Сергей Лукьяненко: Про книжки

Иногда у меня напрочь отказывает присущее любому писателю желание порассуждать о чем-то социальном. Не потому, что темы нет, а потому что тем слишком много, и браться за них тоскливо и противно.

Поэтому поговорим о книжках. Гораздо более скучная тема для писателя, но все же...

«То, что издательское дело в России худо-бедно живет по мировым законам, по-прежнему делает нас одной из самых читающих стран в мире»

За время, прошедшее с выхода предыдущей колонки, случилось крайне любопытное событие. Издательство «Терра» (известное по большей части выпуском энциклопедий и малотиражных супердорогих изданий: кожа и мех, сафьян и шеле, кристаллы сваровски и полудрагоценные камни, гравюры, чеканки, лучшие иллюстрации, лучшая бумага – ну и, сами понимаете, какие цены) подало в суд на издательство «АСТ» (изрядная часть книжного рынка России, многотиражные массовые издания, я сам много лет печатаюсь в «АСТ») за контрафактный выпуск книг писателя-фантаста Беляева.

Не буду вдаваться в запутанные детали дела, которые каждая сторона трактует в свою пользу – в этом должен разбираться суд. Не стану даже комментировать решение суда первой инстанции о взыскании с «АСТ» 7 500 000 000 рублей (семи с половиной миллиардов рублей) в пользу «Терры» и его обоснование – опять же, все это дело следующей судебной инстанции. Если вы не в курсе, то все детали легко найдете в Интернете. Оба издательства я нежно люблю и уважаю – в «АСТ» издаюсь и читаю их книги, ну а книги «Терры» прекрасно смотрятся на международных книжных выставках и наполняют меня гордостью за отечественное книгоиздание.

Куда интереснее для писателя (где бы он ни публиковался) реакция на происходящее у интернет-обывателей, по большей части читателей.

Не секрет, что к авторскому праву в нашем Интернете отношение покровительственно-презрительное – как к юродивому дурачку или беспомощному инвалиду. Это где-то там, в Европах, с дурачками и инвалидами возятся, стараются обеспечить им человеческие условия существования. У нас – либо копеечку бросят, либо пнут вполсилы – вот уже и хорошо. Поэтому первая реакция обывателя была предельно возмущенной. Говорили и о немыслимой методике подсчета упущенной «Террой» выгоды, и о сомнительности прав, имеющихся у «Терры»...

А потом реакция изрядной части публики внезапно поменялась. Это опять же неудивительно, для обывателя нет ничего приятнее, чем радостно потоптать недавнего кумира. В данном случае поводом послужил тот факт, что большое издательство «АСТ» само неоднократно подавало в суд на различные маленькие издательства, суды эти выигрывало, деньги взыскивало и ничуть этого не стеснялось. Соответственно и глас народа радостно вынес вердикт: «Сами виноваты!»

Собственно говоря, это прекрасно показывает наше отношение к закону и правосудию. В России, в отличие от большей части остального мира, на первом плане стоит не «правильность», а «справедливость». Правильность – это следование закону, четкие и логичные условия существования. Справедливость – это нечто правильности параллельное, а порой и перпендикулярное, справедливость – это «сами виноваты», «нельзя маленьких обижать», «по совести говоря», «за что боролись, на то и напоролись».

А тем, кто живет по понятиям, книжки не особо нужны.Ну, разве что очень красивые книжки в кожаных переплетах с инкрустациями из яшмы, которые очень хорошо смотрятся на полках (фото: Getty Images/Fotobank.ru)

В глубинном смысле, конечно же, справедливость действительно лучше правильности. Жизнь невозможно подогнать под совершенно однозначные схемы, оттого и самое лучшее законодательство не может быть совершенным. Но если в других странах для исправления негибкости правосудия придуманы механизмы вроде прецедентного права или суда присяжных, то у нас справедливость рассматривается как некая высшая сила, работающая сама по себе – то ли в качестве выразителя Господней воли, то ли как не открытый до сих пор закон природы.

Согласно правильности – приравнивать дешевую книжку в бумажном переплете к напечатанному в Италии собранию сочинений ценой в несколько тысяч евро, разумеется, нелепо (мы подождем дальнейших судебных решений, но хочется верить в их разумность). Согласно справедливости – подобный иск тоже нелеп... но ровно до того момента, пока не выясняется, что издательство, которое собираются пустить с молотка, ранее само обращалось в суд.

Россия всегда была страной крайностей, страной, мечтающей то осчастливить весь мир (забывая при этом снабдить собственный народ туалетной бумагой), то покорить космос (забывая при этом снабдить покорителей колбасой), то быть всемирно любимой (забывая при этом возлюбить самих себя). Вот и в плане этическом мы ставим справедливость выше закона, не понимая, что тем самым уничтожаем и закон, и справедливость. Не на государственном уровне, конечно – тут у нас все в порядке, есть все необходимые законы, – а на уровне личном, на уровне народного самосознания, менталитета. А ведь это неявное ощущение «надо сделать не по закону, а по совести» так или иначе проникает повсюду – и в работу судебных органов, и в наше отношение к законам. И все бы хорошо, вот только совесть у всех разная, а справедливость каждый понимает по-своему.

Издательское дело – и я не устаю это повторять уже многие годы – является одной из тех сфер нашей жизни, которые работают по внятным законам. Да, по законам рынка, но именно по внятным. Издательства перекупают друг у друга авторов, подают друг на друга в суд, борются за выгодные контракты – но все это работает примерно так же, как и во всем мире. Именно поэтому – работает. Именно поэтому издательский бизнес, пускай и не приносит сверхприбылей, остается нормальным, его не подкосили ни кризисы, ни общемировое падение интереса к чтению. То, что издательское дело в России худо-бедно живет по мировым законам, по-прежнему делает нас одной из самых читающих стран в мире.

И для меня нет никаких сомнений, что если издательства начнут жить «по справедливости», то очень скоро у нас вообще перестанут выпускать книги. Хотя бы по той причине, что «по справедливости» – это почти то же самое, что и «по понятиям».

А тем, кто живет по понятиям, книжки не особо нужны.

Ну, разве что очень красивые книжки в кожаных переплетах с инкрустациями из яшмы, которые очень хорошо смотрятся на полках.

P.S. Да, извините, я обещал написать про книжки. А получилось как всегда. По справедливости.