Роснефть инвестирует в разработку нефтяных месторождений Венесуэлы 14 млрд долларов, заявил президент Венесуэлы Николас Мадуро, передает Reuters. По его словам, такая договоренность была достигнута в ходе консультаций, которые южноамериканский лидер провел с президентом Роснефти Игорем Сечиным. Конкретные сроки инвестиций, правда, не указываются.
Сейчас лучше было бы сосредоточиться на национальном рынке, который недоинвестирован, а не уходить на далекий континент
В Венесуэлу Роснефть начала инвестировать еще в 2010 году, с приобретения большого пакета акций у венесуэльской PDVSA. Именно благодаря усилиям Игоря Сечина был создан Национальный нефтяной консорциум, после чего число проектов в регионе резко увеличилось. В 2010–2014 годах общие инвестиции Роснефти и PDVSA в совместные предприятия в Венесуэле составили почти 3,5 млрд долларов. Из них вложения России составили 1,8 млрд долларов, сообщила сегодня Роснефть. Планируется, что инвестиции партнеров должны вырасти до 46 млрд к 2019 году, из них Россия инвестирует 17 млрд.
Роснефть участвует в пяти проектах по добыче нефти в Венесуэле: «Карабобо-2», «Хунин-6», «ПетроМонагас», «Бокерон» и «Петропериха». В сутки здесь добывается 160 тыс. баррелей нефти. В планах венесуэльской нефтегазовой компании PDVSA увеличить собственную добычу нефти к 2019 году с 4 до 6 млн баррелей в сутки. В сообщении Роснефти говорится о планах по добыче 8 млн тонн нефти в год к этому же сроку. Это почти 60 млн баррелей в год.
Однако интересы российских нефтяников за океаном не ограничиваются одной Венесуэлой. Недавно Роснефть отпраздновала очередную победу – консолидацию 100-процентной доли в проекте освоения нефтегазового месторождения «Солимойнс» в Бразилии. Этот процесс растянулся на несколько лет. В 2011 году ТНК-ВР купила 45% в 21 блоке в бассейне Солимойнс за 1 млрд долларов. В 2013 году ТНК-ВР полностью отошла Роснефти, в том числе и ее бразильская собственность. Сечин решил продолжить собирать бразильские активы. По сделке осталось дождаться лишь одобрения бразильского регулятора.
Большие планы на будущее у Сечина и по Кубе. Например, Роснефть хочет поставлять венесуэльскую нефть на НПЗ на Кубе для переработки до 150 тыс. баррелей в сутки. Роснефть также хочет разрабатывать кубинские газоконденсатные месторождения и надеется на разведку на кубинском шельфе.
Хорошим партнером для российских нефтегазовых компаний становится и Эквадор. Там рассчитывают на альянс с Газпромом, чтобы вместе изучать и разведывать углеводороды на своей территории, в том числе на континентальном шельфе. Газпром вместе с Total думают над работой в сфере геологоразведки и разработки месторождений еще и на территории Боливии.
Долгое время Латинская Америка оставалась в тени США, которые не стесняясь вмешивались во внутренние дела стран региона. Однако провал экономических программ в этих странах, инициированных МВФ и Всемирным банком, привел к приходу к власти в ряде стран Южной и Центральной Америки левых сил. После 90-х годов страны Латинской Америки начали постепенно избавляться от влияния США. Пользуясь приходом левых сил, Россия в свою очередь старается стать новым партнером для Латинской Америки. Заодно – укрепить свое влияние в регионе и продвинуться на пути создания многополярного мира.
В первую очередь это касалось поставок российского оружия в страны Южной Америки. И здесь Россия достигла серьезных успехов: уже в 2010–2011 годах она стала поставлять этим странам оружия на более чем 5 млрд долларов, обогнав США.
С введением санкций против России Москва сделала еще один серьезный шаг к сближению с латиноамериканскими странами. После поездки президента России наметились новые точки экономического сотрудничества. Многие латиноамериканские страны воспользовались введенным Россией эмбарго на продукты питания из ЕС и США и ряда других стран, заместив их товары своими на российском рынке.
Параллельно Россия начала выходить на местный нефтегазовый рынок. И, несмотря на падение цен на нефть, останавливаться не собирается. У самой России имеется большой накопленный лицензионный портфель, есть куда вкладывать деньги, поэтому сейчас лучше было бы сосредоточиться на национальном рынке, который недоинвестирован, чем уходить на далекий континент, считает Александр Пасечник из Фонда национальной энергетической безопасности. «Заход на новые рынки, в частности в Латинскую Америку, делался в период высоких цен на нефть, когда многие проекты были интересны, в том числе шельфовые. Но при нынешней конъюнктуре многие проекты, конечно, выглядят уже не так привлекательно», – поясняет собеседник.
