История вкратце такова. Некий читатель написал в журнал натуральный донос: «Сообщаю, что И. Яровая в настоящее время проживает в центре Москвы – в доме № 3 по Весковскому тупику». Журнал, разумеется, дал доносу ход. Выяснилось, что госпожа Яровая действительно проживает по указанному адресу, квартиру купила в 2006 году на имя своей дочери. Квартира площадью 100 кв. м тогда ориентировочно (экспертная оценка) стоила 36 млн рублей. Теперь эта квартира стоит в три раза больше. При этом указывать квартиру в декларациях Яровая формально не должна – это не ее квартира. Журнал пишет, что вот, мол, посмотрите, у депутата квартира за 3 млн долларов (хотя куплена она была за совсем другие деньги), а потом задается следующим вопросом: «Откуда в семье камчатского депутата в 2006 году были деньги на покупку квартиры стоимостью 36 млн рублей?» Вот и вся история.
Я заранее прошу извинить меня сотрудников The New Times за то, что я собираюсь проделать с ними то же самое, что они проделали с депутатом Яровой
Надо заметить, что я не испытываю ни одной положительной эмоции в адрес депутата Яровой. Мало того, что я вообще настороженно отношусь к женщинам с активной позицией, так еще и питаю довольно мало уважения к мечущимся. А Ирина Яровая, напомню, работала в «Открытой России» Михаила Ходорковского, была членом партии «Яблоко», а теперь вот – в «Единой России». Эта замысловатая карьера говорит нам о возможных слабостях депутата Яровой. И я совершенно не хотел бы этой статьей защищать конкретного депутата Яровую. Мне просто хотелось бы прощупать границы возможного в подобных «разоблачениях».
Буквально несколько дней назад, когда подобный вопрос (о соответствии доходов стоимости имущества во владении) возник в адрес депутата Исаева, я написал пост, где изложил историю стоимости моего собственного участка в Московской области. Я купил его в 2003 году за 20 тыс. долларов (4 тыс. плюс комиссия риэлторам были мои, 8 тыс. дали родители, 8 тыс. занял у босса, два года расплачивался). Сейчас он стоит где-то 150 тыс. долларов (экспертная оценка, как и у журнала). И пойди я сейчас в депутаты и задекларируй этот участок, у бдительных расследователей немедленно возникнет вопрос о соответствии моих нынешних доходов стоимости этой земли. Я бы, конечно, начал бы рассказывать всю эту историю – но разве меня стали бы слушать? Важно ведь то, что у меня есть земля, которую я не могу себе позволить купить на свой доход в этом конкретном году.
После того поста мне стали говорить, что я совсем не о том, что со мной всё понятно и прозрачно, история совсем другая... Прошло несколько дней! Всего несколько дней, и депутату Яровой вменяют владение (хотя она ей не владеет) квартирой, которая сегодня стоит 3 млн долларов. Более того – задаются вопросом: откуда у нее был хотя бы 1 млн, за который она купила эту квартиру в 2006 году. Как будто она должна была заплатить за квартиру именно в 2006 году! Как будто у нее не могло быть накоплений, денег от продажи предыдущей квартиры (о которой в журнале знают и пишут), как будто она не могла взять кредит, наконец!
Всё это для настоящего разоблачения, конечно, неважно. И тогда я решил поиграть в ту же игру. Я заранее прошу извинить меня сотрудников The New Times за то, что я собираюсь проделать с ними то же самое, что они проделали с депутатом Яровой. Это просто зеркало. Чтобы вы в него посмотрели.
Итак, вот один из авторов статьи Виктория Чарочкина. Согласно справочнику адресов города Москвы, 19-летняя девушка по имени Виктория Чарочкина проживает по адресу улица Трифоновская, дом 54. Это около метро «Рижская». Рыночная стоимость трехкомнатной квартиры в этом доме (я посмотрел в интернете) составляет полмиллиона долларов США. Откуда у журналистки журнала The New Times деньги на такую квартиру?
Да ладно говорить мне, что это квартира родителей, что она приватизирована и что 10 лет назад она стоила совсем других денег! Я применяю ту же самую методику, которую Виктория Чарочкина применила к депутату Яровой.
А вот главный редактор журнала Евгения Марковна Альбац. Про нее в справочнике адресов Москвы есть два адреса. Один – улица Академика Королева, д. 9/1. Стоимость трехкомнатной квартиры (100 кв. м) в этом доме составляет 19 млн рублей. Но ладно бы это!
Второй адрес, проассоциированный с Евгенией Марковной, – это улица Лесная, дом 4. Самый центр Москвы. Стоимость одного квадратного метра в этом доме – 10 тыс. долларов. То есть стометровая трешка (я посмотрел!) стоит... тот же самый миллион долларов, за который купила свою квартиру в 2006 году депутат Яровая.
– Бинго! – говорят в таком случае простые зеваки. А клоун раскланивается.
И прошу всё же не забывать о том, что это был чистый фокус. Я просто щупал границы. Лично у меня нет никаких вопросов по части недвижимости ни к Евгении Марковне, ни к Виктории Вячеславовне (если это вообще она там, в справочнике адресов: кроме имени и фамилии, у меня ничего не было).
А вот у них с точно такой же фактурой вопросы отчего-то находятся.