Накануне Минкомсвязи приняло у компании «ПингВин Софтвер» результаты работ по проекту «Национальная программная платформа». В число материалов вошли эскизный проект НПП, техзадание на дальнейшие разработки, патентные исследования и 14 прототипов ПО, включая операционную систему, систему сборки и систему управления базами данных (СУБД).
Это был совершенно убыточный для нас проект
Часть предоставленных ведомству материалов опубликована на сайте PingWin Software. Другие документы и прототипы компонентов НПП будут обнародованы, если на это даст согласие Минкомсвязи, говорится в сообщении компании.
PingWin Software выиграла в сентябре конкурс на создание прототипа НПП, на что отводилось 16 дней. Эта компания предложила наименьшую из всех участников конкурса сумму за работы – всего 5 млн рублей. Притом что стартовая цена конкурса была заявлена в 27 млн рублей. Основной целью создания НПП называют экономию средств на закупку ПО. Внедрение платформы в госструктурах планируется в 2013 году, но пилотное тестирование должно стартовать уже в 2012 году.
Что же такое Национальная программная платформа и почему неправильно называть ее «русским аналогом Windows», в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал исполнительный директор компании «ПингВин Софтвер» Дмитрий Фишилев.
ВЗГЛЯД: Национальная программная платформа – что это такое и для чего нужно ее создание?
Дмитрий Фишилев: В нашей стране объявлено о планах создания 27 платформ, которые должны стать катализаторами научно-технического развития по определенным направлениям. НПП – одна из них. Вокруг этого термина идут оживленные споры. По нашему мнению, в основе НПП должна лежать система стандартов и правил, которые регламентируют процесс создания программного обеспечения, его использования, хранения, обновления и поддержки. Это руководство для производителей ПО, которые хотят, чтобы их ПО внедрялось и использовалось в госструктурах, и хотят на этом зарабатывать. Создание НПП означает объявление общих правил игры на российском рынке для всех разработчиков ПО.
#{intervieweco}Отсутствие такой системы сейчас приводит к тому, что у государства нет собственной ИT-политики. Каждое ведомство занимается автоматизацией по собственному разумению. Однотипные системы с похожим функционалом заказываются у разных поставщиков, что приводит к многократному увеличению расходов на ИТ. Национальная программная платформа призвана устранить эти недостатки.
ВЗГЛЯД: То есть неправильно говорить, что НПП – это «русский аналог Windows»?
Д. Ф.: Конечно, неправильно. НПП – это не операционная система и тем более не русский Windows. Операционная система будет только одним из продуктов, входящих в состав НПП.
ВЗГЛЯД: Какие еще программы будут входить в НПП?
Д. Ф.: В состав платформы должны входить те продукты, которые будут полезны государству для решения задач в ИT-области. Поскольку потребности государства постоянно изменяются, соответственно, все время будут появляться новые продукты и решения в составе НПП. Так что это открытый список.
ВЗГЛЯД: Могли бы назвать программы, про которые уже точно известно, что они войдут в список НПП?
Д. Ф.: Инфраструктура НПП будет основана на отечественной среде разработки программного обеспечения, где отдельные модули будут превращаться в целостные решения, и того, что в советское время называлось фондом алгоритмов и программ. Т. е. такого места, где собираются и в упорядоченном виде хранятся те продукты, которые находятся в НПП.
В НПП также будут входить операционные системы, системы управления базами данных, решения, связанные с документооборотом, различного рода аналитические системы, офисные приложения. Все то, без чего сейчас невозможно представить работу любой организации. В НПП будут входить продукты прежде всего общего назначения, однако будут попадать и специализированные продукты. Что это могут быть за специализированные продукты, пока не определено. Можно предположить, что это будут, к примеру, системы проектирования, трехмерного моделирования и т. д.
Национальная программная платформа – это не операционная система и тем более не русский Windows
ВЗГЛЯД: Получается, что сейчас каждая госструктура разрозненно обращается за ИT-решениями к различным компаниям, а НПП станет единой базой этих решений для всех госструктур?
Д. Ф.: Да. Как только у госструктуры возникнет потребность во внедрении какого-либо ИT-решения, первое, что она сделает, это обратится в фонд алгоритмов и программ НПП, чтобы найти там необходимый продукт. Только если учреждения не найдут там того, что им надо, они смогут заказать разработку нового продукта. Но потом это решение будет размещено в базе НПП для того, чтобы следующие компании могли им воспользоваться.
ВЗГЛЯД: Будет ли предлагаться НПП для частных компаний, или это создается только для госструктур?
Д. Ф.: Государство не должно обязывать коммерческие организации пользоваться конкретными решениями. Но я не вижу никаких ограничений, почему бы коммерческим компаниям не пользоваться фондом алгоритмов и программ НПП. Понятно, что это будет выгодно производителю решения, которое находится в этом фонде. Потому что он будет зарабатывать на внедрении и технической поддержке своего решения.
ВЗГЛЯД: Пользоваться НПП должны будут все госструктуры в обязательном порядке?