По его словам, рынок Латинской Америки нужен России в первую очередь по политическим причинам. В то время как США толкают Евросоюз – традиционного партнера России – против Москвы, Россия стремится укрепить связи со своими союзниками под боком у Вашингтона.
Участие в таких проектах позволит Роснефти генерировать устойчивые потоки выручки в будущем
Вторая причина интереса к латиноамериканским рынкам – это игра нефтяников в глобальность, говорит Пасечник. «Глобальные нефтегазовые концерны развивают проекты по всему миру, почему и российским компаниям не показать себя глобальными игроками, тем более что государство это только приветствует. Это, безусловно, поднимает мировой имидж российских компаний», – говорит эксперт.
Однако нельзя исключать и экономическую составляющую выхода на новые рынки за океаном. «Сырье есть сырье, и обменные операции (нефтью) в перспективе будут востребованы. Это не совсем пустые инвестиции, хотя их эффективность пока и под вопросом. Но в долгосрочной перспективе такие вложения могут быть оправданны», – заключает Пасечник.
Перспективы нефтегазовых проектов, конечно, сильно зависят от будущей цены на нефть. В нынешней ситуации мировые концерны, наоборот, сокращают инвестиции, так как внутри ОПЕК идет жесткая борьба за долю рынка, в частности Иран грозится выйти в лидеры по добыче. При этом многие мировые экономики испытывают проблемы с ростом, а значит, увеличения спроса на углеводороды пока не предвидится. Все это говорит не в пользу роста цен на нефть в ближайшее время. «Однако после 2019 года все может измениться в лучшую для Роснефти сторону: сложно представить, что цена на нефть будет находиться на нынешнем уровне так долго. А при ее росте до 90 долларов за баррель вложения Роснефти могут начать приносить прибыль», – говорит Георгий Ващенко из ИК «Фридом Финанс».
«У этих проектов есть, конечно, политические предпосылки. Владимир Путин всегда высоко отзывался об Уго Чавесе как о политике. А Чавес обращался к нему на «ты» и называл братом. Наше военное и энергетическое сотрудничество активно развивалось и развивается при новом президенте Венесуэлы, Мадуро, который продолжает идеи Чавеса и лоялен к России», – говорит Иван Андриевский из Российского союза инженеров. Однако сегодня Венесуэла для Роснефти – это также один из важных драйверов роста, как в финансовом плане, так и в технологическом, считает он.
Кроме того, латиноамериканские проекты компенсируют уменьшение добычи на старых месторождениях в Центральной России и Западной Сибири. «Российские шельфовые проекты намного более трудозатратны и осложнены западными санкциями, поэтому Роснефть ищет наиболее оптимальные способы добычи черного золота», – объясняет Андриевский.
Конечно, привлечь 14 млрд долларов в рамках нового соглашения об инвестициях России будет трудно, а Венесуэле, где разразился серьезный кризис и растет протестное движение, еще трудней. Ведь бюджет Венесуэлы гораздо больше зависит от цен на нефть, которые упали в два раза в сравнении с летом 2014 года. Но отказываться от устоявшихся планов Роснефть вряд ли будет, ведь Венесуэла обладает большими запасами нефти, сравнимыми с Саудовской Аравией, уверен Андриевский. Запасы нефти в Венесуэле оцениваются в более чем 20,5 млрд тонн.
Латиноамериканские страны отдают предпочтение российским компаниям не просто для того, чтобы позлить США и показать свою независимость. «Российские нефтяники обладают определенными технологиями, которые другие страны готовы получать в обмен на долю в добыче. По сути это продажа своих услуг, и никакого экономического противоречия здесь нет. Участие в таких проектах позволит Роснефти генерировать устойчивые потоки выручки в будущем и способствует ее диверсификации», – говорит газете ВЗГЛЯД Валерий Полховский из Forex Club.
«Прибыль российских компаний, ведущих проекты за океаном, не зависит от географической удаленности нефтяного поля от головного офиса. Потому что значительная часть добываемой нефти или газа рассчитана на поставки на близлежащие рынки», – добавляет эксперт. Например, российские нефтяники не будут импортировать добытую в России нефть за океан, зато благодаря добыче в Венесуэле или на Кубе смогут продавать ее в те же США.
Что касается политических отношений, то они действительно определяют перспективы российских нефтегазовых компаний. Поэтому быстрее дела идут в тех странах, у которых сложные отношения с США. Однако так происходит не всегда. «Например, между США и Эквадором существуют вполне нормальные отношения. Более того, США является основным торговым партнером этой страны. Но, несмотря на это, Роснефть также участвует в геологоразведке в Эквадоре, потому что она обладает отличными кадрами и технологиями. Здесь на первый план выходят экономические причины», – приводит пример Полховский.