Сейчас в Швеции насчитывается 725 тыс. человек трудоспособного возраста (при общей численности населения в 10,5 млн), существующих исключительно за счет пособий. По словам экономиста шведской конфедерации предпринимателей Патрика Джойса, у этих людей просто нет стимула к поиску работы. Так, семья с двумя взрослыми и одним ребенком, живущая на финансовую помощь от государства, в случае если один из ее членов начнет трудиться полный рабочий день, увеличит свой доход лишь на 200 крон в месяц (примерно 1400 рублей). При наличии же в семье двух и более детей доход вообще не увеличится.
«От социальных пособий шведские семьи сегодня могут получать доход, эквивалентный заработной плате за полный рабочий день, что неразумно. Для тех, кто может работать, работа всегда должна приносить ощутимую прибыль», – говорит Джойс.
Его точку зрения поддерживает Анестис Чарталидис, управляющий клининговой компанией в Стокгольме. «Мы всегда ищем новых сотрудников, но мне постоянно говорят, что «работать нет смысла». Что я должен сделать? Я отказываюсь платить «черную» зарплату, что иногда требуют некоторые. Кроме того, конечно, у нас есть коллективный договор, потому что я хочу быть законопослушным.
Нужно уменьшить пособие для тех, кто неоднократно отказывается от работы! Я встречал людей, направленных сюда службой занятости и не работавших по 18 лет. Они отказываются работать, несмотря на 18 лет безработицы! Я не понимаю, как служба занятости может спокойно смотреть на это безобразие», – говорит Чарталидис.
В настоящее время Швеция находится во власти все углубляющегося экономического кризиса, и чиновники заговорили о том, что не худо было бы ослабить тяжесть лежащего на госбюджете ярма социальных пособий. В частности, предлагается ввести потолок размера пособий и компенсаций, которые может получить отдельная семья. Поясняется, что цель запланированной реформы состоит в том, чтобы привлечь больше населения к работе и «противодействовать исключению людей из жизни общества». Премьер-министр Ульф Кристерссон пояснил: «Когда разные социальные пособия накладываются друг на друга, то они быстро становятся настолько высокими, что обычной заработной плате становится трудно с ними конкурировать».
В свою очередь министр финансов Элизабет Свантессон привела в пример типичную стокгольмскую семью с шестью детьми, где ни один из родителей не работает, но зато они ежемесячно получают в общей сложности суммарно 38 130 крон (примерно 285 000 рублей) после уплаты налогов. «В одном подъезде могут жить две одинаковые семьи. Одни каждый день ходят на работу, трудятся, пусть много не зарабатывают, но зато вносят вклад в жизнь общества. Другие соседи при этом получают те же деньги в виде социальных пособий и постоянно сидят дома», – говорит Свантессон, добавляя, что такую ситуацию едва ли можно назвать допустимой.
В правительстве признаются, еще пока нет четкого представления о том, как конкретно будут работать ограничения на выплаты. Но уже назначена специальная комиссия, которой предстоит разработать соответствующие предложения.
Впрочем, еще год назад едва ли можно было представить даже такие скромные шаги. Но в сентябре прошлого года в королевстве состоялись парламентские выборы, в результате которых прежняя леволиберальная правящая коалиция уступила место умеренно правым партиям. А те считают, что сейчас настало время затягивания поясов – государство больше не может жить по принципу «один с сошкой, семеро с ложкой».
Кошмар «мультикультурализма»
Не секрет, что главными потребителями шведской системы пособий являются мигранты. На момент начала 2023 года по крайней мере 34,62% жителей Швеции имеют иностранное происхождение. Из людей в возрасте от 35 до 44 лет это около 44,12%, из тех, кому от 25 до 34 лет, – 41,19%, а из детей в возрасте от пяти до девяти лет – 40,37%. Наибольшая доля населения приходится на иммигрантов в таких крупных городах, как Стокгольм, Мальме и Гетеборг. При этом реальная доля жителей иностранного происхождения может быть значительно выше, чем указано в документах государственного статистического управления. Ведь иммигранты в третьем поколении учитываются уже как обычные шведы, поскольку в Швеции запрещено вести статистику по этническому признаку.
Больше всего «новых шведов» за последнее время понаехало из Сирии, Эритреи, Сомали, Ирака и Афганистана. Это все больше вызывает в Швеции тревогу.
Шведских исследователей беспокоит и то, что из-за закрепившегося за их страной имиджа «социального рая» в нее хотят переехать еще 10 млн человек. Такие результаты выяснились в ходе опроса, проведенного американским Gallup World Poll, когда опрашивали людей из более чем 160 государств. Среди тех, кто хочет перебраться в скандинавскую страну, непропорционально большую долю составляют люди с проблемами со здоровьем, которых привлекают шведские социальные льготы. Другими словами, это люди, для которых бывший премьер-министр Швеции Йеран Перссон придумал название «социальные туристы». Их приезд грозит обрушить и так трещащую по швам шведскую систему социального обеспечения.
