Украинский кризис, заставивший экспертов говорить о новой холодной войне, вызвал в отечественном истеблишменте резонный спор о том, чего Россия может лишиться в случае применения против нее полномасштабных санкций по типу иранских.

Уровень сотрудничества США и Израиля значительно преувеличен

Сама возможность их весьма сомнительна – Россия во всех отношениях не Иран. Она куда менее уязвима, играет значительно большую роль в мировой экономике, обладает ядерным потенциалом и способна нанести любому вероятному противнику неприемлемый для его существования урон.

Еще недавно подобное «похолодание» представлялось российским еврооптимистам невозможным по определению. Но может быть полезной сама по себе дискуссия о санкциях, мерах по минимизации их воздействия и тех уроках, которые отечественное руководство могло бы извлечь из сложившейся конфликтной ситуации.

Особенно если вести дискуссию с учетом анализа системы отношений США и других стран НАТО с противниками и союзниками на протяжении второй половины ХХ – начала ХХI века.

Беспристрастный анализ отношений США с ближайшими союзниками, в том числе Францией и Великобританией, а также с не входящим в состав альянса Израилем, показывает, что, невзирая на их соответствие по всем показателям критериям западного демократического общества, в которые Россия, по утверждению критиков, не вписывается, система этих отношений далеко выходит за рамки приемлемой между партнерами, тем более равноправными.

США как союзник-диктатор

Скорее речь идет об одностороннем доминировании, при котором старший партнер (США) мало заботится об интересах союзников. Как показал анализ израильского политолога, доктора Эпштейна, руководство Соединенных Штатов пренебрегало и готово пренебречь Израилем даже в ситуациях, смертельно опасных для существования еврейского государства.

При этом, как можно наблюдать и в ситуации с Украиной, дело касается не американских национальных интересов, а всего-навсего ведомственных или личных амбиций политиков и чиновников.

Помимо происходившего на протяжении всей истории Израиля многократного отказа США от обязательств в отношении обеспечения безопасности этого государства и прямого шантажа его лидеров в ходе переговоров с Египтом, Сирией и палестинским руководством, посредниками в которых выступали американцы, важную роль для Соединенных Штатов играет установление контроля над израильским ВПК.

В частности, Вашингтон вынудил подписать договор об обязательном уведомлении об экспортных контрактах израильских оборонных корпораций и согласовании их планов с Вашингтоном.

Также американцы фактически заставили израильтян отказаться от создания истребителя-бомбардировщика «Лави», чертежи которого в 2000-х годах были проданы Китаю, несмотря на попытки американцев помешать этой сделке. Эксперты полагают, что тем самым было сорвано производство самолета, который по ряду параметров превосходил американский «Фантом».

В результате в Израиле без работы остались около шести тысяч инженеров и техников, значительная часть которых вынуждена была эмигрировать в США. Трудно оценить урон, нанесенный отказом от проекта «Лави» национальной авиационной промышленности и сфере высоких технологий.

Одновременно такую же операцию США попытались провести в отношении танковой промышленности Израиля. Сохранение проекта «Меркава», который в четвертой модификации является одним из лучших танков мира, расценивается профессионалами как случайность.

По какой-то причине цена предлагавшихся взамен израильских разработок американских машин была завышена в разы. Поскольку израильское министерство финансов не могло согласовать сделку по их закупке для нужд ЦАХАЛа, соответствующую отрасль ВПК удалось сохранить.

Как известно, под прямым давлением Белого дома в 90-х и 2000 году были сорваны сделки по поставке авиационной техники совместного с Россией производства, а также израильских БЛА в КНР, что надолго закрыло для Иерусалима китайский рынок.

К этому периоду относится и срыв тендера, в рамках которого в Турцию должна была поступить партия вертолетов российско-израильского производства, превосходящих по боевым качествам американские аналоги. Что до последних примеров, то в мае 2014-го Израиль потерял в пользу США контракт на поставку оборудования для обновления систем ПВО Польши на 13 миллиардов долларов.

