Федор Лукьянов Федор Лукьянов Иран переиграл себя с ядерным оружием

Просто играть с возможностью ядерной программы – бессмысленно и опасно. Но если она рассматривается как незаменимый инструмент обеспечения политического выживания, ни ресурсов, ни сил жалеть нельзя. И надо быстро добиваться цели. Примеры Пакистана или КНДР показывают и пример, и цену.

0 комментариев
Тимур Шерзад Тимур Шерзад Как «Буря в пустыне» вызвала шторм на планете

35 лет назад, 28 февраля 1991 года, триумфом Вашингтона закончилась «Буря в пустыне» – масштабная военная кампания против саддамовского Ирака. Начался отсчет десятилетий однополярного мира.

9 комментариев
Дмитрий Губин Дмитрий Губин Как определить украинца

Кого можно считать украинцем и кто решает это в рамках своих полномочий? Казалось бы, на этот вопрос есть несколько простых ответов, но любой из них оказывается глупым.

51 комментарий
Сергей Миркин Сергей Миркин Кто стоит за атакой Залужного на Зеленского

Каждое из откровений Залужного в отдельности – это информационный удар по Зеленскому, а все вместе – мощная пропагандистская кампания. Сомнительно, что экс-главком решился на такую акцию без поддержки серьезных сил. Кто стоит за спиной Залужного?

4 комментария
18 апреля 2011, 13:32 • Политика

Крест Лампедузы

Арабские беженцы оккупировали Лампедузу

Tекст: Виктор Стрижов,
Лампедуза

Название маленького итальянского острова в Средиземном море с недавних пор стало известно всему миру. После революций в Тунисе и Египте на Лампедузу хлынул поток беженцев из Северной Африки. Власти делают все возможное, чтобы избавить остров от непрошеных гостей. Но корреспондент газеты ВЗГЛЯД лично убедился: до решения проблемы беженцев здесь еще далеко.

Лазурное море, белый теплый песок – одним словом, прекрасный средиземноморский пляж. А на пляже, вместо отдыхающих, палатка и костер, на котором в неком подобии котелка что-то варится.

Когда они только начали прибывать, мы же им палатки давали. А они начали по домам ходить, деньги клянчить

У костра четверо человек, которые напоминали бы бомжей на отдыхе, если бы не более чистая одежда и здоровые, улыбающиеся лица. Подхожу, знакомлюсь.

Видно, что за время пребывания на Лампедузе гости с юга уже привыкли к вниманию журналистов, поэтому у меня дружно спрашивают, с какого я телеканала и когда их покажут в новостях. Узнав, что никогда, несколько грустнеют и просят сигарету. Даю. В ответ на вопрос, откуда приехали, дружно отвечают: из Ливии.

«Gaddafi – bad guy», блистает знанием английского один из предполагаемых ливийцев, назвавшийся простым именем Али.

Другой, по имени Рашид Мубайди, на более правильном английском начинает рассказывать мне что-то очень похожее на текст репортажей CNN: про тоталитарную диктатуру Каддафи, нарушающего права человека, и про стремление ливийского народа к свободе.

Разговора о своем личном опыте страданий от ливийского режима он избегает. В ответ на вопрос, как добрался до Лампедузы, широко улыбается: «Добрые люди помогли».

Спрашиваю, намерен ли остаться в Италии? «Нет, нет, разумеется, нет. Я поеду во Францию, у меня там брат», отвечает Мубайди.

«А в Ливию, спрашиваю, вернетесь?» «Как только свергнут диктатуру», отвечают мне чуть ли не хором. Я в ответ улыбаюсь, но не верю. Как мне объяснили итальянские миграционные чиновники, теперь все прибывающие на Лампедузу называют себя беженцами из Ливии, хотя большая часть из них прибывает из Туниса. Дело в том, что с новыми тунисскими властями Италия наконец-то заключила соглашение о реадмиссии, подобное тому, что действовало с режимом свергнутого президента бен Али.

