1 сентября прошлого года вступил в силу закон, запрещающий розничную продажу крепких алкогольных напитков в ночное время. Такую меру предложил в числе прочих в 2009 году президент РФ Дмитрий Медведев, заявив о том, что алкоголизм приобрел в нашей стране характер национального бедствия.

По словам Сергея Колесникова, не зависимые от алкоголя люди спокойно держат дома определенный запас

Газета ВЗГЛЯД обратилась к заместителю председателя комитета Госдумы РФ по охране здоровья, председателю Восточносибирского научного центра СО РАМН Сергею Колесникову с просьбой рассказать, какое влияние на ситуацию оказал запрет за прошедший год.

ВЗГЛЯД: Сергей Иванович, можно ли уже подвести промежуточные итоги за время действия запрета на ночную продажу алкоголя? Что изменилось?

Сергей Колесников: Основное опасение было, что ночной теневой рынок алкоголя будет резко развиваться. Но эти худшие опасения не подтверждаются. Таких фактов, какие мы помним по 80-м годам, не отмечается.

Второй момент: по многим регионам, если сравнить первое полугодие этого года и прошлого года, довольно сильно сократилась преступность. Ее уровень упал в среднем примерно на 14%. По некоторым регионам, правда, это не достигнуто, но в большинстве областей мы наблюдаем снижение уровня преступности от 10 до 20%. По Москве темпы снижения преступности выше – около 23%.

Преступления, связанные с насилием, совершаются, как правило, в ночное время и как раз на почве алкоголя.

ВЗГЛЯД: А как в итоге обстоят дела с собственно пьянством и алкоголизмом?

С. К.: Есть одна проблема – у нас в стране очень много потребляется неучтенного, контрафактного алкоголя. Поэтому подсчет очень сложен.

Я не думаю, что надо ожидать существенного снижения потребления алкоголя в ближайшие два года. Запретительные меры – хорошо, а воспитательные меры лучше. Думаю, что нам нужно ожидать заметного снижения показателя потребления алкоголя в течение трех–пяти лет. Сейчас я могу сказать, что я скептик. Я не ожидаю, что за год снизится потребление алкоголя.

ВЗГЛЯД: По данным Минздравсоцразвития, с 2009-го по 2010 год потребление алкоголя сократилось с 18 литров до 15. Насколько связана эта тенденция с запретом?

С. К.: Один законопроект не мог так драматически повлиять. Если бы объявили сухой закон, это было бы другое дело, но в таком случае началось бы замещение суррогатами.

Думаю, закон внес в это свою лепту, но внесло и то, что сейчас и в обществе, и в СМИ начинают говорить о здоровом образе жизни, о том, насколько хорошо быть здоровым и богатым, а не бедным, больным и пьяным.

Здесь надо проводить серьезные исследования. Но в целом можно сказать, что молодежь стала меньше пить, особенно успешная.

ВЗГЛЯД: Когда вы поддерживали законопроект, у вас были определенные ожидания на этот счет. Насколько они оправдались?

С. К.: Мы привыкли к щуке, которая выполняет желания Емели, – вот мы приняли закон, и сразу все решилось. Одним законом все не решается. Многие страны мира прошли через ограничения места, времени и возраста потребления алкоголя, систему воспитательных мер и стимулирующую работу с тем, чтобы показать положительные примеры отказа от серьезного потребления алкоголя. И постепенно это дает эффект. Особенно хорошо это было проделано 40 лет назад в провинции Северная Карелия в Финляндии. Там по снижению потребления и алкоголя, и табака добились очень серьезных результатов, которые существенно сказались на здоровье население. Но там это проводилось 15 лет. Надеюсь, что у нас такой же эффект будет. Мы идем по этому же пути – мы вынуждены идти по пути северных стран.

ВЗГЛЯД: Снижение преступности входило в задачи, которые ставили перед собой авторы документа, или это «побочное» явление?

С. К.: Прежде всего, после 10–11 часов вечера повреждающее действие алкоголя на организм значительно выше, чем в дневное время. Во-вторых, потребление алкоголя вызывает повышенную агрессию и выход эмоций из-под контроля, отсюда рост преступности. Замысел в том и состоял – общественная безопасность и уменьшение вреда здоровью.

ВЗГЛЯД: Теперь алкоголики запасаются заранее, терпят до утра или идут за контрафактным алкоголем?

С. К.: Алкоголики заранее запастись не могут. Они потребляют то, что у них есть, до последней капли. И когда эта капля исчерпана, а это происходит, скажем, в 10 или 11 вечера, то они либо должны искать дополнительную дозу, либо смириться и ждать утра. В итоге они не доводят себя до состояния положения риз и до того, чтобы проявлять агрессию в ночное время.

ВЗГЛЯД: Может быть, эта агрессия проявляется в процессе поисков очередной дозы?

С. К.: Он может стать агрессивным, но для этого есть правоохранительные органы. А когда правоохранительные органы в середине ночи фактически не поддерживают порядок, потому что они тоже имеют свойство отдыхать (в отличие от других стран, полиция у нас имеет стиль работы, как у обычных граждан: большая часть работает в дневное время, значительно меньшая – в ночное), то и возникают предпосылки для роста преступности на почве алкоголизма. Убийства, самоубийства, семейные трагедии на почве алкоголизма происходят в основном в ночное время.

ВЗГЛЯД: По итогам прошедшего с момента вступления закона в силу года, вы считаете, общество приняло эту норму?

С. К.: Примирилось, так скажем. Я думаю, что и само общество уже устало от этого алкоголизма. Постепенно устает.

ВЗГЛЯД: Лично вам или вашим знакомым не приходилось испытывать запрет на себе?

С. К.: Я отношусь к тем, кого классифицируют как «культурпитейщиков». У меня всегда стоит какое-то количество алкоголя. Я же медик, у меня обязательно должна стоять водка – вдруг какая-нибудь рана. Стоит красное вино – вдруг придет друг, который пьет красное вино. Или белое – если у него аллергия к красному.

Большая часть моих знакомых тоже имеют дома хотя бы небольшой запас алкоголя, если употребляют оный.

У нас же борьба с алкоголизмом как проходит – ставится бутылка на стол и выпивается до дна, и это называется «борьба с зеленым змием». А люди, которые не страдают алкоголизмом и не зависимы от алкоголя, спокойно держат в своих квартирах определенный его запас, и им не нужно бежать ночью в соседний киоск, где бывает в том числе паленая водка.

ВЗГЛЯД: Представить себя в обстоятельствах, когда вечером решили купить бутылку, а нельзя, не можете?

С. К.: В подворотнях не пью лет сорок (смеется). Когда еду к друзьям, заранее готовлюсь – покупаю спиртной напиток или какой-нибудь сувенир. Просто я заранее планирую свою жизнь.