Ирина Алкснис Ирина Алкснис Переход дипломатии к военным аргументам – последний звонок для врага

Можно констатировать, что Киев с Европой почти добились своего, а Вашингтон получил от Москвы последнее предупреждение, которое прозвучало в исполнении российского министра иностранных дел.

8 комментариев
Игорь Мальцев Игорь Мальцев «Файлы Эпштейна» открыли обыкновенный фашизм

Сдается мне, что вот это публичное насаживание свиной головы Эпштейна на кол – скорей дымовая завеса от того, что в реальности происходит сейчас в некоей группе «влиятельных лиц».

12 комментариев
Геворг Мирзаян Геворг Мирзаян Четыре условия устойчивого мира на Украине

Ни сегодня, ни завтра, ни через несколько месяцев никакого устойчивого мирного соглашения подписано не будет. Разве что на фронте или в украинском тылу произойдет такое событие, которое заставит руководство киевского режима (очевидно, не Зеленского) резко протрезветь и принять тяжелые условия.

18 комментариев
27 апреля 2011, 14:48 • Культура

«Я – единственный, у которого есть мозги»

Виктор Топоров: В обществе и литературе создался тромб

«Я – единственный, у которого есть мозги»
@ ВЗГЛЯД

Tекст: Кирилл Решетников

«Я полтора года рекламировал Володю Лорченкова, а он, тем не менее, не получил в «Нацбесте» ни одного балла. Этот факт сам по себе доказывает, что премия абсолютно независима от меня», – признался газете ВЗГЛЯД критик Виктор Топоров.

26 апреля были объявлены финалисты премии «Национальный бестселлер» («Нацбест») – альтернативной литературной награды, фактически не уступающей по значимости респектабельным «Русскому Букеру» и «Большой книге». Обладатель «Нацбеста»-2011 станет известен 5 июня.

Не исключаю победу того же Быкова, который сейчас кажется либералам, по причине их общей глупости, этакой палочкой-выручалочкой

Среди шести претендентов – уже удостаивавшийся «нацбестовских» лавров Дмитрий Быков*, букеровский лауреат Михаил Елизаров, а также Сергей Шаргунов и Андрей Рубанов. Помимо обычной премиальной интриги в этом году образовалась еще одна – специальное жюри должно выбрать лучшего из десяти лауреатов «Нацбеста» прошлых лет; имя того, кому достанется «Супер-Нацбест», огласят 29 мая.

Основатель и ответственный секретарь премии критик Виктор Топоров рассказал газете ВЗГЛЯД, за счет чего его детище побивает конкурентов и чем чревата для литературы стагнация общества.

ВЗГЛЯД: Виктор Леонидович, только что стали известны имена шести авторов, из числа которых будет выбран очередной лауреат основанной вами премии. Насколько я знаю, к наличию в списке нового романа Дмитрия Быкова «Остромов, или Ученик чародея» вы отнеслись скептически, что было связано, в частности, с некоторыми обстоятельствами голосования. А как вам остальные пять книг? Можно ли сказать, что это лучшие книги последнего времени?

Виктор Топоров: Можно. Это, скажем так, пять из десяти лучших. А это высокий процент.

ВЗГЛЯД: Кого из тех, кто не попал в короткий список, вы хотели бы в нем увидеть?

В.Т.: Прежде всего Владимира Лорченкова с книгой «Табор уходит». Это надо прокомментировать отдельно. Я полтора года пропагандировал и рекламировал Володю Лорченкова, а он, тем не менее, не получил в «Нацбесте» ни одного балла. Этот факт сам по себе доказывает, что премия абсолютно независима от меня, что я не имею на нее никакого влияния.ВЗГЛЯД: Среди финалистов оказался петербургский писатель, выступающий под псевдонимом Фигль-Мигль. Его знают не столь многие, это пока еще в значительной степени локальное культовое явление. Как вы думаете, поможет ли ему «Нацбест» стать более известным?