#{image=678861}Характерно, что американские политики прилагали и прилагают особенные усилия, чтобы сорвать или осложнить военно-техническое сотрудничество с Россией, особенно если совместная продукция может оказаться поставленной в Китай.

Только в ситуациях, когда РФ и Израиль являются прямыми конкурентами, как в поставках вооружений и военной техники (ВиВТ) в Индию, и особенно там, где США не могут конкурировать напрямую, Вашингтон не возражает против потенциальных сделок.

В наиболее чувствительной для Израиля ядерной области Белый дом на протяжении десятков лет выступает против ближневосточного союзника. Оставим за рамками настоящей статьи политический аспект проблемы.

Блокирование соответствующих антиизраильских резолюций в ООН и МАГАТЭ для американского официоза лишь инструмент, который может позволить постепенно получить доступ к информации о реальном положении дел с израильским стратегическим арсеналом.

Однако ядерная программа страны с самого начала развивалась втайне от Соединенных Штатов. В том числе потому, что уровень доверия к способности и желанию американских друзей хранить национальные секреты Израиля равен нулю.

Примеров санкционированных и несанкционированных утечек информации о важнейших для обеспечения безопасности Израиля аспектах внешней и оборонной политики много. К числу наиболее свежих и болезненных относится слив в прессу из Белого дома информации о подготовке Иерусалимом операций против ядерных объектов Ирана. Утечка могла быть разрешена только президентом США.

Это объяснимо, учитывая фактический отказ Обамы от обязательств в отношении обеспечения безопасности Саудовской Аравии и Израиля, данных предшествующей администрацией. Тем более что соответствующая информация, необходимая для полного контроля происходящего на территории Израиля в военной сфере, у руководства Соединенных Штатов с недавних пор есть.

Помимо прочего, эту информацию Пентагону поставляет возведенный в пустыне Негев американский радар, который должен мониторить ситуацию в зоне Персидского залива, Ормузского и пролива Баб-эль-Мандеб, Суэцкого канала и прочих жизненно важных для бесперебойного функционирования системы мировых коммуникаций районах. Израиль, на территории которого расположен радар, доступ к получаемой информации имеет только по специальному решению Вашингтона.

Для американской практики это не исключение, а правило использования объектов такого рода, оно позволяет отслеживать и собственную территорию Израиля, предотвращая излишнюю, с точки зрения заокеанских союзников, военную активность страны путем описанных комбинаций с утечкой информации без открытого конфликта.

В отечественной литературе, специальной и популярной, уровень сотрудничества США и Израиля значительно преувеличен. Достаточно вспомнить, что специальные операции на территории Ирака против мобильных ракетных установок, обстреливавших Израиль в ходе войны в Заливе, ЦАХАЛ проводил втайне от Соединенных Штатов.

Командовавший воевавшими против Ирака войсками союзников генерал Колин Пауэлл требовал от Иерусалима не только отказа от участия в антииракской коалиции (это означало выход из нее арабских стран, в первую очередь Сирии), но и того, чтобы Израиль не отвечал на обстрелы своей территории.

Соответственно, официальной реакции на обстрелы не было. Но возложенные на ракетные установки «Пэтриот», предоставленные Израилю американцами, ожидания оказались завышенными. Значительная часть иракских «Скадов» смогла пройти эту систему ПВО.

Уровень доверия к способности и желанию американских друзей хранить национальные секреты Израиля равен нулю

Невысокая точность их попадания и то, что в Ираке отсутствовали стабилизаторы, без которых использование химического оружия в боеголовках ракет потеряло смысл и было технически невозможно, не имеет никакого отношения к усилиям США по защите Израиля, куда более разрекламированным, чем реальным.

Такое отношение проявляется и к странам НАТО, сотрудничество с которыми носит для Израиля непостоянный характер. В определенные периоды в военно-технической сфере его основными партнерами были Франция и Германия, причем последняя – долгое время, вплоть до текущего момента.

Именно сотрудничество с Берлином позволило Иерусалиму поставить на вооружение современные подлодки класса «Дельфин» с крылатыми ракетами, которые при нужде могут быть снабжены ядерными боеголовками.

