Обе Кореи «не могут позволить себе повторить несчастливый период истории, отмеченный взаимным недоверием и конфронтацией», – сказал Ли Мен Бак, передает «Аль-Джазира».
«Это вопрос времени, чтобы Пхеньян посмотрел в глаза реальности, произвел смелые изменения и принял резкое решение», – сказал южнокорейский лидер, добавив при этом, что власти КНДР не должны бояться перемен.
Перемены на полуострове, по мнению главы Южной Кореи, должны происходить в три этапа. «Императивом (в отношениях двух Корей – прим.) должен стать выбор обеих сторон в пользу сосуществования, а не конфронтации, прогресса вместо стагнации», – сказал Мен Бак. По его мнению, первым этапом объединения должно стать ядерное разоружение коммунистического соседа Южной Кореи.
«Следующий шаг – проведение всеобъемлющих обменов (опытом, кадрами – прим.) между Кореями и сотрудничества, направленного на то, чтобы резко развить экономику Севера». По словам президента, в результате таких действий должно быть создано корейское экономическое сообщество, в котором продолжатся процессы экономической интеграции. И лишь после этого возможно политическое объединение – на базе экономических достижений и единого корейского этноса.
Налог на объединение
Гипотетическое пока объединение двух экономик с совершенно разными укладами, однако, не станет дешевым удовольствием. В ситуации, когда вся экономика 24-миллионного коммунистического Севера составляет менее 3% от годового ВВП Юга с населением в 49 млн человек, бремя расходов по унификации двух систем ляжет на Сеул.
По оценке одного из комитетов парламента Южной Кореи, восстановление единства будет стоить от 1 трлн до 1,3 трлн долларов, или от 100% до 130% ВВП Южной Кореи, передает Reuters.
Ли Мен Бак предлагает найти эти деньги за счет введения специального «налога на объединение» тогда, когда две страны, разделенные ныне заградительной полосой, наконец выкажут политическую волю к союзу.
«Объединение несомненно произойдет, – сказал Ли Мен Бак в своей поздравительной речи. – Я верю, что уже пришло время для того, чтобы начать обсуждать реалистичные политические шаги, чтобы они были готовы к этому дню, – например, введение налога на объединение».
На границе двух стран продолжают находиться в постоянной боевой готовности порядка 1 млн солдат с обеих сторон (фото: theodora.com) |
Специалисты сходятся во мнении, что для того чтобы реально финансировать процесс объединения, но при этом не отправить экономику Южной Кореи в пропасть хаоса, размер такого налога должен составить 2% от ВВП. В случае если такая сумма действительно будет выделяться, паритет экономических систем может быть достигнут за 60 лет. Во многом это объясняется тем, что экономически КНДР по сравнению с Южной Кореей – тихая заводь; объем ее валового продукта в 2009 году составил всего 24 млрд долларов, в то время как у Южной Кореи – порядка 1 трлн.
Аналитики отмечают, что Западная Германия после падения в 1990 году Берлинской стены инвестировала в экономически отсталый после 40-летнего коммунистического правления восток страны значительно большую сумму – порядка 2 трлн евро. При этом окончательно признаки того, что в прошлом в двух регионах доминировали разные экономические модели, не стерты до сих пор.
Результаты социологических опросов показывают, что более чем 60% жителей Южной Кореи хотят объединения, однако предпочитают отложить этот процесс из-за его стоимости.
Реальность против намерений
План по объединению Корей озвучен на фоне того, что на границе двух стран продолжают находиться в постоянной боевой готовности порядка 1 млн солдат с обеих сторон. Формально КНДР и Южная Корея до сих пор находятся в состоянии войны: от агрессии их сдерживает лишь временное перемирие, подписанное 27 июля 1953 года. Более того, напряжение между странами велико, как никогда – после того как 26 марта после взрыва затонул южнокорейский корвет «Чхонан», Южная Корея, поддержанная международным сообществом, обвинила КНДР в торпедировании своего корабля.
Кроме того, в конце июля состоялись совместные американо-южнокорейские учения, на которые КНДР пригрозила «физическим ответом».
Между тем 4 августа КНДР начала реализовывать свои угрозы, приступив к подготовке к возможной войне с поддерживаемой США Южной Кореей. Пхеньян уже стянул к границе с соседом свои ракеты дальнего радиуса действия типа SA-5, способные сбивать цели над Сеулом.
Экономически же нынешний президент Южной Кореи Ли Мен Бак почти полностью обрезал оказываемую ранее помощь КНДР после того, как та провела повторные ядерные испытания и произвела пробные пуски ракет большой дальности в прошлом году.
Однако было бы неправильно сказать, что Пхеньян не предпринимает никаких попыток к урегулированию напряженности. В середине июля Пхеньян повторно обратился к Вашингтону с призывом подписать мирный договор вместо соглашения о перемирии между двумя странами, однако его предложение было отвергнуто. Более того, США ввели еще более жесткие санкции против руководства КНДР.
В начале этого года МИД КНДР также предлагал США обсудить вопрос о заключении мирного договора. Однако в Вашингтоне ответили отказом, сославшись на то, что КНДР прежде необходимо вернуться за стол шестисторонних переговоров о денуклериализации Корейского полуострова.