11 апреля стало известно об аварии на одном из иранских ядерных объектов в Натанзе (где происходит процесс обогащения урана), после чего часть объекта оказалась обесточена. По официальным данным, произошел взрыв, никто не погиб, а повреждения оказались незначительными. «Взрыв не был сильным, чтобы все разрушить, просел подвесной потолок в одной из операторских. К счастью, никто не пострадал, восстановить поврежденные участки можно уже в скором времени», – уверяет официальный представитель Организации атомной энергии Ирана Бехруз Камальванди.
Москитная война
Подтвердить его слова независимые эксперты по понятным причинам не могут. Неизвестно даже, был ли взрыв на самом деле или же имела место кибератака. Однако само по себе проникновение (физическое или виртуальное – не имеет значения) на один из самых защищенных объектов Ирана выглядит впечатляюще. Тем более что оно произошло аккурат на следующий день после того, как Тегеран заявил о начале испытаний новых типов центрифуг для обогащения урана.
По всей видимости, за атакой стоят израильские спецслужбы – по крайней мере, это главная версия, звучащая публично. И Израиль вовсе эту версию не опровергает. Вице-президент Ирана Али Акбар Салехи уже назвал действия Израиля «проявлением ядерного терроризма». Однако он не совсем прав.
Цель террористов – запугать жертву, заставить ее капитулировать. Целью же организаторов теракта в Натанзе – если допустить, что за взрывом стоит израильская разведка – было не запугать Иран и тем более не заставить Исламскую Республику прекратить ядерные разработки. Целью действия было само действие – израильтяне атакуют Натанз потому, что у них (по их собственному мнению) просто нет иного выбора, нежели проводить серию таких вот москитных нападений.
Исламская Республика Иран на сегодняшний день рассматривается Тель-Авивом как главный враг государства Израиль, обкладывающий его со всех сторон (Газа, Ливан, Сирия). Враг, которому, однако, израильтяне не могут объявить конвенциональную войну и устроить иранцам 1967 год (напомним, что почти 55 лет назад израильтяне превентивной операцией разгромили Египет, Сирию и Иорданию) или хотя бы спеть им новую ядерную арию (40 лет назад в рамках операции «Опера» израильские ВВС уничтожили саддамовский ядерный реактор в Осираке, поставив крест на ядерных амбициях Багдада).
И дело не только в том, что у Израиля не хватает военно-технических возможностей и/ или политической воли для проведения такой операции. А еще и в том, что в случае нападения находящиеся на вооружении Исламской Республики системы (в том числе и ракетные) способны причинить еврейскому государству неприемлемый ущерб.
Израиль может (и хочет) лишь присоединиться к нападению на Иран Соединенных Штатов либо вынудить Тегеран напасть на Израиль. Однако американцы воевать против Ирана не хотят (находящиеся на вооружении Исламской Республики системы, в том числе ракеты, способны причинить неприемлемый ущерб американскому флоту в Персидском заливе), а иранцы, несмотря на все угрозы превратить Израиль в «море огня», нападать первыми тоже как-то не спешат. Хотя бы потому, что если у них пока ядерной бомбы нет, то у Израиля она есть. И не одна.
В то же время Тель-Авив не намерен молча наблюдать за тем, как Тегеран усиливает свои позиции на Ближнем Востоке – и решает иранскую проблему как может. Например, серией точечных акций и терактов по целому ряду направлений.
Таким образом, Израиль, во-первых, «наказывает» иранцев за укрепление их позиций возле израильских границ (нанося ракетно-бомбовые удары по иранским позициям в Сирии). Во-вторых, саботирует иранскую ядерную программу через убийство ученых, а также теракты на иранских ядерных объектах.
Ваш ход
Израильтяне уже устраивали взрыв на объекте в Натанзе в июле 2020 года. Однако тогда израильские власти многозначительно отмалчивались, не давая противнику возможности доказательно обвинить Тель-Авив в ядерном терроризме. Сейчас же позиция Израиля иная. Ряд израильских СМИ (которые в ходе подобных терактов обычно комментируют их очень скупо) цитируют свой неназванный источник в разведке, уверяющий, что за нападением на объект в Натанзе стоит «Моссад».
По всей видимости, израильтяне очень хотят спровоцировать иранцев на ответные жесткие действия. И тем самым – сорвать идущие сейчас между Вашингтоном и Тегераном переговоры о реанимации иранской ядерной сделки 2015 года (заключенной президентом Обамой и отмененной его сменщиком, президентом Трампом, вышедшим из сделки и вернувшим санкции).
Сделки, в рамках которой Иран соглашается ввести ряд ограничений на свою ядерную программу и в ответ выводится из-под ряда экономических санкций Европы и США. Сделки, которая, по мнению израильтян, саудитов и некоторых американских экспертов, не решает проблему, а лишь усугубляет ее. Легитимирует иранскую ядерную программу (официально мирную), защищает Тегеран от санкций и возвращает его в мировую финансовую систему, давая возможность усилиться за счет торговли со странами Запада. Усилиться – и затем инвестировать эти деньги как в рост влияния, так и в программу по созданию ядерного оружия.
«Если и когда Байден даст Ирану доступ к доллару и американской банковской системе, режим за короткое время превратится в мощное военное государство, обладающее сильнейшей армией в регионе, поддержанной тактическим и стратегическим ракетным арсеналом.
В течение первого срока следующего президента (то есть через 8–12 лет – прим. ВЗГЛЯД) Иран станет обладателем ядерного оружия», – уверен старший научный сотрудник Гудзоновского института Майкл Приджент, ранее работавший в разведке США по иранской проблематике.
А возможно, станет даже быстрее – ведь не исключено, что ядерная сделка будет реанимирована на более выгодных для Ирана условиях, нежели в 2015 году. Тогда, напомним, Иран вышел на нее обложенный со всех сторон санкциями, в изоляции – а сейчас он идет на переговоры, имея за спиной недавно заключенное масштабнейшее торговое соглашение с КНР стоимостью в 400 млрд долларов.
Поведется ли Тегеран на игру Иерусалима, ответит ли ударом на теракт?
С одной стороны, очевидно, что нет – иранцы не дураки и все прекрасно читают. С другой, не стоит забывать, что в Иране специфический процесс принятия решений и понимание сохранения лица. А также большое желание во что бы то ни стало сохранить это лицо в преддверии президентских выборов в стране (до которых осталось два месяца). Тем более что слова о мести из Ирана уже прозвучали, и на вполне высоком уровне. Как и заявления о том, что произошедшее является «актом ядерного терроризма на иранской земле».
И вопрос в том, что для иранских властей сейчас окажется важнее: стратегическая победа над Израилем в виде заключенной ядерной сделки с Байденом или же тактическая месть за теракт.