28 июля президент США Джо Байден нашел в своем напряженном графике время для, в общем-то, неожиданной встречи. В понимании Запада – даже саммита. Он встречался с самопровозглашенным президентом Белоруссии Светланой Тихановской.
«Саммит» продлился 15 минут, и сама Тихановская поведала о «мощном знаке солидарности с миллионами бесстрашных белорусов, которые мирно борются за их свободу». «Сегодня Белоруссия находится на передовом рубеже битвы между демократией и автократией. Мир стоит с нами. Белоруссия обязательно будет историей успеха», – написала она.
Это далеко не единственная встреча, которая была у Тихановской в Штатах (где она находится с 18 июля в долгосрочном турне по официальному приглашению Госдепа). 19 июля госпожа Тихановская встречалась с госсекретарем Энтони Блинкеном, его замом Викторией Нуланд и советником ведомства Дереком Шолле. Кроме того, она посетила сенат и переговорила с рядом влиятельных обитателей Капитолия.
Цели Тихановской (а точнее, стоящих за ней людей) понятны. Во-первых, это легитимация ее статуса как лидера белорусской оппозиции (которую никто не выбирал) и победителя президентских выборов в этой стране (в статусе которой ее признали лишь несколько стран Европы). А с этим есть проблемы, ведь целый ряд других политических эмигрантов из Белоруссии, осевших в Польше и Литве, имеют свои амбиции, помноженные на политический опыт и давнюю оппозиционную деятельность.
Тихановскую, конечно, западные кураторы активно обучают правилам игры, и она за время своего изгнания уже может нормально говорить и держаться, но все равно недотягивает по уровню мастерства до конкурентов. Ей нужно благословение на правление у руководителя коллективного Запада – и она его получила.
Соответственно, оппозиционные СМИ и телеграм-каналы позиционируют встречу с Байденом (да и другие встречи в рамках американского турне Тихановской) именно как белорусско-американские мероприятия. «Впервые в истории лидер Белоруссии принимается на столь высоком уровне в Вашингтоне», – пишет советник Тихановской Франак Вячорка.
Помимо благословения Тихановской нужны действия. Самопровозглашенный президент Белоруссии призывала к введению санкций против и ее руководства. «Мы обсудим возможные международные действия по политической и экономической изоляции режима. То, как сделать взаимодействие с ним токсичным и очень затратным – в том числе и для России. Мы знаем и понимаем, что только сами белорусы могут привнести в страну демократические изменения, но мы все же надеемся на активное и несимволичное участие США в этом процессе», – заявила она.
Тут уже сложнее, ведь целый ряд западных политиков не желают развязывать санкционную войну против Лукашенко, поскольку считают, что эта война лишь еще больше толкнет его в объятия России. Правда, после инцидента с бортом RyanAir таких не желающих поубавилось – считается, что белорусский лидер перешел определенные красные линии и окончательно отказался от идеи возобновить «многовекторную политику». Американское руководство, по всей видимости, пока не определилось в этом вопросе, поэтому Байден и его чиновники пообещали Тихановской «продолжить курс по приведению Лукашенко к ответственности» за его действия, не уточнив конкретные пункты этого курса.
Что же касается интереса Байдена от этой встречи (все-таки президент США встречается не с каждым «лидером оппозиции» или самозванцем), то он в ставке на длительную игру в белорусской партии. Вопреки победным реляциям окружения Александра Лукашенко, протесты в Белоруссии не уничтожены – они загнаны под лавку.
Более того, под этой лавкой протесты самоорганизуются. Оппозиционеры (для которых выступления летом – осенью 2020 года были в новинку – белорусы к такому не привыкли) учатся протестовать, читают «правильные» телеграм-каналы, укрепляют свое мировоззрение. И ждут, пока Александр Лукашенко снова ошибется или даст слабину.
И как раз в период этого ожидания их важно поддержать. Если уж не материально, то хотя бы морально. Через встречу главы «Свободного мира» Джо Байдена (а вместе с ним ключевых чиновников администрации и руководства Конгресса) если уж не с лидером, то хотя бы со знаменем белорусского протеста.
Отдельным пассажем стал презент, который знаменосец Тихановская получила от Байдена. По ее словам, Байден в какой-то момент вышел из зала и затем вернулся туда «с кипой печенек», предложив Тихановской ими подкрепиться. Явная аналогия с Викторией Нуланд, которая на Майдане раздавала всем печеньки.
Вопрос в том, к чему была эта аналогия. Кто-то увидел в этом оскорбление самопровозглашенного лидера Белоруссии. Денег не дали, решили отделаться печеньками, за которые хотят купить развал белорусского государства по примеру украинского.
Представитель МИД РФ Мария Захарова и вовсе провела аналогию с гайдаровским Мальчишом-Плохишом, которому, как известно, за предательство дали буржуины целую бочку варенья и корзину печенья. «Еще не наработала, видимо, на варенье», – прокомментировала представитель МИД отсутствие второй составляющей буржуинского поощрения. Есть, вероятно, и те, кто считает, что дедушка просто решил сделать приятное женщине – без всяких намеков.
Однако самой интересной все-таки выглядит другая версия – сложная и многоступенчатая. Байден (ну или автор этой истории с печеньками) действительно провел аналогию с Майданом, но послание это адресовано не белорусам, а россиянам. Этакий троллинг российской власти и экспертного сообщества, дабы они комментировали историю ровно в этом ключе и сравнивали тем самым белорусский протест с украинским.
А между тем это сравнение оскорбляет белорусов (а точнее, пророссийскую часть белорусского общества, выступившую против Лукашенко) – ведь они не страдают русофобией и не хотят демонтажа государственности.
Они просто считают, что Лукашенко перешел черту во время предвыборной кампании и самих выборов. Сравнение же их (еще раз – не всех, но значительной части вышедших на улицы Минска) с украинскими обитателями Майдана образца 2013–2014 годов является действительно неуместным и оскорбительным. И ухудшает их отношение к России.
Поэтому, возможно, над встречей Тихановской с Байденом не стоит смеяться. Было бы логичней воспринимать ее как элемент американской политики «мягкой силы». Продолжение раскачки Белоруссии более тонкими средствами.