Егор Холмогоров: Обаяние и ампутация

Никого так сильно не колбасит от событий «русской весны» сперва в Крыму, а затем в Донбассе, никто не чувствует себя в такой степени их жертвами, как сторонники идеала «уютной бюргерской жизни, как в какой-нибудь маленькой Словакии».

Не может стать здоровым вальяжным бюргером человек, у которого ампутированы обе ноги

Представителям самых разных взглядов, от либералов до некоторых националистов, казалось, что самая главная наша цель – это сделать Россию такой вот маленькой уютной страной – подужать территорию, завести тут демократию, и по вечерам попивать пивко под рулечку в пабе, пролистывая газету «Сельскохозяйственные известия».

Это шнапс, это по-европейски. А все большие проекты, экспедиции на Марс, подводные лодки и стратегические магистрали, реиндустриализация и строительство армии – это все азиатчина сумасшедших имперастов.

1

События вокруг заканчивающей свою историю Украины кажутся этим людям чем-то слишком огромным, агрессивным, ведущим к возврату Империи, к суровым временам, когда норма жизни – это подвиг. Пока мы восхищаемся героями Луганска, Донецка и Славянска (где люди настолько суровы, что с первого выстрела свалили главу спецназа СБУ), любителей уюта просто трясет, поскольку именно в героическом и возвышенном они видят главную угрозу своей маленькой мечте.

И вот что я хочу сказать этим людям.

Я вполне разделяю идеал «маленькой уютной бюргерской жизни». Русский человек должен быть накормлен вкусной кровяной колбасой и персиками «Белый лебедь», ухожен, чисто вымыт и прекрасно подстрижен, у него в шаговой доступности должна быть уютная пивная, где он выпьет кваса и меда.

Зимой он должен ходить в отличном суконном сюртуке и шерстяной шляпе, а его прекрасные суконные брюки должны быть заправлены в превосходные валенки с узорчатой вышивкой.

Он должен ездить на уютной малолитражной немецкой машине (машина должна быть немецкой) и читать больше новостей о российской базе на Луне и открытии четвертого тихоокеанского рыбозавода на глубине 2 тысяч метров, должен интересоваться матчами на «Донбасс-Арене», прогнозом погоды и новинками Ялтинской киностудии.

На отдых русский человек должен скучно ездить в Крым, садясь в скоростной поезд Москва – Симферополь, идущий 5 часов, и, помахивая тросточкой с серебряным набалдашником, прогуливаться по стопам Николая II по тропе от Ялты до Ласточкиного гнезда, а вернувшись назад в Гурзуф на катерке, вкушать наливочки в Шаляпинском гроте. У него должны быть 8 соток под Харьковом, за которые он гордо будет аттестовать себя «харьковский помещик».

А теперь поймите.

Скромное обаяние буржуазии и национальная ампутация несовместимы в принципе.

Украину абсолютно искусственно отрезали от России. Все сделанные за столетия инвестиции в прекрасный Крым и Днепро-Донбасский индустриальный район попытались украсть. Значительную часть русских сперва насильственно переименовали в украинцев, потом еще и убедили в этом, а потом начали унижать тех, кто даже в этой ситуации остался русскими. Для заброшенного далеко на Север русского народа отобрание южных земель – это страшной силы удар.

Не может стать здоровым вальяжным бюргером человек, у которого ампутированы обе ноги (он может жить нормально, стать героем, параолимпийцем – кем угодно, но не веселым бюргером), так не может зажить маленькой, уютной, тихой жизнью народ, у которого ампутирована значительная часть его населения и территории.

2

Наши мнимые «бюргеры» не случайно чаще всего говорят о Словакии, где весь народ живет в своем государстве. Посмотрите на соседнюю Венгрию. Как и русские, разделенный народ, часть которого отдана Румынии в награду за хорошее поведение. Никакой бюргерской легкостью в Венгрии и не пахнет, хотя это очень европейская страна, довольно маленькая и вполне уютная. Однако главная сила в парламенте там – умеренные националисты из ФИДЕС. Вторая партия – радикальный «Йоббик», который мечтает о венгерской реконкисте.

Развлекаются «Йоббики» в венгерском парламенте вот так – выбрасывают флаги ЕС из окна.

В маленькой Словении все живут у себя. Соседняя Хорватия с части своих земель выдавила сербов, а часть хорватов живет в Боснии. И никакой расслабленностью в уютной Хорватии, опять же, не пахнет. Какая-нибудь «осада Дубровника», когда они отбили сербов – важная часть национального мифа (при этом Дубровник – очень приятный и культурный город, гораздо приятней какой-нибудь Черногории). Депортация сербов из Краины – часть национальной гордости.