В то же время отказ немцев выполнить соглашение о предоставлении скидок на приобретение ракетных катеров, который прозвучал в мае 2014 года как реакция на срыв палестино-израильских переговоров, произошедший после объединения ФАТХ и ХАМАС, продемонстрировал рискованность этого сотрудничества.

Показательно, что резкое ухудшение отношений Израиля с Францией во времена де Голля также началось с инцидента вокруг катеров, которые были построены для израильских ВМС, вследствие внешнеполитической конъюнктуры не переданы и на Рождество 1969 года угнаны заказчиком.

После чего на протяжении длительного периода Франция, вышедшая из алжирской войны, развивала на Ближнем Востоке отношения исключительно с арабскими странами. Вплоть до постройки в Ираке атомного реактора «Осирак», который в ходе операции «Опера» был уничтожен израильскими ВВС в 1981 году.

Соединенные Штаты в резкой форме осудили эту бомбардировку, как и Советский Союз и большинство государств, входящих в НАТО. Но если бы реактор стоял на своем месте и работал в штатном режиме, ни о какой операции по вытеснению Ирака из Кувейта спустя десятилетие можно было бы не мечтать, и современная история Ближнего и Среднего Востока (БСВ) пошла бы другим путем.

С его помощью Ирак гарантированно становился ядерной державой, атаковать которую, как показывает Северная Корея, даже в современном мире никто не решается. Тем более, антисаддамовская коалиция в 1990–1991 годах стала бы невозможной.

Любопытно, что США, признав Израиль де-юре значительно позже Советского Союза, не оказали ему никакой военной помощи. Напротив, Вашингтон ввел эмбарго на поставку оружия в зону ближневосточного конфликта, что в конце 40-х годов означало поддержку арабских стран.

Ведь эти государства получали вооружение из Европы, в первую очередь из Великобритании, а наиболее боеспособными частями командовали британские офицеры. Скажем, в Иордании это был генерал Глабб.

В отличие от Америки и Западной Европы, СССР поддержал Израиль поставками ВиВТ из Чехословакии, и это сделало возможным физическое выживание в войне за независимость.

Когда же отношения между Москвой и Иерусалимом испортились в ходе англо-франко-израильской операции в 1956 году, Вашингтон выступил в одной связке с Москвой против закрепления израильтян на Синае и возвращения Суэцкого канала под контроль франко-британского консорциума.

Опыт Израиля пригодится России

Возвращаясь к текущему состоянию российско-американских и российско-европейских отношений, отметим, что уроки прошлого должны быть учтены при рассмотрении реакции западного сообщества на ход украинского кризиса и результаты референдумов в Крыму и на Юго-Востоке Украины.

Любые дальнейшие шаги России в ходе и по завершении выборов президента этой страны в конце мая – состоятся они или нет – вне зависимости от результатов будут оценены негативно. Реакция на заявления Москвы и действия со стороны западного сообщества в любом случае окажутся неадекватными, невзирая ни на что.

#{image=640770}Происходит это потому, что в число союзников Запада в традиционном понимании этого слова Россия не вписывается и для действий под контролем сообщества, входящего в G7, явно не годится. В том числе по причине самостоятельности и заботы в первую очередь о реальных национальных интересах, а не о существующих в теории «интересах мирового сообщества».

Противником Запада она, по крайней мере пока, несмотря на крайне враждебную риторику западных политиков и СМИ, также не является. Россия представляет собой часть единого с Европой цивилизационного пространства, хотя по сути внешней политики и реализуемым на своей территории проектам гораздо больше напоминает США.

С поправкой на масштабы страны и ее значительную независимость отношения с Россией напоминают израильско-западные. Отличие в том, что Москва может позволить себе действия, которые и не снятся Иерусалиму, поскольку не боится шантажа, а угрозы применения санкций являются именно шантажом.

Что, в частности, доказывают точечность, избирательность и дозированность направленных против Москвы полумер, называемых санкциями, которые обсуждают и вводят в действие американские и европейские политики и чиновники внешнеполитических ведомств США и ЕС.

