В пятницу, 13-го

Переговоры Ирана с «шестеркой» посредников (группа «пять плюс один») возобновятся в пятницу, 13 апреля, однако место их проведения пока не утверждено, сообщил в среду агентству ИРНА министр иностранных дел Ирана Али Акбар Салехи, передает ИТАР-ТАСС.

Все упирается в политическую волю, и Россия делает все, чтобы воля эта не исчезала, а усиливалась

На повестке переговоров обсуждение иранской ядерной программы и ее возможное использование в военных целях, а в частности – допуск инспекторов МАГАТЭ на объект Парчин. Напомним, что в феврале власти отказались пропустить инспекторов в Парчин, что лишь усилило подозрения западного сообщества по поводу истинных целей иранской ядерной программы.

Американцы настаивают, что для Тегерана это последний шанс. Именно такую позицию ранее на переговорах с Сергеем Лавровым обозначила Хиллари Клинтон, пишет газета «Коммерсантъ». Заодно она попросила российского коллегу донести эту мысль до иранских властей, с которыми сам Вашингтон не поддерживает отношения. Правда, сама Клинтон подобные сообщения опровергла.

При этом президент США Барак Обама уже не раз угрожал военным ударом, в случае если экономические и дипломатические меры не сработают.

На эту тему
• Эксперты раскрыли подробную стратегию нападения на Иран
• Иран предъявил претензии Азербайджану
• США и Британия могут вскрыть стратегические запасы нефти
• Американцы готовы к новой войне
• Россия готова потребовать отмены санкций против Ирана

Впрочем, серьезные аналитики в Вашингтоне сомневаются, что Обама выполнит свою угрозу до ноябрьских выборов. Об этом заявил накануне газете ВЗГЛЯД Ариэль Коэн, ведущий эксперт близкого к Республиканской партии фонда «Хэритедж» («Наследие»). Возможная война против Ирана, по его мнению, будет играть важную роль как одна из тем в предвыборной кампании.

Коэн вообще сомневается, что Обама готов воевать с Ираном. «Администрация Обамы занимает тут достаточно пассивную позицию. Однако если Обама пойдет на ужесточение антииранской риторики, это пойдет на пользу его рейтингу, – предполагает вашингтонский эксперт, – потому что большинство американцев поддерживают очень жесткую позицию по Ирану».

В Москве тем временем официально предпочитают не говорить об апрельской встрече как о «последнем шансе». «Сказать так – значит расписаться в собственном непрофессионализме. Никогда не бывает последнего шанса. Все упирается в политическую волю, и Россия делает все, чтобы воля эта не исчезала, а усиливалась», – заявил заместитель главы МИД РФ Сергей Рябков.

Россия, как известно, на всякий случай уже подготовилась к иранской войне. Соответствующая программа разработана межведомственной комиссией и касается защиты российских граждан, живущих в исламской республике. Власти Китая придерживаются позиций, схожих с российскими, и выступают против каких-либо односторонних санкций против Ирана. Министр иностранных дел КНР Ян Цзечи в начале марта отметил, что Китай призывает к решению проблем посредством диалога и придает большое значение механизму переговоров «шестерки».

По словам самого президента исламской республики Махмуда Ахмадинежада, позиции Москвы и Пекина близки ему. «Иран, Россия и Китай находятся в одном блоке. По многим международным вопросам позиции России и Китая нам значительно более близки, нежели позиции США и их союзников», – сказал он.

В свою очередь премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон ранее заявлял, что «нанесение Израилем военного удара по Ирану не является правильным подходом», так как это сведет на нет все усилия по экономическому эмбарго. Напомним, что в последние месяцы США и Евросоюз объявили эмбарго на покупку нефти у Ирана, а также ввели санкции против банковской системы страны. Правильным же Кэмерон считает сильное давление на Иран посредством переговоров и санкций.

Что касается Германии и Франции, то они в совместном заявлении в конце января пообещали продолжить применять жесткие меры до тех пор, пока Иран не сядет за стол переговоров.

Предыдущий раунд переговоров между Ираном и группой «пять плюс один» (представители стран, входящих в Совбез ООН, и Германии) проходил в Стамбуле в конце января прошлого года. Он завершился безрезультатно, после чего переговоры прервались более чем на год.