Да днях известный философ Александр Дугин сказал, что людям не стоит выступать против тотальной слежки: «У людей есть секреты, но чаще всего они гнусные. Вот и будем от них понемногу избавляться. Есть такое понятие, как страх Божий. Грозный взгляд с небес….
ФСБ, Росгвардию, Следственный комитет, прокуратуру, МВД следует воспринимать как посланцев страха Божьего». Идею поддержал рэпер Аким Апачев: «Длань Господа! Вершите справедливость, невидимые стражи Родины. Разите своим копьем каждого дракона, на Русь посягнувшего. Слушайте всех птиц, зверей и людей в нашем лесу». В общем, идея носится в воздухе.
Однако тотальная электронная слежка создает свои очевидные проблемы – и дело не только в том, что вы не хотели бы видеть око государства где-нибудь у вас в спальне. Хотя право на занавески – это тоже важно. Не существует никакой гарантии, что данные этой слежки не будут перехвачены врагами или преступниками.
Компьютеры могут быть взломаны (надеюсь, мы еще помним беду с «Аэрофлотом»?), среди сотрудников могут оказаться преступники или перебежчики (увы, так тоже иногда бывает). В конце концов, всем нам уже звонили мошенники, которые отлично знали наши имена и отчества – потому что наши данные уже утекли или были проданы.
Несчастные пенсионерки, которых телефонные манипуляторы отправляют что-нибудь поджигать, стали такими удобными жертвами именно потому, что их частные данные стали доступны негодяям. А чем больше частных сведений доступно – тем больше у негодяев возможностей.
Поэтому право частного гражданина на приватность – допустим, он не хочет сообщать всем заинтересованным лицам, в какую школу и по какой дороге ходят его дети, – это не личный каприз и не попытка выгородить себе темный угол, чтобы замышлять там что-то нехорошее. Это требование безопасности – и не только его личной, но и безопасности общества в целом. Идея, что возможностью тотальной слежки воспользуются только «наши», «хорошие», и исключительно в благих целях, выглядит ошибочной.
И ее ошибочность особенно бросается в глаза, когда надзирающие органы сравниваются с Богом. Такое сравнение, мягко говоря, неблагочестиво. Но оно неверно и по существу. Люди, в отличие от Бога – существа неизбежно ограниченные в своем знании и возможностях. Они могут забыть сменить пароль – потому что устали и забегались. Они могут потерять флешку или ноутбук (тоже бывало). Более того, для христианства фундаментальной является вера в первородный грех. Люди пали. Они повреждены грехом.
Люди могут трагически ошибаться, даже когда они искренне хотят как лучше. Большевики искренне думали, что строят царство мира и справедливости. А иногда люди и не хотят как лучше – а просто следуют личным амбициям, властолюбию, подозрительности и т. д.
Слежка создает слишком много власти над людьми, которая не очень понятно, кем контролируется – и контроль над которой может быть перехвачен. Но более всего для людей опасно, когда они начинают сравнивать себя с Богом. Человек, особенно наделенный властью над другими, должен отдавать себе отчет в том, что он очень далеко не всеведущ, подвержен страстям и ошибкам.
В православии – и это важно – постоянно подчеркивается, что человек должен осознавать свою немощь, уязвимость и склонность ко греху. На первый взгляд такой подход кажется обескураживающим – но, если задуматься, за ним стоит не только подлинный страх Божий, но и здравый смысл.
Есть известное изречение: «Людям свойственно ошибаться, а глупцам – настаивать на своих ошибках». Оно не совсем верно – упорствовать в явных ошибках могут не только какие-то выдающиеся глупцы, но и самые обычные люди. Анализ своих ошибок, готовность их осознать и исправить – очень важный навык, и он требует смирения. Сознания того, что я, никоим образом, не Бог. И даже не ангел Божий. Я подобный другим человек, склонный грешить и заблуждаться. Без этого навыка неизбежные ошибки не исправляются, а катастрофически разрастаются.
Люди, которые внушают вам, что вы обладаете чем-то вроде божественного всеведения и справедливости, оказывают вам очень плохую услугу – и любой благочестивый человек с порога отвергнет такую грубую лесть. Но, возможно, тут мы имеем дело даже не с лестью – а с тем, что я бы назвал, за неимением лучшего термина, «геймификацией» религии. В интернете мелькают картинки из игры Warhammer, где действуют «инквизиторы», да и вообще ссылки на сверхъестественное превратились в постоянный фон индустрии развлечений, сериалов, игр и тому подобного.
Карикатурная инквизиция, которая преследует еретиков в карикатурном антиутопическом будущем, превратилась уже в несколько затертый стандарт литературной и игровой фантастики. Понятно, что «боги», от имени которых эта сказочная инквизиция кого-то гнобит, тоже выдуманы – это часть игровых декораций. Беда в том, что люди, использующие религиозный язык, похоже, сами для себя избегают прояснять, во что они верят на самом деле. При этом они употребляют имя Божие с поразительной беспечностью.
Атеист не стал бы ссылаться на Бога потому, что он в него не верит. Верующий – именно потому, что верит и относится к Богу всерьез. «Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно» (Исх. 20:7). В самом деле, даже на чисто земном уровне, начни я что-то заявлять от имени президента, у меня тут же спросят, каким образом он меня на это уполномочил – а начни я выдавать указания от его лица, меня, скорее всего, задержат как мошенника. Тем более не стоит беспечно употреблять имя Божие.
При геймифицированном отношении к религии люди могут употреблять имя Божие как угодно – без всякого благоговения или чувства ответственности, как будто за это не нужно будет давать отчета. И вот тут надо заметить, что такое отношение – большая ошибка. Православие – не игровая религия из игрового мира. Это религия, открытая живым истинным Богом, который сотворил нас и перед которым мы несем ответственность за наши слова и поступки.
Работники спецслужб, которые предотвращают теракты и сохраняют человеческие жизни, достойны нашей благодарности и уважения. Но обожествлять государство и его спецслужбы было бы грубой ересью. Не стоит играть такими вещами.