В июне 2026 года тарифная машина Дональда Трампа начала работать в обратную сторону. Впервые за всю историю наблюдений чистый баланс по таможенным пошлинам ушел в глубокий минус: возвраты импортерам превысили новые сборы на 26 млрд долларов. В июле отрицательное сальдо сохранилось на уровне 9,4 млрд, в августе тоже ожидается тарифный дефицит. А значит, это уже можно характеризовать как устойчивый тренд. Система, которая должна была наполнять бюджет, превратилась в канал оттока средств.
Текущие возвраты являются отголосками решения Верховного суда США полугодовой давности: в феврале 2026 года он признал незаконными пошлины, введенные на основании Закона о международных чрезвычайных экономических полномочиях. Администрация Трампа использовала «чрезвычайщину» для обоснования масштабных изменений тарифов 2025 года, однако суд постановил, что президент превысил полномочия. Правительство обязали вернуть импортерам излишне изъятые средства. По состоянию на начало августа из 166 млрд долларов, собранных по этой схеме, уже возвращено около 100 миллиардов. Например, немецкий бизнес получил порядка 790 миллионов евро, из которых 416 млн достались DHL, до 300 млн ожидает Adidas, около 200 млн – Siemens Healthineers.
Показательно, что конечным потребителям никто ничего вернуть не обещал. Американские домохозяйства, которые месяцами платили завышенные цены на импортные товары, в схеме компенсаций не фигурируют вовсе. Бизнес получил свои деньги, а рядовой американец – инфляцию. Что не добавляет очков трампистам на грядущих промежуточных выборах в Конгресс.
Трамп оказался в ловушке собственной конструкции. Чтобы покрыть дыру от возвратов, он вынужден вводить новые пошлины, которые, в свою очередь, оспариваются в судах и с высокой вероятностью также будут признаны незаконными. Классическая схема Понци: новые поступления нужны для выплат по старым обязательствам, а не для финансирования реальных расходов бюджета. В конце августа администрация ввела 50-процентные пошлины на канадские товары на сумму около 20 млрд долларов. Переговоры с Оттавой провалились, премьер Карни отозвал делегацию и пообещал симметричный ответ – доллар за доллар. Торговая война с ближайшим соседом возобновилась с новой силой.
На этом фоне государственный долг США превысил психологическую отметку 40 трлн долларов. Доходность 30-летних казначейских облигаций превысила 5% – уровень, не виданный с 2007 года, предвестника последнего масштабного финансового кризиса. Расходы на обслуживание долга уже превышают оборонный бюджет. Дефицит бюджета составляет около двух триллионов долларов в год.
Тарифы должны были стать инструментом балансировки бюджета наряду с масштабными сокращениями расходов. Но с уходом Илона Маска из администрации о сокращениях решили забыть. А теперь засбоили и тарифы. Вместо этого они превратились в дополнительный источник нестабильности. Возврат пошлин импортерам – это прямые расходы казначейства, которые не были заложены ни в какие прогнозы. Администрация пытается заткнуть эту дыру новыми сборами, но каждый новый тариф сталкивается с судебными исками и контрмерами торговых партнеров. Китай, Канада, Евросоюз – все вводят ответные пошлины на американские товары. Экспорт США сжимается, внутренние цены растут, а бюджетный дефицит продолжает расширяться.
Ситуация усугубляется тем, что остальной мир стремительно сокращает вложения в американский госдолг. Крупнейшие держатели казначейских облигаций снижают свои позиции, опасаясь как фискальной нестабильности США, так и политических рисков, связанных с использованием доллара как инструмента давления. Спрос на американские бумаги падает, доходность растет, стоимость обслуживания долга увеличивается.
Замкнутый круг, выходом из которого для США может стать только большая война, в которую сами Штаты не будут вовлечены или вовлечены ограниченно – по аналогии со Второй мировой. Или масштабный инфляционный шок и обесценивание доллара, а вместе с ним – и внешнего долга. Но каждый американский президент, включая Трампа, предпочитает, чтобы это случилось «не в его смену».
По сути, мы наблюдаем две вложенные друг в друга схемы Понци. Внешняя – это государственный долг США, который уже давно обслуживается не за счет реального роста экономики, а за счет новых заимствований. Продажа казначейских облигаций покрывает не развитие инфраструктуры или технологий, а проценты по ранее накопленному долгу. Внутренняя – это тарифная политика Трампа, где новые пошлины вводятся не для защиты рынка или пополнения бюджета, а для покрытия убытков от возврата незаконно собранных средств. Обе схемы требуют постоянного притока новых денег, чтобы не рухнуть.
Трамп продолжает делать вид, что все под контролем. Его заявления о «колоссальном росте» экономики и решении долговой проблемы за счет ВВП звучат все более оторванно от реальности.
Между тем международное сообщество адаптируется. Торговые партнеры США ищут альтернативные рынки, диверсифицируют валютные резервы, выстраивают обходные логистические цепочки. Тарифная война, задуманная как инструмент принуждения, превращается в катализатор деглобализации, которая бьет по самим Соединенным Штатам сильнее, чем по их оппонентам. Американский бизнес теряет позиции на внешних рынках, а внутренний потребитель платит за ошибки экзальтированного президента.