Михаил Бударагин: Со дна

Я, честно говоря, не знаю, о чем думает руководство «Единой России» и как оно собирается обустраивать партийную жизнь после президентских выборов, но одно мне – человеку, который со стороны наблюдает за всей механикой партийной жизни, – понятно вполне. Время до 4 марта может стать (а может ведь и не стать) периодом возрождения «ЕР» в совершенно новом качестве.

Единой России» не нужно соревноваться с митингующими в обновленческой риторике: вместо этого стоит вернуться к самому началу

Проблемы «ЕР» давно и всем очевидны, никаких особенных тайн здесь нет: отчасти речь идет об изъянах всей партийной системы (ни одна из российских политических партий не умеет аккумулировать медиаресурс так, как это делают республиканцы и демократы в США), отчасти же – о собственных недостатках «Единой России».

Блогеры, придумавшие из «ЕР» главного врага, ошибаются в основном в том, что плохо представляют себе, чем исполнительная власть отличается от законодательной и как они обе работают. Объяснить это в колонке трудновато, тут одних цитат из Вебера и Дюркгейма придется привести страницы на четыре, но, если коротко, любая партия в России, получив конституционное большинство в парламенте, вела бы себя точно так же (если не хуже), как партия Путина. Губернаторы от КПРФ (пример главы Владимирской области Николая Виноградова это доказывает очень хорошо) были бы в  массе своей записными единороссами.

«ЕР» подвела сокрушительная всепобедительность 2007 года, когда вдруг слишком многим показалось, что так будет вечно, что это – до конца времен. Бюрократия, всегда подозревавшая, что СМИ и общественные организации нужны только для того, чтобы перед выборами поиграть с ними в «открытость», пропустила все те изменения, которые за четыре года превратили Сеть в один из самых важных факторов общественной жизни.

Кстати, КПРФ, ЛДПР и эсеры, никаких сокрушительных побед не одержавшие, повели себя схожим образом, но по ним «бунт блогеров» ударил в меньшей степени – это «Единая Россия» шагала впереди, она и получила по полной программе. Разумеется, никакого «американского заговора» тут нет: просто тот, кто выше всех забрался, дольше всех падал.

Теперь с этого дна можно всплывать.

Фоном движения является та самая «турбулентность», которая действительно становится главным определением российской политики. Владимир Жириновский публично унижает уральцев и строителей, Геннадий Зюганов обещает освободить Ходорковского, Никита Белых обходится лишь критикой, но без «вызова врача» (вспомним, чего стоил компании «Мечел» устроенный Путиным разнос), Иван Огнев ведет публичную и очень сильную кампанию против властей Уфы, претендуя на пост сити-менеджера башкирской столицы, либералы устраивают акты остракизма публицисту Леониду Радзиховскому и театральному режиссеру Николаю Коляде, а публицист Дмитрий Ольшанский отказывается работать спичрайтером Прохорова.

Представьте себе все это в 2007-м.

Случаи Белых, Огнева и Коляды показательны еще и тем, что турбулентность захватывает и провинцию – пусть с опозданием, как это вообще принято. Все большему числу людей, так или иначе отвечающих за принятие каких-то решений, наглядно показывают: жизнь меняется, вы не хотите в это верить, но завтра вас может вообще не быть.

Аппарат, который и обеспечивает ежедневное функционирование государства как такового (все эти скучные бюджетные средства, военкоматы, вывести снегоуборочную технику на улицу, включить отопление, провести проверку и вынести мусор), немного туговат на ухо, но и он уже слышит эту звонкую поступь «дивного нового мира». И – притом что аппарату не сочувствуем, конечно, мы же прогрессивные люди – в этом-то и кроется для «ЕР» важный системный шанс.

«Единая Россия» может и должна привлечь к себе всех, кто напуган наступающей грозой. Сам факт проливного дождя зонт не отменяет, но иллюзию защищенности дает вполне, и «ЕР», которая прекрасно умеет общаться с бюрократами на их языке, вполне в состоянии объяснить, что вот она-то и не подвержена всему этому новому и очень, разумеется, благотворному хаосу. Разговаривать с протестующими партийные чиновники не умеют и не научатся, но этого и не нужно: поговорите, наконец, уже с теми, кто вам хотя бы потенциально может доверять, а столичные улицы оставьте Прохорову – это его избиратели, не ваши.

За чиновниками можно подтянуть и консервативных избирателей: перемены не всем по нраву, на этом можно и нужно играть.

«Единой России» не нужно соревноваться с митингующими в обновленческой риторике: вместо этого стоит вернуться к самому началу, к временам «сборки» партии, которая была ответом на хаос. В этом – единственный шанс «ЕР» выйти из турбулентности в полной силе, но пойдет ли партия на этот риск или решит «переждать в сторонке», не знаю. У страха глаза велики.