Ольга Андреева Ольга Андреева День Победы запустил историю заново

Народ – это та точка, где прошлое, настоящее и будущее сходятся. Народ – это возможность истории как таковой. Народ хранит в себе образы и память предков, а в его несгибаемой воле к жизни рождаются и образы будущих поколений.

3 комментария
Архиепископ Савва (Тутунов) Архиепископ Савва (Тутунов) Русский народ бился, чтобы быть

Почти всякая наша война была Отечественной. Не битвой феодалов посредством вассальных или наемных войск и ради экономических выгод, а битвой самого народа. Мы бились ради сохранения нашего духовного самобытия, нашего русского национального самостояния.

12 комментариев
Игорь Мальцев Игорь Мальцев Германия идет по пути Прибалтики

Ничего удивительного в запрете советской символики в Берлине на День Победы я не вижу – все развивается по очень знакомому сценарию. Только совершенно зря в этот блудняк втягивают немцев, которые два раза вписались в мировые войны и оба раза получили национальную катастрофу.

5 комментариев
10 сентября 2012, 14:30 • Авторские колонки

Максим Юсин: Враги западного мира

Французский хирург Жак Берес вернулся из сирийского города Алеппо. Там он провел две недели – в самом пекле, спасая жизнь раненым противникам Башара Асада, ведущим битву, которую уже окрестили «сирийским Сталинградом».

Оказавшись на родине, Берес рассказал о своих впечатлениях. Больше всего его поразило, сколько иностранцев сражается в рядах оппозиции. По словам врача, половина всех его пациентов (не считая мирных жителей) – «воины джихада», прибывшие из-за рубежа.

«Эти люди прямо заявляют, что их не интересует свержение Асада. Они думают о том, как захватить власть после падения режима, как создать исламское государство*, которое жило бы по законам шариата, став частью всемирного халифата», – вспоминает Жак Берес. По его словам, несколько «воинов ислама» прибыли из Франции – они отличались «крайним фанатизмом».

71-летний хирург, один из основателей организации «Врачи без границ», часто бывает в горячих точках. В той же Сирии он уже работал весной – в Хомсе и Идлибе. И тогда ситуация была совсем другой – иностранных «джихадистов» он встречал гораздо реже.

Свидетельства Жака Береса прозвучали вскоре после того, как президент Франции Франсуа Олланд пообещал признать правительство сирийской оппозиции, как только оно будет сформировано. Париж, Лондон и Вашингтон, не говоря уже об Анкаре и Эр-Рияде, требуют усилить международное давление на режим Башара Асада, чтобы ускорить его падение. А что потом? Эту тему предпочитают деликатно обходить. Об усиливающейся исламизации сирийской оппозиции западные лидеры говорят неохотно – очень уж несвоевременно было бы поднимать сейчас эту тему, давать дополнительные аргументы России, Китаю и другим «адвокатам дамасского диктатора».

Но доктор Берес далек от политической самоцензуры. Он рассказывает, что увидел и услышал, не задумываясь о том, насколько эти наблюдения противоречат официальной позиции Парижа. И ставит беспощадный диагноз: значительная часть тех, кто сегодня сражается против Башара Асада, – непримиримые враги западного мира и всех его основополагающих принципов – демократии, толерантности, религиозной терпимости. Свергнув Асада, они будут сражаться за построение всемирного халифата на других фронтах. И почему бы не в той же Франции, жителей которой, «отличавшихся крайним фанатизмом», встречал в Алеппо доктор Берес?

Как тут не вспомнить, что «тулузский стрелок» Мохаммед Мера до того, как убил семь человек, тоже проходил «стажировку» за границей. Только в его случае это были Афганистан и Пакистан – война в Сирии тогда еще не началась.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