Глеб Простаков Глеб Простаков Что означает арест Ермака для Зеленского и мира

Кто и зачем целится в Зеленского? Распространенная версия – что НАБУ и САП работают по указке Трампа, чтобы дожать Зеленского до согласия на «условия Анкориджа» (отвод войск из Донбасса, фиксация новых территориальных реалий, выход на устойчивое прекращение огня). Версия логичная, но ошибочная.

0 комментариев
Саид Гафуров Саид Гафуров Кто придет на смену Трампу

Кого Дональд Трамп может выбрать своим преемником? От этого выбора зависит многое, однако куда важнее – сам механизм передачи власти. Вопрос о выборах 2028 года – это не просто гадание на тему: кто победит. Это вопрос о том, сможет ли двухпартийная система США пережить саму себя и какой будет политическая архитектура Америки после Трампа.

3 комментария
Марина Хакимова-Гатцемайер Марина Хакимова-Гатцемайер Больнее всего мы враждуем с теми, кого любим

Мы боимся не родственника, с которым враждуем, а себя – честного, бескорыстного, душевного, милосердного, протягивающего руку: «Давай помиримся!». В этом нам видится проявление слабости.

7 комментариев
23 апреля 2012, 16:17 • Авторские колонки

Максим Юсин: Саркози спасет чудо

После первого тура выборов во Франции может возникнуть иллюзия, что у Николя Саркози хорошие шансы на победу в туре втором – 6 мая. Арифметически и логически всё вроде бы верно. Но во французской политике простая арифметика и простая логика не срабатывают.

Об этом мне говорили сразу несколько человек, ссылаясь на арифметические и логические выкладки. Примерно такие. Саркози отстал от своего соперника, социалиста Франсуа Олланда, всего на 1,5%. Президент набрал 27%. Во втором туре к этому показателю надо добавить 18%, которые получила лидер ультраправого Национального фронта Марин Ле Пен. Если у ультраправых больше нет своего кандидата, они будут голосовать за Саркози – не за левого же Олланда. Плюс еще 9% избирателей Франсуа Байру, который хоть и центрист, но выходец из правого лагеря. Ну и почти 2% правого кандидата, голлиста Николя Дюпона-Эньяна. Получается 56% – победа во втором туре с солидным отрывом.

Арифметически и логически всё вроде бы верно. Но во французской политике простая арифметика и простая логика не срабатывают. У Марин Ле Пен – специфический электорат. Коренные французы из глубинки, которым не чужды националистические идеи (или патриотические – кому какой термин ближе), отвергающие существующую политическую систему. По многим вопросам крайне правые во Франции смыкаются с крайне левыми. Саркози с его венгерско-еврейскими корнями и парижским лоском этим людям глубоко чужд. Даже Олланд ближе. Да и в борьбе с наплывом иммигрантов (самая больная тема для сторонников Национального фронта) Саркози за пять лет так и не добился ощутимых результатов.

Так что не стоит удивляться итогам опроса, проведенного сразу после первого тура: поддержать Николя Саркози 6 мая готовы лишь 48% избирателей Марин Ле Пен, а 31% намерены проголосовать за Франсуа Олланда. Для действующего президента это смертный приговор. Чисто математически. Электорат Ле Пен дает ему незначительную прибавку – от 3 до 4%. А избиратели Франсуа Байру вообще разделились почти поровну: 38% – за Саркози, 32% – за Олланда (остальные не пойдут голосовать или испортят бюллетени).

На левом же фланге – совсем другая картина. Подавляющее большинство сторонников четырех выбывших кандидатов (Жана-Люка Меланшона, Евы Жоли, Филиппа Путу и Натали Арто) собираются голосовать за Олланда – лишь бы не допустить победы Саркози. А это в сумме более 15%.

Такая вот предвыборная арифметика, которая показывает: во втором туре Николя Саркози спасет лишь чудо. О том же говорят и опросы: президент отстает от своего оппонента на 8–10%. Отыграть такой отрыв за две недели – задача архисложная.