По показателю ВВП Украина до сих пор находится на уровне 1993 года, то есть за последние 20 лет экономика выросла на ноль процентов, говорится в докладе МВФ. В итоге по паритету покупательной способности экономика страны выросла всего в полтора раза – при том, что другие восточноевропейские страны демонстрировали рост в два и более раз. Украинская экономика уже давно находится в кризисе, а политические события последних месяцев только усилили давление на нее, считает МВФ.
У Украины был мощный базис, при правильной надстройке которого она имела все шансы превратиться в политическом и экономическом отношении в страну уровня Турции и Польши
Нельзя сказать, что у Украины был сплошной «ноль» с начала 90-х. Ее экономика после развала Советского Союза развивалась не по прямой, а зигзагами. Но если смотреть масштабней, то можно сделать вывод, что потенциально самая богатая среди всех «наследников» СССР страна спустя 23 года оказалась в самом патовом экономическом состоянии.
У Украины был мощный базис, при правильной надстройке которого она имела все шансы превратиться в политическом и экономическом отношении в страну уровня Турции и Польши, считают эксперты Института финансов и энергетики. А Украина оказалась даже ниже уровня Белоруссии, которая изначально была сильней обделена советским наследством. В сухом остатке и правда получается ноль.
«Несмотря на то, что рядом с Украиной всегда находился «большой брат» Россия, а также пример развития Белоруссии, власти не захотели брать ни с кого пример», – говорит заместитель генерального директора консалтинговой компании HEADS Никита Куликов. При этом и своего пути, который бы не вел к крови и национализму, она так и не нашла.
Наследие
Выйдя из состава СССР, Украина получила неплохое наследство. Ей досталась развитая транспортная инфраструктура: автомобильные и железные дороги, аэропорты и порты с выходом в Черное море. Благодаря СССР Украина получила один из крупнейших в мире секторов атомной энергетики. Ей досталась куча гидроэлектростанций, заводов, собственный флот, медицинские и учебные заведения, а также газовая и нефтетранспортная система. Советская инфраструктура сделала ее главной транзитной страной для поставок российского газа в ЕС. По европейским меркам Украина богата огромными запасами природных ресурсов, особенно газа и угля. Более того, Восток Украины имел развитую химическую, металлургическую и обрабатывающую промышленность, а также высокого уровня исследовательскую базу.
Главным достоянием республики было предприимчивое, трудолюбивое и образованное население, которое способно производить буквально все – от продовольствия до ракет, говорит Сергей Агибалов. Не говоря уже о том, что Украина в принципе обладает прекрасным климатом и плодородными землями. Исходные данные для рыночных преобразований у страны были более чем благоприятными.
«У украинского руководства оставалась только одна задача – наладить контроль и управлять всем этим наследством. Как видно из последних сводок новостей, они с этой задачей не справились», – говорит Куликов.
Даже политический фон изначально в стране был благоприятным. Украину обошли стороной открытые гражданские конфликты в начале 90-х годов, которые произошли в ряде стран бывшего социалистического лагеря. Если бы институты рынка здесь были созданы вовремя, а социально-политическая стабильность сохранялась в течение всего переходного периода, это была бы история успеха. Однако, вопреки благоприятным стартовым условиям, трансформационный кризис на Украине оказался одним из самых глубоких на всем постсоветском пространстве», – говорит старший эксперт Института энергетики и финансов Сергей Агибалов.
1991–1998
Этот период прошел под знаком минус, ВВП Украины непрерывно падал. В 1999 году ВВП страны достиг 62% от уровня 1990 года. Это было намного больше, чем в России и тем более в странах Центральной и Восточной Европы.
В структуре экономики страны был сильный перекос в промышленность. С одной стороны, часть промышленности в условиях глобальной экономики оказалась неконкурентоспособной. Плюс с развалом СССР крупный пласт украинского ВПК (треть всей промышленности) лишился госзаказа. Но, с другой стороны, можно было спасти эту часть промышленности, оказавшуюся не у дел.
Государству стоило активно привлекать частные инвестиции, особенно российские – в силу глубокой кооперации промышленности двух соседей. Но новое государство решило все держать в своих руках, таким образом совершив первую роковую ошибку. Так, вместо привлечения частных инвестиций государство стало субсидировать убыточные промышленные предприятия. Прибавим к этому дешевые энергоносители – и получаем собственников, у которых не было никакого стимула для модернизации, реструктуризации, повышения производительности или других антикризисных мер.
В этот период были попытки провести приватизацию в промышленности и сельском хозяйстве, однако она была хаотичной. В итоге в сельском хозяйстве она совсем провалилась, а в промышленности прошла явно неправильно. Дело в том, что государство по большому счету распродало свои прибыльные заводы, которые хоть что-то давали бюджету, а вот убыточные так и оставило на своих плечах, отмечает Агибалов.
Бюджет просто не справлялся с такой нагрузкой – льготы для промышленников, прибыль от которых утекала в карманы олигархов, субсидии в ЖКХ и на газ, прибыль от которых утекала в компании-прослойки между покупателем и потребителем. Для сравнения: в России, например, цены на газ тоже субсидировались государством, и продавать газ внутри страны было делом убыточным вплоть до недавнего времени. Но российский бюджет имел возможность покрывать эти расходы доходами от продажи газа на экспорт. На Украине же такой возможности не было: все, что она добывала, шло на внутренние нужды. А на экспортном газе из России наживалась избранная верхушка.
По данным Института финансов и энергетики, за первые пять лет независимости объем промышленного производства Украины сократился более чем на 60%. А затем в 1997-м случился азиатский кризис, а в 1998 году – кризис в России, у главного потребителя промышленной продукции страны. Как раз после этого внешнего шока украинское руководство начало искать пути выхода своей продукции на западные рынки. А частники, не имея субсидий и льготных энергоресурсов, поняли бы это намного раньше.
