Глеб Простаков Глеб Простаков Мировой топливный кризис только начинается

Рынок нефти перестал быть рынком в классическом смысле. Это поле боя, где цена определяется не спросом и предложением, а способностью конкретного покупателя добраться до конкретного продавца. Великий топливный кризис только начинается, и главный вопрос не в том, сколько будет стоить баррель, а в том, кто сможет его физически получить.

4 комментария
Сергей Худиев Сергей Худиев Зачем патриарх напомнил депутатам о Страшном суде

Когда вы трудитесь ради блага сограждан – и получаете в ответ несправедливую ругань, трудно сохранять усердие и любовь к людям. Нужна какая-то внутренняя опора.

7 комментариев
Андрей Колесник Андрей Колесник Военное образование становится признаком элиты

Реформа военного образования – это инвестиция не только в обороноспособность, но и в кадровый потенциал страны в целом. Россия должна выигрывать войны, как делала это всегда – и всегда офицеры были элитой не только Вооруженных сил, но и всего российского общества.

12 комментариев
7 августа 2014, 10:25 • Авторские колонки

Ольга Туханина: Семь бед – один ответ

Угрозы оказались страшнее санкций против России, и видно, что сами санкции не работают. Беда в том, что средств давления на Россию у наших партнеров больше не остается – кроме «оранжевых» революций или уж крылатых ракет.

Я помню, что Джохар Дудаев не хотел воевать. Он вряд ли был идиотом. Все-таки советский генерал. Перед самой войной он дал «АиФ» огромное интервью, в котором говорил об этом прямым текстом. Мол, они же не сумасшедшие – воевать с Россией.

Нельзя угрожать все время. Шантаж быстро надоедает. Во-вторых, с помощью угроз нельзя получить все, чего ты хочешь. Только мелкие разные уступки

Под этим соусом Джохара можно было прогибать. До определенного предела. Но после начала войны все страхи обнуляются. Делать нечего, самое страшное уже случилось, война уже идет. В ходу иная логика.

То есть угрозы всегда эффективнее, чем их непосредственная реализация. Если использовать их с умом. Во-первых, нельзя угрожать все время. Шантаж быстро надоедает. Во-вторых, с помощью угроз нельзя получить все, чего ты хочешь. Только мелкие разные уступки.

Должно быть, введение санкций со стороны Запада нашу власть беспокоило серьезно. Есть привычная экономическая модель, все забито в программы, отлажена логистика, сверстаны бюджеты.

Не трогай то, что работает. Поэтому, вероятно, под угрозами санкций мы прогибались. До известной степени.

Но вскоре стало понятно, что нас этими санкциями собираются шантажировать бесконечно и по любому поводу. Это надоело, во-первых. Во-вторых, потеряло силу. Нельзя вечно грозить и ничего не делать. На той стороне политики сами себя загнали в ловушку – пора было «отвечать за базар».

Но когда санкции введены, тут уж ничего не поделаешь. Семь бед – один ответ. Надо шевелиться. Надо все перестраивать.

И вот мясо птицы из США больше к нам не пойдет, а пойдет из Бразилии. Некоторые простые американцы потеряют деньги, а некоторые простые бразильцы эти деньги получат.

Почему? Потому что Обама. Это мило: бразильцы за Обаму не голосовали, там его, скорее всего, не очень любят, но он сделал людям в белых штанах неплохой подарок. Зато своих собственных избирателей живой президент лишил портретов президентов мертвых. Да и ладно: он же за всю страну отвечает, а не только за конкретных производителей.

Фокус, однако, в том, что ВТО окончательно теряет какой-либо смысл. Кроме того, санкции можно использовать только единожды. Потом «виноватое» государство учится жить под этими санкциями.

Оно выстраивает совершенно другие экономические схемы, сводит зависимость от потенциальных «учителей» до минимума. Поэтому санкции никогда и не работают. Поэтому наша ответка – это не про «наказание обидчика», а про освобождение от поводка, за который, как видим, могут дернуть.

Беда в том, что средств давления на Россию у наших партнеров больше не остается – кроме «оранжевых» революций или уж крылатых ракет.

А давить они хотят и будут.

Источник: Блог Ольги Туханиной