В то же время ситуация распада Украины приобрела необратимый характер, и реагировать на это России придется, хотя бы из соображений собственной безопасности. Юго-Восток и центральные регионы этой страны в ближайшее время могут превратиться в арену полномасштабной кровопролитной гражданской войны.

В какой мере Донецкая и Луганская республики смогут обеспечить свою самостоятельность, какие регионы присоединятся к ним позднее – это вопросы, не имеющие ответа. Одновременно на Западной Украине воинствующие националисты и неофашистские группировки имеют все шансы стать ведущей военно-политической силой.

На фоне заявления лидера необандеровского «Правого сектора*» Яроша о необходимости развернуть в Крыму и на украинском Юго-Востоке партизанскую, то есть диверсионно-террористическую войну против России, в том числе силами крымских татар, актуальным для Москвы становится опыт Израиля по пресечению опасности такого рода за пределами собственных границ.

Применение его к лидерам палестинских и ливанских экстремистских группировок спасло множество жизней. В отношении угроз украинских радикалов этот опыт важен.

Осуждение акций такого рода со стороны западного сообщества, которое (особенно в лице спецслужб и армии США) на протяжении многих лет практикует на Ближнем Востоке удары по гражданскому населению, в том числе с применением БЛА, может быть расценено только как двойные стандарты.

Тем более что избирательная точечность израильских акций возмездия, которые по возможности не затрагивают гражданское население даже в самых серьезных случаях, американцами не практикуется. В проводимых ими операциях от трети до половины жертв – случайные мирные люди.

К числу наиболее последовательных сторонников России может быть отнесен экс-глава израильского «Натива» Яков Кедми. Характерно, что ряд ведущих западных экспертов полагали: безопасность России может быть обеспечена только в случае, если операция по свержению президента Януковича и замене его на кого-то из ставленников США и ЕС полностью провалится, даже если Москве придется для этого временно взять под контроль всю Украину.

Проведение референдума в Крыму и его воссоединение с Россией было оценено ими как блестящая с точки зрения военно-политического профессионализма операция. Реакция на нее Запада – как слабая и неадекватная.

В то же время проведение президентских выборов, вне зависимости от их легитимности и размеров подтасовок, с точки зрения этой части экспертного сообщества, сильно повышает для России уровень внешней угрозы.

Одновременно они отмечают: представления о том, на что может в той или иной ситуации пойти Кремль, зависят в основном от того, насколько высоко политик или эксперт оценивает потенциал России, в первую очередь военно-технический.

При этом никаких объективных сведений о нем нет ни у кого на Западе, что в 2008 году продемонстрировал катастрофический провал Грузии, пытавшейся силовым путем взять контроль над Южной Осетией в лобовом столкновении с Россией.

Очевидно, что повторение ситуации с Крымом на всей территории Украины невозможно, и российское руководство это прекрасно понимает. Дипломатические усилия Москвы, которые призваны помочь остановить украинскую гражданскую войну, в которую ей, не исключено, придется вмешаться, призваны вопреки тому, как их воспринимают на Западе, сохранить Украину единым государством.

Как следствие, экономический, политический и военный коллапс Украины неизбежен, как неизбежно возникновение проблем с транспортировкой через ее территорию природного газа в страны ЕС.

Решение России о переводе Украины на предоплату за газ не может быть скомпенсировано ни американским сланцевым газом, ни переводом энергетического хозяйства страны на реверсивные поставки из европейских хранилищ.

Первое невозможно в течение минимум трех–пяти лет, даже если забыть о цене сланцевого газа, транспортируемого через Атлантику, на европейском рынке. Второе, вопреки заверениям в европейской солидарности, просто не имеет шансов на реализацию.

В конечном счете итоги нынешнего украинского кризиса будут зависеть от соотношения желаемого и возможного для всех участников конфликта, в первую очередь России, США и Евросоюза. Как на протяжении всей истории было с Израилем. И это пример, чрезвычайно ободряющий Россию.

Источник: «Военно-промышленный курьер»

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