Исландия отказалась от Евросоюза. Именно таким оказался итог прошедшего на острове референдума о возобновлении переговоров по вопросу вступления страны в ЕС (начатых в 2009 и прерванных в 2013 как раз по причине желания провести референдум).
По результатам прошедшего 30 августа голосования 52,8% респондентов высказались против возобновления. Если брать деление по регионам, то из 6 избирательных округов большинство «за» было лишь в двух – столичных. При этом явка оказалась крайне высокой – на референдуме проголосовало 225 тысяч человек из 270 тысяч, имеющих право голоса.
Для некоторых жителей стран Восточной Европы и Малой Азии, стремящихся в Евросоюз, итоги исландского голосования выглядят парадоксально. Как можно голосовать против вступления в ЕС, когда вы фактически находитесь на пороге вступления? И устами еврокомиссара по вопросам расширения Марты Кос вам прямым текстом обещают, что порог этот вы переступите максимум через год-два?
Однако исландцы руководствовались не фантазиями, а банальными экономическими причинами. Они просто трезво подсчитали, что вступление в ЕС им невыгодно.
Дело в том, что определенный уровень интеграции острова в Евросоюз уже существует. Исландия уже является частью единого рынка ЕС и Шенгенской зоны.
Полноправное членство в ЕС позволит ей войти в таможенный союз, а в перспективе и в зону евро (что стабилизирует национальную валюту) – однако и потребует от властей острова включиться в общеевропейскую квотную систему экономики. Например, в общую политику ЕС в области рыболовства – и подчиняться ей.
А ведь добыча рыбы и морских ресурсов сейчас составляет порядка 15% ВВП и 40% экспорта страны. Неудивительно, что исландцы отказались лишаться суверенитета в этом вопросе – и, например, в одном из «рыболовецких» округов число проголосовавших «против» превысило 60%.
Да, Евросоюз устами еврокомиссара по рыболовству Костаса Кадиса обещал Рейкъявику «пространство для гибкости» в рыболовных вопросах – то есть какие-то послабления и отсрочки. Но исландцы опять отнеслись к этим обещаниям трезво.
«Я знаю, что Европейский союз даст некоторые обещания о гибкости, особенно в начале, но мы понимаем, что это не будет навсегда», – заявила лидер ведущей оппозиционной силы – Партии Независимости – Гудрун Хафштайнсдоттир.
Да, сторонники вступления в ЕС пытались заставить исландцев выключить калькулятор, упирали на чувства. Даже использовали фактор Дональда Трампа, а точнее его риторику в отношении Гренландии. Сторонники ЕС уверяли, что если американский лидер будет также покушаться на суверенитет Исландии (а он четыре раза называл Гренландию Исландией, создавая впечатление оговорок по Фрейду), то у нее будет больше шансов на защиту внутри Евросоюза.
Однако исландцы, по всей видимости, подсчитали, что наличия их страны в НАТО для этого достаточно. И проголосовали против продолжения переговоров о вступлении.
Для Европы это голосование стало серьезным политическим поражением.
Не потому, что Евросоюз потерял возможность доступа к исландским рыбным ресурсам, а потому, что жители острова нанесли самый серьезный после Брекзита удар по одному из оплотов брюссельской пропаганды – мысли о том, что евроинтеграции является естественным и безальтернативным курсом для любой страны.
«Шаг Исландии в сторону членства послал бы миру сигнал европейского единства – и, на фоне напряжённости между США и Европой, а также растущего влияния авторитарных держав во главе с Россией и Китаем, такой сигнал был бы более чем желанным», – пишет издание Politico. А по факту же, как отмечает лидер французской опапозиции, Марин ле Пен, результат исландского референдума указывает на очевидную истину: членство в Европейском союзе не является естественной перспективой для каждой европейской демократии.
«В то время, когда некоторые выступают за большее федерализм и передачу суверенитета Европейской комиссии, это голосование напоминает нам, что возможна другая Европа — Европа свободных, суверенных государств, добровольно сотрудничающих по вопросам общих интересов»,
– заявила она.
Именно за такую Европу выступают ряд европейских правых партий, пытающихся взять власть в свои руки. И именно такую Европу (а не агрессивный деспотичный крестоносный блок, в который сейчас превращается ЕС) хочет видеть Россия. Именно поэтому она пытается убедить национальные элиты и население стран бывшего СНГ, которых тянут в ЕС, тоже взять в руки калькулятор и посчитать все выгоды от подобного вступления.
Например, население той же Армении – именно поэтому российские чиновники настойчиво предлагают армянским властям провести референдум. Пусть люди сами решат, где им будет лучше – в Евросоюзе, который своими квотами уничтожит армянское сельское хозяйство (как он уничтожил болгарское), или все-таки в Евразийском союзе, благодаря которому армянские продукты – если, конечно, они ничем не заражены – свободно попадают на огромный евразийский рынок.
Возможно, для кого-то в Армении – а также Грузии, Молдавии и ряде других стран – исландский пример окажется показательным. И они поймут, что можно и даже нужно говорить Брюсселю «нет».