Сейчас главное утешение шведов состоит в том, что все-таки далеко не все потенциальные «нахлебники» найдут в себе достаточно сил и энергии для того, чтобы добраться до вожделенной ими страны кисельных берегов. «Мы видим, что популярность Швеции возросла, но с чем это связано, сказать сложно. Возможно, потребуется время, прежде чем изменения в нашей миграционной политике возымеют эффект. И кроме того, понятно, что не все, кто хочет приехать, действительно приедут сюда», – успокаивает сограждан сотрудник шведского Института бизнес-исследований и исследований будущего Улле Хаммар.
Пытаясь поставить барьер перед этими «нахлебниками», шведское правительство намерено ввести новую норму, по которой с 2027 года всем, кто хочет получить в этой стране вид на жительство, придется сдавать экзамен по государственному языку и обществознанию. Предполагается, что новая норма отпугнет потенциальных мигрантов, ведь шведский язык далеко не самый простой для изучения, да и отнюдь не самый распространенный.
Политик Йимми Окессон, возглавляющий влиятельную правопопулистскую партию «Шведские демократы», заявил о провале «мультикультурного эксперимента». Окессон констатирует: «Мечта политиков о мультикультурной Швеции была поставлена выше всего остального и сегодня стала кошмаром для жителей страны. Не проходит и дня, чтобы жители страны не узнали из СМИ о новых перестрелках, новом убийстве или новом взрыве. Насилие и наркотики стали обыденностью. Не задумываясь о последствиях, прежние правительства собрали людей со всех уголков земли в шведские пригороды, которым сегодня свойственны сегрегация и отчужденность, безработица и преступность. Монополии полиции на насилие сейчас бросают вызов преступные группировки, которым позволили расползтись из городских пригородов на значительную часть всей Швеции. Вина за это, естественно, лежит на политиках, которые воспевали мультикультурализм и отрицали социальное развитие».
Засилье «весельчаков»
Интересно мнение проживающих в Швеции представителей русскоязычной общины. Люди пишут в интернете, что в королевстве сложилась совершенно ненормальная система с социальным обеспечением иммигрантов, грозящая опрокинуть государство.
«Надо всего лишь вернуться в поле здравого смысла. Перестать слишком легко давать статус беженца и пособия, перестать создавать из страны приманку для лентяев и халявщиков. Но главное – начать жестко карать нарушителей правил. Высылать из страны не в комфортабельном кресле самолета с сопровождающими, не способными жестко обращаться, а в вонючих трюмах – и в те страны, которые за небольшую мзду готовы принимать таких нарушителей к себе на рудники под жестокими надсмотрщиками», – пишут люди.
Многие жалуются, что пришельцы ведут себя в Швеции крайне нагло – и дело не только в практически ежедневных новостях об очередных перестрелках этнических банд. Лучше всего ситуацию характеризуют «мелочи» вроде начавшегося недавно суда по делу пятерых арабов, столкнувших в воду украинского мигранта. Украинец, работающий водителем в одной из транспортных компаний города Мальме, как-то отправился в порт порыбачить. Там он на свою беду столкнулся с пятью ошивавшимися по округе бездельниками. Из-за языкового барьера общения не получилось, и когда украинец, дружелюбно продемонстрировав арабам десяток выловленных им рыбин, отвернулся, чтобы возобновить ловлю, то получил толчок в спину.
Упав в ледяную воду, мужчина принялся в ней барахтаться, взывая о помощи, а арабы снимали его в это время на мобильный телефон и радостно хохотали. Наконец, они смилостивились над украинцем и протянули ему руку.
Поскольку в порту всюду развешаны видеокамеры, весельчаков задержали – все они оказались молодыми выходцами из Сирии и Ирака. На допросах в полиции арабы объяснили, что ездили по Мальме и искали, где бы развлечься, и увидев украинца, решили повеселиться. Они и раньше имели приводы в полицию, причем один из них, 21-летний Хусейн Фахир Айял Аль-Рубайе, который и столкнул украинца в воду, на момент получения шведского гражданства уже являлся рецидивистом. Русскоязычные шведы, ознакомившись с данными задержанных, горько жалуются: «А как эти типы получили гражданство за два года? Я замужем за гражданином Швеции и ждала три года. И почему рецидивисту вообще дали гражданство?»
Кстати, по словам местных русских, им зачастую приходится сталкиваться в Швеции с дискриминацией. Некоторые поставили вопрос: а стали бы полицейские так рьяно искать хулиганов, если бы пострадавшим оказался не украинец, а русский? Более опытные ответили, что русским тоже нужно научиться пользоваться этим оружием – чуть что, обвинять шведов в расизме. Это, как правило, помогает. «Если чиновнику реально угрожает обвинение в расизме – срабатывает. Конкретный пример: отказ в приеме на работу из-за «русскости». Но как только «швондерам» намекнули на расизм, сразу отскок с извинениями и приседаниями: мол, мы же действовали по правилам... То бишь, правила-то есть, но огласки боятся. Законность пока еще в силе», – рассказывают новичкам «бывалые».
В заключение стоит отметить, что нынешняя правящая коалиция пообещала голосовавшим за нее шведам такие «плюшки», как ужесточение наказаний для бандитских группировок, значительное ужесточение правил предоставления убежища и даже возможность возвращения на родину тех мигрантов, которые «не интегрировались». Введение более суровых правил получения социальных пособий отлично в этот ряд укладывается.