Д. Ф.: Есть решение правительства, подписанное Владимиром Путиным в декабре прошлого года, в котором говорится, что к концу 2015 года все федеральные органы власти РФ в обязательном порядке должны перейти на использование свободного программного обеспечения. А подавляющее большинство решений, которые войдут в НПП, будут составлять продукты, распространяемые под свободными лицензиями. Это значит, что пользователю таких продуктов предоставлено право изучать, вносить изменения, использовать и свободно распространять имеющиеся решения. В большинстве случаев это продукты, которые распространяются без лицензионных платежей, но есть исключения.
В упомянутом мною постановлении правительства РФ ничего не говорится о региональных и муниципальных органах власти. Но я думаю, что если процесс перехода на свободное ПО окажется эффективным на федеральном уровне, то этот опыт будет распространен и дальше.
ВЗГЛЯД: Эта программа призвана минимизировать ИТ-расходы государственных органов структур. Насколько серьезно появление НПП может снизить затраты госструктур на информационные технологии?
Д. Ф.: В зависимости от методики подсчета называются разные цифры. По нашим данным, на горизонте планирования до 2020 года только на отказе от покупки лицензий на проприетарное ПО государство сможет сэкономить около 137 млрд рублей.
ВЗГЛЯД: Стартовая цена конкурса на разработку прототипа НПП была заявлена в 27 млн рублей, а ваша компания предложила сделать эту работу всего за 5 млн рублей. Почему так дешево?
Д. Ф.: Как я говорил, существует несколько точек зрения, что должна из себя представлять НПП. На первом этапе научно-исследовательской работы, которую мы закончили, закладывалась идеология Национальной программной платформы. Мы хотели, чтобы наша точка зрения стала основной для развития НПП, поэтому решили выиграть этот конкурс во что бы то ни стало. Это был совершенно убыточный для нас проект. Это был большой объем работы, который, конечно, стоил не 5 млн рублей.
ВЗГЛЯД: Какова реальная стоимость работ?
Д. Ф.: Я думаю, в районе 20–22 млн рублей. Работу выполняло много людей фактически круглосуточно, потому что на ее выполнение было мало времени. Одни мы бы этот проект не сделали. Поэтому позвали другие компании, входящие с РАСПО (Российская ассоциация содействия развитию свободного программного обеспечения). Они также понимали, что это не будет для них прибыльно. Но так как у нас совпадает точка зрения на то, как должна выглядеть НПП, они согласились предоставить в наше распоряжение свои ресурсы.
ВЗГЛЯД: Каким образом ваша компания планирует отбить эти убытки?
Д. Ф.: Когда НПП станет реально действующим механизмом, мы собираемся стать одним из поставщиков ИT-решений для платформы. Наша компания надеется заработать на проектах внедрения и технической поддержки этих решений в будущем.
ВЗГЛЯД: Во сколько оценивается потенциал рынка внедрения решений в рамках НПП?
Д. Ф.: По прогнозам, до 2020 года объем рынка, связанный с НПП, может составить несколько десятков миллиардов рублей.
ВЗГЛЯД: Вы рассчитываете заполучить большую часть этого пирога?
Д. Ф.: Безусловно, мы будет биться за большую долю.
ВЗГЛЯД: Есть ли у вашей компании приоритет с учетом того, что вы разрабатываете прототип НПП?
Д. Ф.: У нас нет никакого приоритета. Если вы можете выпускать свежие и качественные продукты, в состоянии выполнить те требования, которые предъявляет НПП для решений, то дорога открыта для всех.
ВЗГЛЯД: Почему в состав НПП решено включить операционные системы на базе Linux?
Д. Ф.: По нашим оценкам, если сейчас лицензировать все, чем пользуется государство из области платного программного обеспечения, то разово на это придется потратить порядка 3,5 млрд долларов. Поэтому решение о том, что должна стоять операционная система Linux, очевидное. Мало того, что эта операционная система бесплатная, она активно развивается, ее различные варианты являются высокопроизводительными и высоконадежными как с точки зрения устойчивости работы, так и с точки зрения информационной безопасности. Эта операционная система обладает целым набором больших плюсов, которые и предопределили этот выбор.
Однако мы сформулировали ряд требований к решениям, претендующим на то, чтобы пойти в НПП. Одним из таких требований будет кроссплатформенность ПО. Это техническое свойство программного продукта, которое позволяет ему работать на любых операционных системах без переделки. Поэтому никакой монополии использования Linux не создается. Если кому-то хочется использовать Windows – пожалуйста. При этом компания, использующая Windows, не теряет возможности использовать решения, которые являются частью НПП.
ВЗГЛЯД: Ваша компания с партнерами заложила первый камень в фундамент Национальной программной платформы. Какие следующие этапы претворения НПП в жизнь?
Д. Ф.: Следующим этапом станет объявление Минкомсвязи конкурса на опытно-конструкторские работы, в рамках которых будут созданы опытные образцы, то есть уже работающие системы. Потом опытные образцы будут выведены на промышленное производство.