Верховная рада Украины приняла закон о введении особого порядка самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей сроком на три года, а также о проведении внеочередных местных выборов в этих регионах 7 декабря нынешнего года. Среди прочих его положений – не только политические, но и экономические. Что они могут означать для экономики Новороссии?
Все это больше походит на симулирование некоей правовой деятельности со стороны киевских властей
«Закон по сути является рамочным – или, скорее, «понятийным». Несмотря на то, что в нем закреплены, казалось бы, те положения, которых и добивались в ДНР и ЛНР, все это больше походит на симулирование некоей правовой деятельности со стороны киевских властей», – говорит газете ВЗГЛЯД заместитель гендиректора консалтинговой компании HEADS Никита Куликов. Он замечает, что даже само определение ДНР и ЛНР как «отдельных районов Донецкой и Луганской областей» не позволяет оценить, к каким все-таки территориям относится данный законопроект. «А ведь без разграничения и выделения таких территорий данный закон теряет всякий смысл», – замечает Куликов.
Однако в любом случае ни о какой экономической самостоятельности ДНР и ЛНР речи не идет. Зато одно из положений закона обещает, что Киев будет вкладывать средства в восстановление разрушенной войной инфраструктуры. Суммы в тексте не называются. Закон предполагает, что в госбюджете Украины будет специальный фонд для выделения денег на восстановление этих регионов, поясняет газете ВЗГЛЯД президент Украинского аналитического центра Александр Охрименко.
«Во-вторых, предполагается, что эти регионы будут иметь особый инвестиционный статус. Там будут льготные условия налогообложения и ведения бизнеса, благодаря которым будет выгодно восстанавливать разрушенные предприятия и строить новые», – отмечает Охрименко.
И главное, чего еще не было на Украине, это то, что Донецкая и Луганская области будут заключать договора с министерствами. «В Украине все централизовано, как и в России. Все, что в Киеве, спускается вниз. Но теперь все будет наоборот. Регион будет обращаться к министру (транспорта или промышленности и т. д.) и предлагать свои условия по ведению бизнеса, налогообложения, системы инвестирования и финансирования. Понятно, что это в любом случае будет более выгодный с точки зрения ведения бизнеса регион. Поэтому не исключено, что украинские олигархи, получив налоговые преференции, станут вкладывать деньги в Донецк и Луганск», – рассуждает Александр Охрименко. К примеру, в крупнейшее в СНГ химическое предприятие «Стирол», которое встало из-за боевых действий.
«Также ожидается, что особый статус привлечет в регион внешнеэкономические компании, которым выгодно будет использовать льготный таможенный и контрольный режим», – рассказывает Охрименко. По его словам, российским инвесторам могут быть интересны прежде всего машиностроительные предприятия, возможно, производства легкой и пищевой промышленности.#{ussr}
«Да, с точки зрения политики – это территория Украины, но с экономической точки зрения они получают возможности влиять на бизнес, предоставлять льготы. Конечно, в законе нет таких четких нюансов, но предполагается, что регион должен превратиться в особую экономическую зону», – объясняет Охрименко.
Еще в начале июля, то есть до разрушений в последние два с половиной месяца, премьер-министр Арсений Яценюк впервые озвучил примерную сумму, которая потребуется для нормализации жизнедеятельности Донбасса после окончания военных действий. Предварительный объем работ оценивался тогда в 8,1 млрд гривен. Правда, уже 31 июля украинские власти снизили «потребности» Донбасса в деньгах. Яценюк заявил, что принятый объем поддержки на восстановление Донбасса составляет только 2 млрд гривен, зато финансирование АТО увеличено дополнительно на 9 млрд гривен. На 10 июля, по оценкам Forbes, основанным на данных мининфраструктуры и Укравтодора, дорожной системе Донбасса (Донецкая и Луганская области) нанесен ущерб на сумму не менее 1,5–2 млрд гривен. По оценке Охрименко, теперь только на восстановление инфраструктуры, особенно железнодорожной, теплоцентралей и подачу света надо минимум 6 млрд гривен.
«Понятно, что за один день это не восстановить. Пока стоит задача номер один – подготовиться к зиме», – говорит украинский экономист. Ведь ТЭС остановились, потому что нет угля. Надо восстановить угольные шахты и железные дороги, по которым смогут доставлять уголь на ТЭС. А что касается разрушенных предприятий, то остается надежда на их собственников.
Донбасс до войны был развитым промышленным центром. Остановка угольных шахт в Донбассе и разрушение железнодорожной инфраструктуры сразу показали, что запасов угля в других областях недостаточно для обеспечения работы украинских ТЭС и нормальной выработки электричества. Донецк дает 43% всей угледобычи Украины, грузоперевозки Донецкой железной дороги более чем наполовину зависят от угольной отрасли.
В Донбассе расположены не только крупные предприятия угледобывающей, но также металлургической и химической промышленности, ракетно-космической отрасли, авиастроения, судостроения и судоремонта, а также украинские НПЗ. Донецкая область – второй после Киева по благосостоянию регион Украины. ВРП региона в 2012 году составил 170,8 млрд гривен, или 11,7% от украинской экономики в целом. Луганская область, конечно, отстает, но она входила в десятку крупнейших регионов Украины и обеспечивала 4% экономики страны.
Нестабильная ситуация на Украине, а затем и война практически убили промышленность региона. По последним официальным статистическим данным, за первое полугодие больше половины (51%) предприятий Донецкой области понести убытки на 31,6 млрд гривен. Виной всему спад производства, сокращение валютных поступлений от экспорта, подорожание ресурсов и, разумеется, боевые действия.