткосрочные поставки газа, во-вторых, в ряде контрактов ввел привязку к споту.
Наконец, в условиях низких цен на газ логика антимонопольного иска разрушается. «Когда из-за привязки к нефти цена на газ была высокая, тогда можно еще было вопить о монополии Газпрома. А сейчас, когда тысяча кубометров стоит 150 долларов, сложно утверждать, что российская монополия душит Европу своими ценами», – объясняет Симонов.
Нефтяная привязка в формуле цены на газ (против которой так долго возражали в Европе) играет сейчас на пользу европейским покупателям. «Цена на российский газ ниже спотовых, таких низких цен еще не было. Так вы уверены, что нефтяная привязка – это такая уж плохая штука? Тем более что все говорят, что цены на нефть будут долго оставаться в районе 50–55 долларов за баррель. Ниже 200 долларов за тысячу кубометров – это очень комфортная цена», – говорит глава ФНЭБ.
Разрешение ситуации со строительством «Северного потока – 2» не менее экономически оправданно для ЕС в свете проблем с украинским транзитом и ростом потребления в Европе. «Этот проект не требует от Брюсселя никаких затрат, полностью вписывается в их правила, создает дополнительную инфраструктуру, дает гибкость ставок, диверсифицирует источники газа. А они говорят, что это опасная труба. Никакой логики. Это как с Польшей, которая выступила против «Северного потока – 2»: но как эта труба может нарушать интересы Польши, если она вообще мимо нее проходит?» – говорит Симонов.
Таким образом, с экономической точки зрения желание Брюсселя пойти навстречу Газпрому в ряде газовых вопросов более чем логично. Однако сможет ли ЕК довести дела до конца? С политической точки зрения ответ уже не так однозначен.
«Не удивлюсь, если какой-то дядя из Вашингтона позвонит и скажет: «Что вы тут надумали? Россия Аллепо штурмует, а вы тут договоры с ними подписываете. Сотрите все расчеты, сейчас надо не профиты считать, а давить агрессора». Звонок из Вашингтона, к сожалению, нельзя сбрасывать со счетов», – говорит Симонов.