Уникальность доктрины в том, что она впервые в истории России дает объемное определение такому явлению, как информационная война. В документе говорится о расширении масштабов использования спецслужбами «отдельных государств» оказания «информационно-психологического воздействия, направленного на дестабилизацию внутриполитической и социальной ситуации». Сказано там и об «увеличении в зарубежных средствах массовой информации объема материалов, содержащих предвзятую оценку государственной политики России», об усилении деятельности «организаций, осуществляющих техническую разведку в отношении российских государственных органов, научных организаций и предприятий оборонно-промышленного комплекса».
Тот, кто владеет информационными программами, тот побеждает в войнах
В доктрине не только указаны методы внешнего давления на страну, но и говорится о реакции государства на них. В частности, заявлено, что Россия намерена направить усилия «на нейтрализацию информационных воздействий, направленных на размывание традиционных российских духовно-нравственных ценностей». Отдельной строкой в документе в качестве угроз рассматривается нагнетание, в том числе и через социальные сети, межрелигиозной и межнациональной розни и попытки исказить российскую историю в угоду интересам других государств.
Последний пункт, как сообщает РИА «Новости», был прокомментирован пресс-секретарем президента России Дмитрием Песковым, который дал понять, что борьба с искажениями истории отнюдь не означает борьбу с самими историками:
«Исторические исследования, работа в архивах – это работа, которой придается большое значение. В то же время нельзя отрицать, что мы сталкиваемся с действиями, можно сказать, даже с целенаправленной линией, которая направлена на извращение исторических фактов, передергивание, манипуляцию историческими фактами, с тем чтобы оказать идеологическое давление. Это не секрет, этому надо противодействовать, но это не исключает научно-исследовательского плюрализма. И не может исключать».
Пора пришла не вчера
Законодательная и исполнительная власть отреагировали на принятие доктрины достаточно оперативно. Так, глава Минкомсязи Николай Никифоров заявил о том, что возглавляемое им министерство готово адаптировать под доктрину российское законодательство. В свою очередь первый зампред комитета Совфеда по международным делам Владимир Джабаров сообщил, что верхняя палата парламента, ее профильные комитеты и комиссии готовы подключиться к законодательному сопровождению реализации новой доктрины.
В свою очередь в разговоре с газетой ВЗГЛЯД президент Центра стратегических коммуникаций Дмитрий Габитов высказал мнение, что подобный документ России нужно было принять уже после «дела Сноудена»:
«На ситуацию со Сноуденом, кстати, гораздо оперативнее отреагировали китайцы, приняв аналогичную программу. В США она существовала достаточно давно. Но хорошо, что Россия все-таки определилась со своей официальной позицией по вопросу. Потому что если нормы не прописаны, то есть пространство для трактовок различных агрессивных действий, и, как правило, трактовок не в пользу государства».
Эксперт отметил, что в доктрине, несмотря на то, что угрозы прописаны чуть ли не детально, враги дипломатически не названы. При этом, по его мнению, названные угрозы в целом характерны для всех государств мира:
«Всем давно понятно, что утверждение о том, что интернет – это свободное пространство, которое якобы никто не контролирует, не соответствует действительности. Все серьезные хакерские атаки, повлекшие серьезный урон, осуществлялись при поддержке тех или иных государств. Я уже не говорю о том, как Google занимался моделированием запросов, Facebook* – модерацией новостной ленты, что продолжает делать и сейчас, а известные события «Арабской весны» произошли во многом благодаря социальным сетям. Давайте вернемся к недавним событиям – троллингу российского сегмента интернета украинскими ботами, DDoS-атакам на российские банки. Война объявлена, она идет, и иногда принимает крайние формы, как в случае давления официального Запада на канал RT. Поэтому хорошо, что Россия наконец отреагировала».
Фильтр для кибергадости
В доктрине отмечается пагубное и целенаправленное разрушение традиционных устоев российского общества при помощи глобальной сети. Не случайно в качестве одной из целей называется «развитие национальной системы управления российским сегментом сети «Интернет» при ведущей роли государства в этом процессе».
В разговоре с газетой ВЗГЛЯД член думского комитета по информационной политике, информационным технологиям и связи Вадим Деньгин предположил, что рано или поздно у национальных сегментов Сети появятся свои виртуальные границы:
«Я, кстати, в свое время предлагал создать на территории России некий кибер-Интерпол, наше географическое положение в центре континента позволяет нам отслеживать и выявлять киберпреступников в разных частях света. В целом же думаю, что человечество еще придет к тому, что национальные зоны интернета, исходя из национальных интересов государств, будут огорожены виртуальными пограничными пунктами. Так исторически сложилось, что интернет и социальные сети пришли к нам с Запада. Долгое время у нас не было ничего своего в этой сфере, и приходилось принимать то, что предлагают. И что мы в итоге получили? Группы подростковых суицидов, сообщества, популяризирующие наркотики, группы, пропагандирующие терроризм».
Решение для электронной промышленности
Газета ВЗГЛЯД неоднократно писала о проблемах российской электронной промышленности. Признает их наличие и Доктрина информационной безопасности.
«Состояние информационной безопасности Российской Федерации в экономической области характеризуется отставанием Российской Федерации от ведущих зарубежных государств в развитии конкурентоспособных информационных технологий, в том числе суперкомпьютеров, и их использовании для создания продукции и предоставления услуг на их основе, – говорится в документе. – Остается высоким уровень зависимости отечественной экономики и промышленности от зарубежных информационных технологий (электронная компонентная база, программное обеспечение, вычислительная техника и средства связи). Подобное положение дел обусловливает зависимость социально-экономического развития Российской Федерации от экспортной политики зарубежных стран, проводимой ими в целях реализации своих геополитических интересов».
В качестве стратегических целей доктрины называется «создание инновационной и вносящей существенный вклад в формирование валового внутреннего продукта страны отрасли информационных технологий, электронной промышленности», а также «достижение технологической независимости Российской Федерации в области информационных технологий за счет создания, развития и широкого внедрения соответствующих мировому уровню отечественных информационных технологий и средств защиты информации», создание производств собственных электронных компонентов.
«Исходя из принятой доктрины перед ведомствами были поставлены четкие задачи, – прокомментировал ситуацию газете ВЗГЛЯД зампредседателя думского комитета по информационной политике, информационным технологиям и связи Андрей Свинцов. – Минпрому – модернизировать весь спектр производства электронной базы для военного и гражданского сектора оборонных технологий, Минсвязи – «прорывных технологий» информационной безопасности, систем управления ими и их обеспечения. Нам, депутатам, предстоит разработать законы, помогающие поднять этот сектор экономики, и попытаться если не перегнать Силиконовую долину, то хотя бы сократить отставание от нее. В целом же нам предстоит создание мощнейшей отрасли экономики».
По мнению Свинцова, сейчас виртуальная и реальная безопасность взаимосвязаны, и «тот, кто владеет информационными программами, тот побеждает и в войнах».
Напомним, 2 декабря ФСБ России сообщила о том, что иностранные спецслужбы с 5 декабря готовили масштабные кибератаки с целью дестабилизации финансовой системы России.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