Продолжающиеся препирательства вокруг анонимных обвинений в содомии, выдвинутых против ряда епископов и бурно тиражируемых в Сети, побуждают обратить внимание на то, что проблема содомии и проблема облыжных обвинений в содомии – это не две разные проблемы, а одна.

Выбор, который часто ставят друг перед другом участники дискуссий – «так за сплетни или за содомию?» – просто не является выбором.

В любом случае вы поддерживаете одну из сторон двуединого зла. Поэтому мне хотелось бы обратиться ко многим авторам, пишущим в Сети, или – еще чаще – перепощивающим чужие тексты, с некоторым увещеванием.

Средневековые кодексы, назначавшие свирепые наказания за содомию, назначали столь же свирепые кары за облыжные обвинения в этом грехе. Тут была определенная библейская логика: «Если выступит против кого свидетель несправедливый, обвиняя его в преступлении, то пусть предстанут оба сии человека, у которых тяжба, пред Господа, пред священников и пред судей, которые будут в те дни; судьи должны хорошо исследовать, и если свидетель тот свидетель ложный, ложно донес на брата своего, то сделайте ему то, что он умышлял сделать брату своему; и [так] истреби зло из среды себя; и прочие услышат, и убоятся, и не станут впредь делать такое зло среди тебя; да не пощадит [его] глаз твой: душу за душу, глаз за глаз, зуб за зуб, руку за руку, ногу за ногу» (Втор. 19:16-21).

За библейским установлением стоит, в свою очередь, простая ветхозаветная справедливость: обвинения должны иметь последствия. Если человек совершил преступление, он должен быть наказан. На преступление нельзя смотреть сквозь пальцы.

Преступники должны подвергаться преследованию и должной каре. Но это значит, что, обвиняя человека, я не трепотней занимаюсь, а привожу в движение нож гильотины, который должен перерубить чью-то шею. Если этот человек невиновен, а я говорю неправду – из каких-то своих личных целей, по злобе, просто в пылу борьбы не пожелав проверить источники – я сам виновен в тяжком преступлении.

Человек, который использует священный сан для того, чтобы вовлекать людей в содомский грех, повинен в чудовищном предательстве по отношению к Богу и людям. Он истребляет стадо, которое ему поручено пасти, ведет в погибель тех, кого ему поручено вести ко спасению. Он является источником смертельного соблазна и для верных, и для внешних, он – убийца душ. Он разрушает доверие людей к Церкви. Терпимость по отношению к нему – это пренебрежение ко множеству введенных в соблазн.

Слово Божие требует искоренять из града Господня делающих беззаконие; апостол заповедует: «извергните развращенного из среды вас» (1 Кор. 5:13). В Откровении Господь порицает терпимость к разврату и греху в Церкви: «Но имею немного против тебя, потому что есть у тебя там держащиеся учения Валаама, который научил Валака ввести в соблазн сынов Израилевых, чтобы они ели идоложертвенное и любодействовали. Так и у тебя есть держащиеся учения Николаитов, которое Я ненавижу. Покайся; а если не так, скоро приду к тебе и сражусь с ними мечом уст Моих» (Откр. 2:14–16).

Ради послушания Богу и ради спасения душ таковые должны извергаться из сана, а если их деяния подпадают под осуждение гражданского закона – то и передаваться мирским властям. Жесткие ветхозаветные слова – «да не пощадит его глаз твой» – совершенно уместны в этом случае, потому что этого требует забота о вечном спасении многих душ.

Однако сама тяжесть этого преступления, вопиющего к небу, делает и облыжное обвинение в нем особенно тяжким.

Если я обвиняю невиновного человека в таком преступлении, я навлекаю на него бесчестье и позор, причиняю ему и любящим его тяжкие душевные страдания, разрушаю доверие в Церкви и сею гибельный соблазн. В этом случае в качестве убийцы душ выступаю именно я.

Хуже того, хотя Закон устанавливает равную кару и преступнику, и клеветнику, в этом случае совершить клевету гораздо легче – у большинства из нас нет ни влечения к содомии, ни подчиненных, которых мы могли мы склонять к этому греху, так что мы, скорее всего, его не совершим.

Но вот совершить грех клеветы и лжесвидетельства очень просто – в два клика мышки, просто разнеся дальше сплетню, возводящую обвинение на невиновного человека. Отговорка, что он может оказаться и виновным, тут просто нелепа – ни один суд не станет вас слушать, если вы заявите, что человек, которого вы убили, мог быть и опасным злодеем.

Поэтому, распространяя сплетни, вы не боретесь с грехом – вы творите грех. Более того, настоящие содомиты могут только горячо приветствовать вашу деятельность – что может быть лучше, чем утопить реальные обвинения в море сплетен? Лучшая маскировка для содомита – спрятать его в толпе невинно оклеветанных в том же грехе.

Смертный грех, совершенный под предлогом борьбы с другим смертным грехом, – это все равно смертный грех. Распространение клеветы на Церковь в целом и на тех или иных ее служителей под предлогом преследования преступников – это все равно именно распространение клеветы.

И любое решение проблемы должно включать в себя как преследование содомитов, так и защиту честных людей от облыжных обвинений в содомии. И если вы действительно хотите, чтобы проблема была решена, то следует предпринять ряд очевидных шагов.

Во-первых, перестать топить правдоподобные и доказуемые обвинения в море фантастических сплетен. Нажимая кнопку перепоста, вы не помогаете реальным жертвам быть услышанными – напротив, вы отнимаете внимание у них и подрываете к ним доверие.

Вы можете выбрать один из двух вариантов. Один: «Мы выступаем против священноначалия, обвиняя его в пособничестве содомитам». В этом случае непонятно, какое от этого будет огорчение содомитам. Их обвинители сами себя маргинализируют и противопоставят себя и священноначалию, и церковному народу – чего же лучше?

Или другой вариант: «Мы поддерживаем священноначалие в его действиях по искоренению греха». При этом надо понимать, что серьезные действия могут требовать серьезной подготовки – и не совершаться по первому повелению блогеров.

В-третьих, побудить свидетелей, могущих обличить злодеев, выступить в суде. Вы хотите, чтобы негодяи были наказаны? Единственный способ сделать это – через суд. Никакого другого просто нет. Если вы не хотите, чтобы злодеи были обличены в суде, то насколько искренне ваше негодование на них?

Преследование злодеев и распространение сплетен – это абсолютно разные виды деятельности, более того, одно явно мешает другому. И вам необходимо решить, чем именно вы хотите заниматься. 

Источник: «Радонеж»