Вот как развлекаются хорваты – разбивают таблички на кириллице в Вуковаре как оскорбляющие память погибших в борьбе за Хорватию.

То, каково с уютностью у сербов, сами понимаете, они, впрочем, и не претендуют.

Чтобы народ был по-бюргерски спокоен и уютен, надо одно из двух: либо чтобы он весь собрался в своем государстве, либо его весь изгнать с территории других государств. Так поступили, к примеру, с проигравшими немцами, насильственно депортировав их из Польши, Чехии и Восточной Пруссии.

3

Несомненно, Украина всегда претендовала именно на такой классический восточноевропейский национализм с претензией и на безобразия, и на уютность одновременно. Украинцы назначили себя русскими хорватами, но ноша оказалась им не по гузке.

Иногда в проукраинстве наших национал-дезертиров мне чудится сожаление не о том, что Россия не станет маленькой уютной страной, а о том, что ею не станет Украина. Мол, на Рашку уже наплевать, но хоть Украиночку бы и ездить во Львов лобызаться с паночками и парубками.

Гулять по площади Ринок. Слушать звон ратушных часов. Проговаривать, смакуя каждое слово, «Историческая аптека». От маленького уютного столика в кафе с захертортом напротив памятника Захер-Мазоху переходить к «Криивки» и гордо отвечать, что москалей немае.

#{image=795874}Умиляться на площади перед оперой футболочкам «Дзякую Боже, шо я не москаль» (я себе, кстати, приобрел такую, отскреб «не» и иногда использую). Растекаться при мысли о том, что вот этот прекрасный православный храм – Башня Корнякта, принадлежит не гадкой РПЦ, а милейшим филаретовцам, которые все искренние, теплые и настоящие.

Стоять в настроении перед памятником Кралю Даниле и думать, что вот, и у нас мог бы быть свой краль, как бы не злочинная Москва... Любоваться на выточенные черепа официантов и думать об их удивительном антропологическом сходстве с Бандерой (разумеется, не реальным щербатым Бандерой, похожим больше всего на сына Яценюка от Турчинова, а с идеальным Бандерой плакатов и памятников).

4

Поскольку весь львовский и киевский уют мог быть основан только на сапоге на шее Луганска и Екатеринослава, то клиентам обидно, что такую красоту эти взбунтовавшиеся русачки испортили.

Должны были знать свое место, помнить, что русские были и должны быть самым униженным из народов и молить только об одном – чтобы их взяли в нерусские.

А уж Украина – это самый, казалось бы, короткий способ стать нерусским – всего ничего, и ты уже гордый еуропэец.

Ан нет, ватники, не хотят. И уезжать (что тоже было б способом обуючивания Украины) тоже не хотят.

Украинцы свой шанс депортировать русских (к чему они, несомненно, всегда стремились – «Чемодан – Вокзал – Москва» – постоянная тема бандеродискурса) уже упустили. Русские вообще оказались склонны к более сложным маршрутам: Чемодан – Вокзал – ОГА – СБУ – МВД – Телеграф – Телефон – Банк – Москва.

Русские начали двигаться именно в этом направлении. То есть по первому сценарию – собирание народа в этнических границах как условие его нормального развития.

А еще раз повторю – без русской части Украины Россия нормально развиваться не может, и русские обречены на положение ампутантов.

Все, кто не поддержал восстание «русской весны», оказались вольно или невольно в положении дезертиров.

Дезертир отлично понимает, что поступил подло, и тому можно придумать множество объяснений, но ни одного оправдания.

Поэтому его единственная надежда – это надежда на поражение своего народа и страны. Поражение сразу все оправдает – кто первым сбежал, тот и был умнее, сберег себя, занимался более важным делом.

Мало того, поражение обычно возносит дезертиров наверх.

По этой причине дезертиры обычно гораздо больше заинтересованы в нашем поражении, чем враги в своей победе.

Надо только понимать, что дезертиры предали не только восставших русских. Они предали в том числе и свою собственную риторику о том, что хотят нормальной жизни в нормальной России.

***

Неподдержка «русской весны» (а недостаточно энергичная и содержащая двусмысленности поддержка) – это тоже форма неподдержки, это именно работа на исключение нормальной жизни русских в будущем, на невозможность реализации бюргерского национализма.

Победа «русской весны» дает шанс нашему народу на нормальное, спокойное развитие.

Поражение, на которое работают дезертиры и национал-предатели, означает сохранение нами положения нации-ампутанта.

Источник: Блог Егора Холмогорова