В.Т.: Не думаю, что он выиграет, хотя и не могу этого исключать. Это тонкий писатель, чьи вещи рассчитаны на пять-семь процентов от общего числа читателей серьезной литературы, которых и без того немного. Автор, у которого очень сильна петербургская нота. Явление на любителя – как мадера или рокфор.

ВЗГЛЯД: В этом году в рамках премии будет осуществлен беспрецедентный проект: один из лауреатов прошлых лет получит приз «Супер-Нацбест» за уже премированный текст, награду для лучшего из лучших, этакий аналог английского «Букера Букеров»...

В.Т.: Честно говоря, «Супер-Нацбест» меня не очень интересует. Это выдумка не моя, а издателя Константина Тублина. Более того, это противоречит той идее, которую вкладываю в «Нацбест» я и которая выражается слоганом «проснуться знаменитым». Проснуться знаменитым можно только однажды. А та идея, что писатель проснется чуть более знаменитым, чем раньше, не кажется мне удачной. Но, тем не менее, поскольку эта затея объективно способствует раскрутке «Нацбеста», я проект Тублина поддерживаю.

ВЗГЛЯД: Практически все претенденты на «Супер-Нацбест» – люди именитые. Как вы думаете, может ли произойти так, что на выбор жюри повлияет не столько конкретный текст, сколько общая репутация кого-либо из этих писателей?

В.Т.: Да, в принципе так может произойти. Я, например, не исключаю победу того же Быкова, который сейчас кажется либералам, по причине их общей глупости, этакой палочкой-выручалочкой. А вот что касается, скажем, Проханова, то для меня совершенно очевидно, что этот феномен умер вместе с «Господином Гексогеном».

ВЗГЛЯД: «Нацбест» существует уже 11-й год. Оказывает ли он серьезное влияние на чьи-то вкусы и предпочтения, на то, что происходит в других литературных «епархиях»?

В.Т.: Рискую ответить нескромно, но, конечно, оказывает. Две трети наших лауреатов «продублированы» премией «Большая книга». А еще представители той же самой премии сетуют, что у них слишком большой наплыв изданий серии ЖЗЛ и что этот наплыв их уже «задавил», а мы от рассмотрения «жэзээловских» книг отказались несколько лет назад. Голосование по этим книгам – это голосование в пользу героя, а не автора. Так что мы идем впереди, опережаем всех по концептуальности. Потому что я – единственный человек в премиальном процессе, у которого есть мозги.

ВЗГЛЯД: А в целом «Нацбест» оправдывает возлагавшиеся на него надежды?

В.Т.: Да. «Нацбест», фактически, пережил «Букера»  и, будем надеяться, переживет еще много кого. Но есть одно обстоятельство, которое я воспринимаю как трагедию. За годы существования «Нацбеста» ни в нашей стране, ни в нашей литературе не произошло обновления элит. Соответственно, не произошло этого обновления и в «Нацбесте».

ВЗГЛЯД: То есть, например, круг людей, из которого «рекрутируется» жюри, по сути, остается одним и тем же...

В.Т.: Легко разнообразить состав малого жюри, определяющего непосредственно лауреатов, поскольку оно формируется по принципу широкого общественного представительства. Сюда могут приглашаться новоиспеченные знаменитости, баловни года и т.п. В этом году малое жюри у нас возглавляет Ксения Собчак, а ее конкуренткой при обсуждении кандидатур была Анна Чапман. А вот большое жюри, формирующее список финалистов, наши профессиональные литературные эксперты – это те же люди, что были десять лет назад. Да и писатели, в общем-то, те же. Отсутствие ротации, закупорка, тромб. Тромб в обществе и в литературе. А к чему приводит тромб, известно.

ВЗГЛЯД: Появление Ксении Собчак в качестве председателя жюри, наверное, сделает премии большую дополнительную рекламу среди тех, кто не следит за литературной жизнью...

В.Т.: Думаю, что это, как и все наши удачные решения, откроет возможность для взаимной рекламы. Да, это сделает рекламу премии среди поклонников Ксении Собчак, но это также сделает рекламу Ксении Собчак как молодой интеллектуалке, а не как ведущей «Дома-2».

* Признан(а) в РФ иностранным агентом