Глеб Простаков Глеб Простаков Как выглядит будущее после ОПЕК

Мировой нефтяной порядок, родившийся в 1970-е как реакция на попытку Запада установить потолок цен, прошёл полный цикл. Мы наблюдаем распад ОПЕК под давлением новой реальности, в которой разные страны картеля будут определяться с тем, как реализовывать шансы на лучшее будущее. У России эти шансы явно выше, чем у других.

4 комментария
Ольга Андреева Ольга Андреева День Победы запустил историю заново

Народ – это та точка, где прошлое, настоящее и будущее сходятся. Народ – это возможность истории как таковой. Народ хранит в себе образы и память предков, а в его несгибаемой воле к жизни рождаются и образы будущих поколений.

4 комментария
Архиепископ Савва (Тутунов) Архиепископ Савва (Тутунов) Русский народ бился, чтобы быть

Почти всякая наша война была Отечественной. Не битвой феодалов посредством вассальных или наемных войск и ради экономических выгод, а битвой самого народа. Мы бились ради сохранения нашего духовного самобытия, нашего русского национального самостояния.

12 комментариев
27 сентября 2012, 17:00 • Авторские колонки

Максим Юсин: Черный расизм

Жан-Франсуа Копе, один из лидеров французской правой партии «Союз за народное движение», спровоцировал политическую бурю, признав, что коренные французы становятся жертвой расизма со стороны иммигрантов, приехавших из бывших колоний.

В своей книге, которая поступит в продажу 3 октября, Копе пишет: «В некоторых кварталах наших городов развивается расизм, направленный против белых. Отдельные личности, иногда имеющие французское гражданство, презрительно относятся к французам, которых они называют «галлами». Причина – другая религия, другой цвет кожи и другое происхождение».

Жан-Франсуа Копе – не какой-нибудь политический маргинал, предостережениями которого можно пренебречь

48-летний Копе, который считается одним из потенциальных кандидатов от правых на следующих президентских выборах, признает: «Я знаю, что, употребляя термин «расизм, направленный против белых», нарушаю табу. Но я это делаю осознанно, так как это – правда, с которой сталкиваются некоторые наши соотечественники. И молчание на этот счет только увеличивает их страдания».

В общем-то, Жан-Франсуа Копе сказал то, что и так прекрасно известно. В пригородах Парижа, Марселя, Лиона, населенных выходцами из Марокко, Алжира, Туниса, Сенегала, Мали и других бывших французских колоний, коренной француз чувствует себя неуютно – и это еще мягко сказано. Там зачастую свои законы, свои авторитеты, свои проповедники в мечетях, свои социальные сети, свои системы денежных переводов. Всё – своё.

И этот феномен совершенно непривычен для Франции – во все времена она быстро и безболезненно «переваривала» иммигрантов, которые уже через поколение становились обычными французами, разве что с иностранными фамилиями (Мишель Платини, Жан-Поль Бельмондо, Николя Саркози, да и сам Жан-Франсуа Копе – потомок румынских и алжирских евреев).

Так было с русскими белоэмигрантами после революции, так было с поляками, итальянцами, испанцами, португальцами. Их потомков во Франции – миллионы, но они не противопоставляют себя остальным жителям страны и не требуют каких-то особых прав. Они интегрировались и ассимилировались, потому что изначально этого хотели.

А иммигранты последней волны – не хотят. На новой родине они продолжают жить по своим правилам и понятиям, часто несовместимым с нормами цивилизованной европейской страны XXI века.

Но политкорректные французы, обсуждая проблему в кругу друзей за бокалом вина,  стараются не поднимать ее на публике. Это считается неприличным. Об иммигрантах говорят лидеры ультраправого Национального фронта, набирая на выборах свои 15–20 процентов и продолжая оставаться в своеобразном политическом гетто. Другие партии их бойкотируют, обвиняя в расизме и ксенофобии. Пресса упоминает о них брезгливо-презрительно.

Но вот, похоже, табу действительно нарушено. Жан-Франсуа Копе – не какой-нибудь политический маргинал, предостережениями которого можно пренебречь. Если уж он решил поднять проблему «черного расизма», значит, она назрела и перезрела.

Левые министры и депутаты предсказуемо обрушились на Копе, обвинив его в потакании националистическим инстинктам и попытке сыграть на поле Национального фронта. Возможно, так оно и есть. Но когда законопослушные граждане страны чувствуют себя иностранцами на улицах собственных городов и подвергаются оскорблениям, может быть, политик имеет право почувствовать себя хоть немного националистом. Просто из чувства самосохранения.