Сергей Худиев: Когда риторика приобретает подстрекательский характер

Некоторое время назад известная, но уже несколько уходящая из поля зрения актриса Ксения Собчак сфотографировалась в священническом облачении с накладной бородою; Cледственный комитет начал в отношении ее проверку на предмет возможного оскорбления религиозных чувств. Я думаю, это лишнее.

Не всякая скандальная выходка заслуживает внимания Следственного комитета

Бывают люди, страдающие затянувшимся подростковым бунтом, когда граждане, может, и зрелые летами, но подростки умом, желают прощупать границы допустимого и учиняют всякие злые озорства.

У некоторых людей появляется желание привлечь к себе скандальное внимание – тем более что для них это может быть профессиональной необходимостью. Не всякая скандальная выходка заслуживает внимания Следственного комитета.

Преследование за оскорбление религиозных чувств связано не с обязанностью государства отстаивать правую веру – у него таких полномочий нет, и даже не со стремлением поддерживать благонравие, а с обязанностью поддерживать мир. Оскорбление религии – один из способов намеренного провоцирования гражданских конфликтов.

Для кого-то такое провоцирование будет элементом сложной политической игры, для кого-то – просто проявлением психологической потребности непременно быть в центре внимания, но желающие поиграть со спичками находятся, и их надо как-то обуздывать. Свобода всех жить в несожженном доме важнее свободы некоторых играть со спичками.

Но здесь неизбежно возникает та же дилемма, что и с разжиганием межнациональной ненависти или оскорблениями по национальному признаку. Когда риторика приобретает подстрекательский характер?

Как отличить честного журналиста или общественного деятеля, который указывает на реальную проблему, от подстрекателя? Когда веселые шутки и остроумные карикатуры начинают угрожать гражданскому миру?

Или другое проявление той же проблемы – когда смелое обличение злоупотреблений властей переходит в подстрекательство к мятежу?

Во всех этих случаях неизбежно возникает определенная «серая зона», когда это неочевидно, и одни будут требовать принять меры к опасному подстрекателю и провокатору, другие – оставить в покое честного журналиста и политика.

Перекручивать гайки бывает тоже опасно; общество нуждается в свободе самовыражения и критики. Государственное вмешательство имеет свои побочные эффекты, к нему следует прибегать, когда оно действительно необходимо.

Необходимо ли оно в случае с глупой выходкой Ксении Собчак? Нет. Неуместное использование священнического облачения оскорбляет мое чувство вкуса и приличия, но не мою веру, потому что облачение как таковое предметом моей веры не является.

Предметом веры является Господь, Матерь Божия, святые, и их намеренное оскорбление было бы совершенно неприемлемо; я не собираюсь оскорблять чужие святыни и ожидаю, что другие люди воздержатся от оскорбления моих – впрочем, абсолютному большинству наших сограждан, независимо от их личных убеждений, и в голову не приходит намеренно оскорблять чью-либо веру.

Пародийное переодевание в священническое облачение – дело дурное, но дурное на другом уровне.

Оскорбления или грубые шутки над верующими – это не признак ума и культуры, но это то, что мы можем потерпеть; оскорбления именно веры – нет. Разница тут примерно как между обидной карикатурой, нарисованной на вас лично, и карикатурой, нарисованной на вашу мать.

Первое вы можете спокойно проигнорировать, второе – нет, потому что по отношению к матери у вас есть определенные обязательства.

Ум, культура, способность уважать своих ближних, хотя бы и не разделяя их убеждений – это не то, что можно вбить в голову людям при помощи Следственного комитета. Это не подходящий для такой задачи инструмент.

У нас некоторые граждане все никак не выйдут из состояния подросткового бунта? Это их проблемы, не государственные.

Будем ждать, когда подростки позврослеют.