Кенни Гарретт: «Я покорил Великую Китайскую стену»

Номинирован на «Грэмми»

Кенни Гарретт любит путешествовать и всегда с удовольствием рассказывает о своих поездках.

Видимо, для более успешного объединения человечества Гарретт учит языки всех стран, где он бывает. По крайней мере, он так говорит. По-русски джазмен сказал лишь традиционные «привет» и «спасибо

– Я всегда открыт для новой информации, – говорит он. – Моя музыка испытывает влияние культурных традиций тех стран, где я бываю. В прошлом году я три недели путешествовал по Китаю. И если вы послушаете мой последний диск, то услышите мотивы китайской музыки в моих произведениях.

В этом альбоме, который уже был номинирован на Grammy (он считается чуть ли не лучшей пластинкой музыканта), Кенни Гарретт действительно смешал, кажется, несовместимые вещи – классику американского джаза, африканские и китайские мотивы, а также пение тибетских монахов.

В результате получился художественный синтез, который критики уже назвали революционным. Гиперэклектичный интерьер клуба «Багет», куда Игорь Бутман привез звезду мирового джаза, в этот раз очень подошел по стилю культурному винегрету Гарретта.

– В этом альбоме я не только покорил Великую Китайскую стену. Я бы говорил о преодолении всех барьеров, разделяющих людей, – говорит Гарретт.

На эту тему
• Джазовый эстет Кёрт Эллинг
• Магия Antony & The Johnsons
• Вадим Пономарев: Джордж Майкл взорвал Москву
• Эксперименты «Усадьбы. Джаз»

Видимо, для более успешного объединения человечества Гарретт учит языки всех стран, где он бывает. По крайней мере, он так говорит. По-русски джазмен сказал лишь традиционные «привет» и «спасибо». Его арт-директор, внешне очень похожий на «делового парня» из Бронкса, в это время нервно составлял планы Кенни и его квартета в ночной Москве. Наверное, у музыкантов Гарретта были свои представления о методах изучения иностранных языков – методом погружения.

Так же, как языки и страны сегодня, когда-то Гарретт мешал приличные места работы. Начав играть еще в детстве – под руководством отца, Кенни поступил в музыкальный колледж в Детройте. А когда ему было всего 18 лет, он получил приглашение работать в оркестре Дюка Эллингтона под управлением сына Эллингтона – Мерсера. Через три с половиной года напряженной работы в этом коллективе Кенни стал профессиональным музыкантом.

С 1982 года Кенни играет в джазовой Мекке мира – в Нью-Йорке. Там он выступает с оркестром Мэла Льюиса и квинтетом Денни Ричмонда. В 1985 году на Кенни обращает внимание великий барабанщик Арт Блейки, и в составе его легендарной группы Jazz Messengers саксофонист принимает участие в записи двух альбомов, а также работает в студии с Вуди Шоу и Фредди Хаббардом.

Любимый ученик Майлза

В 1986 году происходит поворотное событие в жизни Кенни Гарретта – его приглашает работать с собой сам Майлз Дэвис! Пять лет работы с мэтром (вплоть до смерти Дэвиса осенью 1991 года) принесли Гарретту мировую известность, но самое главное – он прошел лучшую в мире школу, и Майлз даже назвал его своим самым талантливым и любимым учеником. Кенни Гарретт записался с Дэвисом на четырех альбомах.

Активная сольная карьера Гарретта началась в начале 1990-х годах. За несколько лет до этого он выпустил четыре альбома, а затем подписал контракт со знаменитым лейблом Warner Bros. В 1996 году Гарретт занял верхнюю позицию в опросе читателей престижного журнала DownBeat как альт-саксофонист года. Причём не раз потом повторил успех.

В течение долгих лет Кенни был известен своей эмоциональной манерой исполнения и искрометными импровизациями. Именно их смогли наблюдать московские зрители в этот раз. В середине 90-х музыкант обнаружил в себе еще и талант композитора – за 10 лет записал ряд альбомов с собственной музыкой. Среди них – номинированный на Grammy Songbook, самые коммерчески успешные альбомы Гарретта Simply Said и Happy People, а также бескомпромиссный, яростный Standard of Language.