Андрей Перла: Богатые кочевники, бедные земледельцы

Леонид Радзиховский наделал шуму в Рунете, написав про блондинку в «мерседесе» и сделав ее символом современного российского процветания. Радзиховского тут же обвинили во всех смертных грехах, в том числе в незнании собственной страны.

Это было ожидаемо – во что наше общество не готово и, видимо, еще долго не будет готово поверить – так это в собственное богатство. Егор Гайдар писал об этом странном выверте нашего общественного сознания еще в 1996 году: конечно, глядя на себя, многие вынуждены признать, что живут неплохо, но очень трудно согласиться, что не бедствуют и все остальные.

Соблазн провозгласить, что процветание ограничено МКАДом или границами элитных кварталов крупных городов, сегодня велик, как никогда. Виной тому – параллельный росту уровня жизни рост социального расслоения. Бедный сегодня богаче, чем бедный вчера и, тем более, чем бедный 20 лет назад, но по сравнению с сегодняшним богатым тот же бедный беднее.

Бедность статична и неграмотна. Эти две вещи связаны, более того, они и только они делают человека бедным

Впрочем, это не более, чем банальность. Гораздо интереснее посмотреть на другую характеристику нашего процветания: богатый – это тот, кто движется. Бедный – статичен. Блондинка Радзиховского в своей сверкающей машине проносится мимо бедняка, стоящего на тротуаре, – смысл этой метафоры гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд.

Подумаем вместе. Россия сегодня – открытая миру страна. У русских никогда не было столько возможностей путешествовать. Сколько же из нас реально пользуются этими возможностями?

Принято считать, что с загранпаспортами путешествует не менее 6 и не более 15% граждан, а скорее – процентов десять. Вот он, символ социального расслоения! Социалисты всех мастей говорят: конечно, ведь путешествуют лишь относительно богатые, а бедные не могут себе этого позволить.

Но существует и возможность другого взгляда: богатый – это тот, кому хочется путешествовать. Двигаться. Перемещаться в пространстве и в социуме. Богатый в современном обществе – почти синоним слова «подвижный».

Становится богатым тот, кто деятельно изменяет свою жизнь, в том числе часто, хотя и не обязательно, географическую точку приложения своих сил.

Убедиться в этом проще всего в самом дальнем замкадье, в провинции, в глубинке, и вовсе не потому, что там другие стандарты процветания.

С загранпаспортами путешествует не менее 6 и не более 15% граждан (фото: sxc.hu)

На днях нелегкая судьба политического консультанта забросила меня в один далекий район. По статистике – вполне благополучный, даже более того. В ходе довольно простого социологического исследования, однако, обнаружилось множество безработных мужчин трудоспособного возраста.

Их матери и жены трудятся, создавая тот самый относительно высокий уровень потребления. Поскольку работы на месте нет, они ездят работать в ближайший город. А сыновья и мужья сетуют на злую судьбу, лишившую их работы, и стоят на бирже. Не ездить же на работу на автобусе, в самом-то деле…

Надо сказать, что, отвечая на вопросы социологов, гражданки сетовали отнюдь не на поведение своих благоверных. Как ни странно это звучит, такое поведение казалось им скорее нормальным: нет работы прямо тут, на месте, вот и сидит без дела, как иначе-то.

В числе социальных проблем, требующих решения, назывался отъезд из сел молодежи. Молодые в поисках лучшей доли ищут и находят работу в городах, уезжают, иногда сразу после окончания школы, и это неправильно, считают бывшие колхозники. Вот если бы им прямо тут, на месте, в деревне, давали квартиры, отъезд бы прекратился – и они, очевидно, станут искать работу на месте…

А если не найдут? Работы ведь на месте нет? Ну как же! Если молодые останутся, государство (sic!) для них создаст рабочие места, возродит крупные хозяйства.

Повторю: это говорят люди, которые все-таки демонстрируют некоторую мобильность. Демонстрируют – но считают, что при хорошей жизни мобильность можно было бы сократить, отказаться от нее.

Многие в их положении не находят в себе сил и на такое решение. Ехать некуда, говорят исследователям и журналистам жители самых депрессивных территорий и самых медвежьих углов. Ехать некуда, учиться нечему, читать незачем – ну да, потому что чтение, усвоение новых знаний – это тоже основание социальной мобильности.

Бедность статична и неграмотна. Эти две вещи связаны, более того, они и только они делают человека бедным в обществе, где богатство – это движение.

А современность готова поворачиваться лицом только к тем, кому есть куда ехать. Современность благоволит только кочевникам – оттого и весь технический прогресс сегодня сводится к тому, чтобы позволить нам взять все необходимое с собой в путешествие.

Например, закачать целую библиотеку в КПК, оснащенный выходом в Интернет, – радость, которую никогда не понять полуграмотным домоседам.