#{ussr}К слову, Западная и Центральная Украина, в основном аграрные регионы, в это время переживали серьезный отток населения. Уезжали в основном на заработки в Россию. Правда, часть заработанных средств они все же возвращали на родину, тем самым помогая выжить своим регионам.
2000–2008
2000-е для Украины, как и для России – время расцвета ее экономики, правда, для каждого региона этот расцвет имел свой уровень. Так, столица Украины росла в среднем на 12–13% каждый год вплоть до 2007 года. Восточные промышленные регионы – лишь на 7,1%, а аграрные западные и центральные регионы – на 7%, посчитали в ИФЭ. Экономика Киева по сравнению с 1998 годом выросла более чем в два с половиной раза, а регионов – лишь в полтора раза. В итоге к 2008 году только Киев вышел на докризисные уровни.
Экономическим подъемом в этот период Украина в большей степени обязана не своему руководству, а благоприятным внешним факторам. А прежде всего – быстрому росту России и ЕС, которые стали главными покупателями украинской продукции. В это время Украина активно восстанавливает потерянные торговые связи со своим главным восточным партнером. Россия помогала соседу еще и тем, что обеспечивала доходы украинским гастарбайтерам, а они приносили в эти годы по 4% ВВП Украины.
Экспорт Украины пошел в гору благодаря слабости гривны. Плюс в стране было много неиспользуемых площадок (как и в России), что позволило быстро обеспечить растущий спрос на экспортные товары. Первые пять лет 2000-х помогала также вменяемая фискальная и монетарная политика руководства страны, к тому же некоторые реформы в сельском хозяйстве и энергетике дали свои плоды.
Благодаря подъему экономики в этот период стали расти и зарплаты украинцев. Большой вклад, даже слишком, в рост зарплат и пенсий внесли в это время политики на фоне выборной истерии (в 2004–2007 годах пенсии выросли более чем в четыре раза, зарплата бюджетников – в 3,8 раза). Темпы роста жизненного уровня населения не совпадали с реальными доходами страны и эффективностью ее промышленности, что вскоре аукнулось более сильным падением, чем могло бы быть, в 2008–2009 годах – в период мировой рецессии.
В 2006 году Украина также впервые столкнулась с удорожанием импортируемых энергоресурсов, стоимость которых потом только продолжала расти. С другой стороны, это стало наконец толчком к пониманию того, что надо привлекать инвестиции. Потому что промышленность Украины по-прежнему игнорировала любые инновации (на которые нужны деньги) и жила на советской базе. Тучные годы еще больше отбивали желание что-то менять. Заработанные деньги олигархи тратили на приобретение газет, пароходов и другие «игрушки».
2008–2014
За девять лет роста национальная экономика окрепла – появились автосборочные предприятия, модернизировалась пищевая промышленность, был создан фактически новый производственный сектор строительных материалов, но основа украинской промышленности – металлургия – осталась экспортно ориентированной. При этом промышленность осталась в советском прошлом – энергоемкой и низкоэффективной.
Очень хотелось бы рассказать, как украинские олигархи подняли с колен старые предприятия и превратили их в передовые производства, но такие примеры придется очень долго искать, говорит Сергей Агибалов. Во всем мире металлурги отказались от мартеновского производства еще 20 лет назад, но на Украине до кризиса 2008 года на него приходилась почти половина производства.
К старым проблемам прибавились еще и новые, в частности большой внешний долг, накопленный банками, который пришлось рефинансировать новыми внешними займами. Пока российский газ был дешевым, энергоемкое производство было вполне рентабельным, но вскоре цены стали рыночными и сравнимыми с европейскими уровнями. Октябрь 2008 года стал роковым для украинской промышленности, которая снова стала падать, и падение оказалось затяжным. Кризис для страны стал масштабным: гривна девальвировала наполовину, экономика упала резко и сильно. На экономический кризис навалился еще и газовый в начале 2009 года плюс предвыборный. В какой-то момент страна была просто парализована. Тогда казалось, что хуже уже быть не может. Но Украина продолжает удивлять и поражать.
До 2011 года Украина пыталась потихоньку вылезти из той экономической ямы, в которую попала. В этом помогали антикризисные деньги от МВФ, всевозможные субсидии и льготы по газу от России и т. д. Однако хватило ненадолго.
В 2012 году украинская экономика снова катится с горы. В прошлом году она получила ноль, в этом – получит большой минус. «В данный момент Украина имеет ровно то, к чему ее толкали все ее предыдущие руководители: разваленное производство, обезглавленное научное сообщество, отсутствие специалистов, которым пришлось переквалифицироваться либо в строителей – и поехать на заработки в Россию, либо стать профессиональными революционерами и время от времени организовывать побоища на Майдане», – говорит заместитель генерального директора консалтинговой компании HEADS Никита Куликов.
Все это время, начиная с распада СССР, считает он, украинцам надо было заниматься не взращиванием своей ненависти к России, не сожалеть, что они оказались без нефти и газа, а прагматично развивать свои авиа- и машиностроительные заводы, разрабатывать и экспортировать новую технику и т. д. «И вполне возможно, что при таком развитии событий сейчас Украина была бы не разрываемой войной страной на задворках Европы, а сильной технологической державой», – полагает Куликов. Если бы не деньги сначала России, а теперь МВФ, на Украине произошел бы дефолт еще в начале года. Дыры пока закрываются, но Украина уже не та. И вряд ли киевские власти под колпаком США способны теперь собрать ее по кусочкам.