Дмитрий Губин Дмитрий Губин Почему Ирану без шаха лучше, чем с шахом Пехлеви

Мухаммед Реза Пехлеви очень хотел встать в один ряд с великими правителями прошлого – Киром, Дарием и Шапуром. Его сын, Реза Пехлеви, претендует на иранский трон сейчас. Увы, люди в самом Иране воспринимают его внуком самозванца и узурпатора и сыном авантюриста.

6 комментариев
Глеб Простаков Глеб Простаков Нефтяные активы как барометр мира

Никто сейчас не может сказать, когда произойдет серьезная подвижка по украинскому кризису. Нет ни сроков, ни дат. Но зато они есть в кейсе «ЛУКОЙЛа» – 28 февраля.

2 комментария
Геворг Мирзаян Геворг Мирзаян Почему Европа никогда не пойдет против США

Никакого общеевропейского сопротивления Трампу по вопросу Гренландии нет. Никакой общеевропейской гибкой позиции по Украине (которая смогла бы вернуть Европе субъектность хотя бы в этом пункте) тоже нет.

5 комментариев
18 августа 2014, 19:41 • Авторские колонки

Михаил Бударагин: Новые песни

Михаил Бударагин: Новые песни

Макаревич поет, украинские пропагандисты радуются? Не имеет никакого смысла раздражаться по этому поводу и уж тем более грозить отнять награды. Пусть поет, пусть радуются. Мы-то зачем ведем себя как аборигены?

Андрея Макаревича* принято сейчас осуждать, и если бы я был столичным журналистом с претензией, я бы обязательно за него вступился. Мол, не травите, мужики, не травите, он хороший.

Вот жив Пушкин с его «Клеветникам России», вот жив Достоевский с его Пушкинской речью

Не вступлюсь. Я на его песнях не рос, я рос на «Одном дне Ивана Денисовича», и список претензий к Александру Исаевичу у меня длинный, но публичные разборки с вчерашними кумирами – это, извините, унизительно.

Впрочем, призывать побивать камнями известного артиста мне тоже не хочется: все мы все равно ответим перед историей – и за убитых детей в том числе. Формально Макаревич все объяснил: ехал не в Славянск, пел перед детьми, все хорошо, пригласили добрые люди в «зону АТО», так действительно случается. Шел в комнату, попал в другую, а там уже не убивают никого, как удачно.

Но все это – детали. Позволю себе коротко заметить вот что.

Макаревич – один из множества российских артистов. Не лучший, не худший, не самый известный, обычный немолодой тусовочный человек, который поет не самые плохие, не самые хорошие песни. Он решил поддержать Украину и отдал себя в добрые руки украинской пропаганды, которая использовала его уже и в хвост, и в гриву.

И продолжает использовать.

Воевать с Макаревичем – это воевать даже не с этой дураковатой пропагандой, а просто с одним из ее объектов, с персонажем медийной игры «А смотрите, как мы умеем». Разумеется, эта игра ведется вполне туземно: о, гляди, Мыкола, человек из белого мира, а верит в то, что у нас не кольца в носу, надо же.

Что же должен делать «белый мир» в ответ на этот детский сад? Спокойно выслушать и сказать: «Хотите, мы вам пришлем Эдиту Пьеху? У нас много всех и всяких, кого вам еще прислать?»

У Украины нет своей культуры, пусть даже и поп-культуры, все равно нет. Представьте, даже Гоголь – русский. Ни Шостаковича, ни Скрябина, ни Льва Толстого, ни Андрея Тарковского. Ничего. Выжженная пустыня, все скачут с факелами. Для них и Макаревич – радость, хоть что-то, хоть кто-то, отдушина, счастье.

На самом деле, я думаю, мы устали бегать за всеми этими охтыжбожемойартистами и слушать, что там они сказали. Пусть едут. Отправить на Украину всю тусовку, пусть поют, рукопожимаются, любят Арсена Авакова. Потеряем Макаревича? Не беда, «новые песни придумает жизнь», история подарит нам двести макаревичей.

У нас всего много. У Украины нет ничего – горелые покрышки, потерянный Крым, горящие Донецк с Луганском, облезлая елка в центре столицы и руины, руины, руины, нет горячей воды, урожая нет, не будет газа.

Пусть хоть Макаревич их повеселит, наследникам великой культуры до подобных мелочей не должно быть вообще никакого дела.

А о том, что эти наследники – мы, многие как-то в пылу баталий забыли.

Мы находимся в самом начале истории, которая после десятилетий затхлости вдруг выбила в этом покосившемся доме все стекла, и оказалось, что там, впереди – есть будущее, что там, позади – все те, кто были давно мертвы, стоят, как живые. Вот жив Пушкин с его «Клеветникам России», вот жив Достоевский с его Пушкинской речью, жив Блок с его «в белом венчике из роз», все этим летом – особенное, все – другое, тысячи людей срываются с места, берут в руки оружие, рацию, вещмешок и идут делать дело, к которому они призваны историей. Все пришло в движение, все ожило, и на перегное умершей Украины вырастут еще новое небо и новое земля.

Помните об этом. «Шестую симфонию», пожалуйста.

* Признан(а) в РФ иностранным агентом