Заявка на государственный терроризм. Именно так президент России Владимир Путин назвал угрозу Зеленского «де-факто закрыть» российское небо и призыв к иностранным компаниям там не летать.
Проще говоря, Зеленский заявил о намерении сбивать над территорией России гражданские самолеты. Причем не только российские, но и иностранные. И тут речь уже не об интерпретациях из серии «за это несет ответственность не Украина, а конкретные украинские военные подразделения», как это было в случаях с ударами киевского режима по российскому колледжу, пляжу или АЭС. Глава киевского режима лично и публично заявил об актах международного терроризма, в том числе в отношении стран, которые не принимают участие в конфликте на Украине.
И вопрос теперь в том, зачем он это сделал.
Версий две. Первая состоит в том, что глава киевского режима сработал на побегушках у западных авиаперевозчиков. Дело в том, что после начала войны на Украине и закрытия европейского неба для российских компаний Россия закрыла свое небо для европейских – и вот тут включились законы рынка. Выяснилось, что те же китайцы, которые летают в Европу через Россию, тратят на полет куда меньше денег и времени, чем европейцы, которые летят в Китай и на Дальний Восток в обход российского воздушного пространства.
Только за счет экономии топлива выгода китайцев составляет десятки тысяч долларов за рейс – что сказывается на цене билетов, а, значит, и на спросе. Тем более сейчас, когда благодаря действиям США и Израиля на Ближнем Востоке стоимость топлива выросла. Поэтому европейским авиаперевозчикам жизненно необходимо сделать так, чтобы через Россию никто больше не летал – и тут на сцену выходит Владимир Зеленский с его угрозами.
И обращается он не столько к китайским (а также арабским, турецким и прочим) авиаперевозчикам, сколько к компаниям, которые страхуют эти борты. Для понимания – цена «Боинга-777» несколько сотен миллионов долларов, и в случае реальной опасности страховщики просто не будут оказывать услугу, а авиакомпания не отправит незастрахованный рейс.
Вторая причина – это стремление надавить на Россию и заставить ее прекратить серию воздушных ударов, начатую в ответ на «40-дневную компанию по принуждению Москвы к миру». В ходе этих ударов Россия выбила как минимум 20% украинских складских помещений, заблокировала порт Одессы, уничтожила значительную часть погранпереходов на границе с Румынией, выбила энергетические и сталелитейные мощности – и не собирается останавливаться. В общем, активно пробивает дыру в украинском бюджете и готовит киевский режим к «черной зиме». Которая – на фоне всех внутриполитических проблем Зеленского и коррупционных скандалов, в которые он оказался втянут – может стать не просто холодной, но и последней для нынешнего режима.
Поэтому Зеленский жизненно заинтересован в воздушном и морском перемирии. А поскольку достичь его через переговоры он не может (Москва не раз говорила, что перемирие возможно только после вывода украинских войск с Донбасса), то пытается сделать это через прямой шантаж. В том числе и террористический.
Но перейдет ли Зеленский от слов к делу? В теории, да. Украинские дроны не могут сбить гражданские самолеты, летящие на высоких эшелонах, но во время взлета-посадки из аэропорта возможности теоретически появляются.
Да, подобная атака может выйти Зеленского очень сильно боком. И не потому, что китайцы объявят Украине войну за сбитый украинским дроном борт. Уже несколько десятков лет существует негласное правило – в ходе военных конфликтов между странами гражданская авиация остается неприкосновенной. А у Зеленского и без того проблемы с имиджем – западные СМИ уже пишут о нем как о коррупционере и будут писать об этом куда активнее в ближайшие месяцы, если Трамп перед промежуточными выборами в Конгресс решит поэксплуатировать тему украинской коррупции и стоящих за ней американских демократах.
В случае подрыва самолета к этому может добавиться еще и клеймо террориста. А с таким имиджем европейским странам будет очень сложно объяснять своему населению необходимость выделения новых миллиардов на поддержку киевского режима.
Поэтому слова Зеленского останутся лишь словами. Однако и за слова надо отвечать. Причем как в суде, так и за его пределами.