По итогам переговоров президента РФ Владимира Путина с премьер-министром Нидерландов Марком Рютте российские энергетические компании подписали несколько документов о сотрудничестве с голландскими компаниями.
Стороны создадут совместное предприятие, которое займется новыми проектами по разведке и разработке нефтеносных сланцев
Во-первых, это меморандум о совместной разработке углеводородов на арктическом шельфе РФ, который подписали Газпром и Royal Dutch Shell. По условиям документа, если Газпром получит лицензии на два шельфовых блока: один на стыке Чукотского и Восточно-Сибирского морей, второй – в Печорском море, – то Shell будет принадлежать 33,3%, а российской компании – 66,7% в проекте.
Об этом передает ПРАЙМ со ссылкой на представителя Shell в России. В зарубежном шельфовом проекте Shell, наоборот, у англо-голландской компании будет 66,7%, а российский газовый холдинг может получить 33,3%. Правда, как оговорился глава Газпрома Алексей Миллер, документ является рамочным – речь не идет о конкретных участках, а лишь об изучении возможности сотрудничества на арктическом шельфе.
Во-вторых, председатель правления «Газпром нефти» Александр Дюков и исполнительный вице-президент Royal Dutch Shell Plc Эндрю Браун подписали меморандум о подтверждении генерального соглашения о партнерстве в области разведки и добычи сланцевой нефти. Стороны создадут совместное предприятие, которое займется новыми проектами по разведке и разработке нефтеносных сланцев на территории Ханты-Мансийского автономного округа. В СП партнерам будет принадлежать по 50%, говорится в сообщении пресс-службы Газпрома.
Кроме того, Газпром и компания Gasunie подписали письмо о намерениях по расширению Северного потока. Как пояснил Алексей Миллер, речь идет о четвертой нитке газопровода, которая должна дойти до Великобритании. Один из вариантов ее прокладки – это выход трубы на сушу в Германии, а затем с территории Нидерландов – морская часть в направлении Соединенного Королевства.
Мощность газопровода, по словам Миллера, могла бы быть такой же, как одна из существующих ниток Северного потока (27,5 млрд кубометров газа в год). Миллер добавил, что ключевым вопросом для Газпрома является подписание долгосрочного контракта о поставках газа с британскими партнерами. Компания ВР, по его словам, уже проявила интерес к сотрудничеству в строительстве трубы до Великобритании, но этот интерес касается участия в морском газопроводе.
Gasunie входит в состав акционеров оператора газопровода Nord Stream AG, в котором Газпрому принадлежит 51%, германским Wintershall Holding и E.On Ruhrgas – по 15,5%, французской GDF Suez и Gasunie – по 9%. По словам Миллера, перспективы строительства третьей и четвертой ниток газопровода обсуждаются с существующими акционерами компании, а также с компаниями, которые не принимали участия в строительстве первых двух веток, передает РИА «Новости».
Российские компании охотно идут на сотрудничество с западными лидерами отрасли, когда дело касается освоения арктического шельфа. Роснефть в этом направлении работает совместно с ExxonMobil. Между этими двумя компаниями действует стратегическое соглашение, подписанное в 2011 году.
Оно предполагает стратегическое сотрудничество двух компаний в России, США и третьих странах. Одно из основных направлений соглашения – геологоразведка и совместное освоение шельфа на Карском и Черном морях. Участие Роснефти в проектах по освоению участков в Карском и Черном морях составит 66,7%, ExxonMobil – 33,3%. То есть схема та же.
Эксперты считают, что основная выгода российских компаний от сотрудничества с зарубежными игроками – это получение опыта в работе на шельфовых месторождениях и повышение уровня развития технологий. Кроме того, российские компании получают партнеров, с которыми они могут разделить риски и крупные инвестиции, которые сопровождают освоение российских шельфовых участков. А инвестиции там требуются действительно крупные. При этом специалисты иронично замечают: осваивать углеводородные ресурсы в Арктике может оказаться сложнее, чем космос, с точки зрения научных, инженерных и технических решений.
«В Арктике месторождения находятся на глубине 1,5 километра, а само бурение идет еще глубже. Если раньше добыча велась на глубине нескольких сотен метров, то сейчас это совсем другие глубины. Плюс сами условия – например, на том же Ямале вообще вечная мерзлота. Чтобы привезти нефть по морю, нужен ледокол, не говоря уже о сложности технологии прокладки труб», – рассказывает заместитель директора Центра изучения мировых энергетических рынков ИНЭИ РАН Вячеслав Кулагин.
Затраты, которые требуются для освоения Арктики, настолько велики и рискованны, что некоторые нефтяники открыто говорят о нецелесообразности вложения денег в это сферу. «Если кто-нибудь попросит меня вложить деньги в исследование и разработку Арктики, я бы не дал ни копейки», – говорил ранее вице-президент ЛУКОЙЛа Леонид Федун. При этом он в качестве аргумента использовал негативный опыт как раз Royal Dutch Shell. По его словам, проблемы компании в водах Аляски, где она потратила 5 млрд долларов, чтобы пробурить одну скважину, стали предупреждающим сигналом для всей индустрии.
Royal Dutch Shell получила от министерства внутренних дел США лицензию на бурение у берегов Аляски в 2005 году. Но работа пошла тяжело. После многочисленных отсрочек компании наконец удалось начать бурение в Чукотском море в сентябре прошлого года. Но уже на следующий день его пришлось прекратить и уводить оборудование во избежание столкновения со льдами. Были и другие серьезные повреждения, связанные с суровыми условиями работы. В итоге в феврале этого года Royal Dutch Shell объявила о прекращении бурения в Арктике до конца 2013 года. Shell подчеркивает, что компания не ожидает начала коммерческого производства нефти и газа на своих активах на Аляске до середины следующего десятилетия.