Игорь Караулов Игорь Караулов Русская зима – наша культурная доминанта

Зимой тяжело, хочется куда-то сбежать, но я плохо понимаю тех, кто отправляется зимовать в Таиланд или на Бали. Это малодушное бегство от русской судьбы, попытка ее обмануть, а она не прощает обмана. Может быть, мы и миру нужны прежде всего как зимние люди.

7 комментариев
Дмитрий Родионов Дмитрий Родионов Японию готовят к войне с Россией и Китаем

Усиливающуюся реваншистскую риторику Токио поддерживают США, которые также де-факто не признают Курилы российскими, требуя от местных жителей для получения американской визы признать себя японцами. Это два однонаправленных вектора: стремление США добиться отторжения от России Курил с целью создать там свои базы и, собственно, японский реваншизм.

7 комментариев
Анна Долгарева Анна Долгарева Русский Север хранит время

Если говорить про культурный код Севера, что приходит в голову в первую очередь? Бродский в ссылке в Архангельскую область, Териберка в фильме «Левиафан» Звягинцева, протопоп Аввакум, деревянное зодчество Кижей, Соловецкий монастырь и лагерь особого назначения.

10 комментариев
29 мая 2014, 11:39 • Авторские колонки

Александр Разуваев: Хранители России

Для нас, русских, главное – сохранить Россию. А процент великороссов, чеченцев или татар в новой элите новой России не принципиален.

С большим интересом и симпатией прочитал статью Михаила Шахова «Неукротимые горцы». Статья очень честная и своевременная. Но, на самом деле, проблема намного серьезней и шире.

На протяжении всей своей истории российская элита являлась многонациональной

Для начала надо дать ответ на вопрос, что есть Россия как отдельная суверенная и отличная от Европы и славянства цивилизация?

Российская империя возникла почти 800 лет назад. Наша имперская государственность была основана внуком Чингисхана ханом Батыем. Русский язык до сих пор – славяно-тюркский.

За многолетнюю историю империи ее границы менялись не раз, а главное – менялась ее элита. Сами великороссы, как ее основа, оформились как этнос, вероятно, лишь во времена Ивана Грозного.

До Петра Великого российский правящий класс имел преимущественно ордынское происхождение. После Петра, и особенно Екатерины Второй и до Октябрьской революции, страна находилась под влиянием немцев и прочих выходцев из Западной Европы.

После раздела Польши в имперской элите, естественно, усилился славянский элемент. Знаменитый сталинский призыв, который на десятилетия сформировал сознание советской элиты, вобрал в себя идеи новой Советской России. Хотя распространенное мнение о том, что Советский Союз создали русская воинская доблесть и еврейские мозги, не лишено оснований.

На протяжении всей своей истории российская элита являлась многонациональной. По-другому, наверно, и не могло быть в государстве, на протяжении столетий объединяющем столь разные народы и территории Евразии.

В девяностые Россия прошла очередную точку бифуркации. И теперь на наших глазах рождается новая имперская государственность, а значит – рождается новая элита, которая будет править Россией минимум несколько десятилетий.

И российские горцы впервые в истории имеют все шансы делегировать в нее своих представителей. В мире победившей глобализации вне русского проекта у них просто нет шансов для реализации.

Однако нам, русским, необходимо определиться: нужна ли нам Империя?! Может, стоит сделать выбор в пользу сытого и уютного мононационального государства? Минимум как Польша, максимум – как Германия.

Эта идея была очень популярна у сторонников Бориса Ельцина двадцать лет назад. Чем меньше число россиян, тем большая часть нефтяного и газового пирога достанется каждому.

Именно об этом и сегодня мечтают наши нацисты и либералы. Именно за сытое, буржуазное государство проголосовала на последних президентских выборах славянская Украина.

Однако Россия – не Украина, и нам не нужно стремиться в Европу. Мы отдельная и более успешная, чем Европа, цивилизация. Конец империи будет означать конец России. Поэтому для нас, русских, главное – сохранить Россию. А процент великороссов, чеченцев или татар в новой элите новой России не принципиален.

Мы не нацисты, мы хранители вечной России.