Игорь Караулов Игорь Караулов Русская зима – наша культурная доминанта

Зимой тяжело, хочется куда-то сбежать, но я плохо понимаю тех, кто отправляется зимовать в Таиланд или на Бали. Это малодушное бегство от русской судьбы, попытка ее обмануть, а она не прощает обмана. Может быть, мы и миру нужны прежде всего как зимние люди.

6 комментариев
Дмитрий Родионов Дмитрий Родионов Японию готовят к войне с Россией и Китаем

Усиливающуюся реваншистскую риторику Токио поддерживают США, которые также де-факто не признают Курилы российскими, требуя от местных жителей для получения американской визы признать себя японцами. Это два однонаправленных вектора: стремление США добиться отторжения от России Курил с целью создать там свои базы и, собственно, японский реваншизм.

7 комментариев
Анна Долгарева Анна Долгарева Русский Север хранит время

Если говорить про культурный код Севера, что приходит в голову в первую очередь? Бродский в ссылке в Архангельскую область, Териберка в фильме «Левиафан» Звягинцева, протопоп Аввакум, деревянное зодчество Кижей, Соловецкий монастырь и лагерь особого назначения.

10 комментариев
1 августа 2013, 16:50 • Авторские колонки

Александр Разуваев: Красная крыша

Естественно, «рыночный» общак не облагался никакими налогами и являлся существенным фактором поддержки как террористов на Северном Кавказе, так и завышенных цен на московскую недвижимость.

Проблема московских рынков не нова, она началась еще в «лужковскую» эпоху. Бывший московский мэр, который, вероятно, является лучшим наглядным пособием по коррупции, был тесно завязан на различные кавказские кланы.

Хорошо известно, что если у вас проблемы с совестью, то ее просто надо взять в долю

В результате с началом его правления наши фермеры и бабушки исчезли с рынков, а их место заняли перекупщики с юга. При этом цены для покупателей оказались завышенными в несколько, а иногда и в десять раз. Качество продаваемого товара также часто оставляло желать лучшего. Жесткий советский контроль над качеством остался в светлом советском прошлом.

Естественно, «рыночный» общак не облагался никакими налогами и являлся существенным фактором поддержки как террористов на Северном Кавказе, так и завышенных цен на московскую недвижимость.

Десять лет назад, когда тучи над Лужковым и его супругой стали впервые сгущаться, один из экспатов, работающий в западном инвестбанке, попросил меня оценить годовую выручку московских рынков и, соответственно, прибыль их теневых бенефициаров.

Результат меня искренне поразил, сумма оказалась сопоставима с доходами российских «голубых фишек» (крупнейших российских компаний, акции которых торгуются на бирже). При этом рентабельность оказалась намного выше – в отличие от нефтяников, энергетиков и металлургов, рынки налогов практически не платили.

Рядовых москвичей вся эта ситуация, естественно, никогда не радовала, что выражалось в растущей неприязни не только к рыночном торговцам, но и к выходцам с Кавказа и Средней Азии в целом. Однако почти никто из нас никогда не задумывался, что во всем этом прежде всего виноваты мы сами.

Хорошо известно, что если у вас проблемы с совестью, то ее просто надо взять в долю. Ценовой и криминальный рыночный беспредел был бы невозможен, если бы его не «крышевали» органы внутренних дел. Совсем недавно милиция стала полицией, однако принципиально ничего не изменилось. Проблему рынков и этнической преступности нельзя решить, не искоренив коррупции в полиции. Рыночная мафия всегда будет чувствовать свою безнаказанность и неуязвимость, пока будет иметь «красную крышу». Кто-то скажет, что это невозможно, т. к. зарплаты полицейских мизерные и т. д. Однако это неправда, после реформы цифры выросли, и выросли существенно.

Вопрос, как и всегда в России – в политической воле. Соседняя с нами Белоруссия – не самая богатая республика, однако там ситуация на рынках принципиально отличается от нашей. И, как следствие, ситуация в аграрном секторе, мягко сказать, намного лучше. А ведь когда-то стартовые условия у нас были одинаковыми. Может быть, стоит задуматься, почему у Лукашенко получилось, а у нас – пока нет.