Тунисцев, добравшихся до Лампедузы, без разговоров отправляют обратно, если, конечно, не заявишь, что дома твоей жизни угрожают репрессии. Но и в этом случае получение статуса беженца практически исключено, а отправка домой более чем вероятна. А вот ливийцев домой больше не направишь. До начала авиаударов НАТО Ливия принимала не только своих, но и чужих нелегалов из африканских стран, которых отлавливали в Средиземном море итальянские пограничники. Но теперь Каддафи заявил о том, что соглашение о реадмиссии с Италией недействительно. Что касается ливийской оппозиции, то ей явно не до беженцев.

И все же соглашение о реадмиссии с Тунисом – большая победа пятитысячного итальянского населения Лампедузы. Для того чтобы Рим очнулся и заметил, что туристический сезон (единственное, что кормит лампедузцев) на этом райском острове срывается, потребовались шумные демонстрации местных жителей, подписавших петицию с требованием отставки правительства. Успокаивать возмущенных соотечественников приехал сам премьер-министр Сильвио Берлускони. Он пообещал вывезти с острова тысячи беженцев и даже сообщил о том, что купил по Интернету одну из местных вилл (их здесь много, но с началом нашествия нелегалов покупателей не стало).

Как рассказал корреспонденту газеты ВЗГЛЯД местный житель Джованни Станца, после приезда Берлускони ситуация изменилась к лучшему. Во-первых, на остров стали регулярно заходить корабли миграционной службы, которые стали забирать нелегалов в центры беженцев на континентальную часть Италии. Во-вторых (и это главное), возобновились туристические рейсы. Пляжный отдых на Лампедузе обычно является частью туров по Сицилии. Но с того момента, как пляжи острова оккупировали палатки беженцев, туристы стали массово отказываться от поездок. Но все же неиссякающий поток беженцев по-прежнему больше только-только возобновившегося потока отдыхающих. Значит, доходы от туристического сезона вряд ли обрадуют лампедузцев.

«Нет, вы не подумайте, что я расист какой-нибудь, с сицилийской горячностью, прямо как итальянец из голливудских фильмов, говорит Джованни.  Когда они только начали прибывать, мы же им палатки давали. Я вот, например, дал. А они начали по домам ходить, деньги клянчить. А у некоторых и вещи пропали. А видели, во что они Кроличий остров превратили?»

Кроличий остров и прилегающий пляж Кала Пульчино – один из главных туристических брендов Лампедузы. Но ликвидировать там палатки нелегалов полиции (а ее теперь здесь немногим меньше, чем местных жителей) пришлось чуть ли не с боем. Слезоточивый газ не применили, но резиновые дубинки в ход пошли.

«Чего они в своем центре не сидят?» – возмущается другой местный житель, хотя и сам знает ответ на свой вопрос.

Центр приема беженцев рассчитан на 800 мест. А с начала года на Лампедузе побывало почти 25 тысяч человек. Вот и сидят африканские беженцы не в комнатах Центра, а в палатках.

Начальник контрольного центра пограничной службы Давиде Мессирендино смотрит на меня с тоской. Чувствуется, что местных чиновников порядком достали журналисты и проверяющие из Рима (часто те и другие приезжают вместе).

Руководителям Центра беженцев, например, по несколько раз в неделю приходилось принимать делегацию правозащитников и представителей различных министерств. Те проверяли, как кормят нелегалов, каковы условия проживания. Ведь формально центр – не тюрьма. Здесь нелегалы должны находиться до тех пор, пока не установят их личность и не решится вопрос о том, давать им статус беженца или нет. В центре даже охраны толком нет. Так, несколько полицейских и забор, который легко перелезть.

У Мессирендино – своя напасть: в последнее время все чаще моторные лодки с нелегалами тонут в территориальных водах Италии. Каждый утонувший баркас – шум в прессе и проверка.

«Обычно суда, перевозящие нелегалов, забиты людьми до отказа. Причем, как правило, это старые суда. Шторм, непогода – и трагедия. А нам приходится выполнять роль спасателей», говорит Мессирендино.

По его мнению, чтобы прекратить нашествие беженцев на Лампедузу, нужны «решительные меры». Какие – Мессирендино не знает. Впрочем, этого, похоже, не знает никто – ни на Лампедузе, ни в Италии, ни в мире.