Наталья Радулова: Женские бои без правил

Вру, конечно. Во-первых, он не был моим парнем. Так, разок – чертов мартини! – переспали на дне рождения у общей знакомой. Продолжения не последовало, потому что гражданин мне этот не понравился. У него был маленький словарный запас. Да и член не сказать чтобы слишком большой. Поэтому я об этом приключении давно забыла. И тут – пожалуйста. Жена.

Во-вторых, она не была его женой. То есть была, но совместного хозяйства они уже не вели. Ну, знаете, как это происходит – «Дорогая, я должен пожить один» («Перетрахать всех остальных девушек в этом городе»). В-третьих, в нос она меня не била. Вокруг стояли мои любопытствующие подруги, так что обманутая супруга ограничилась тем, что немного покричала и, пообещав меня убить как-нибудь на досуге, удалилась восвояси.

Они готовы в борьбе за свое женское счастье использовать ногти, телефоны, сумки, елки, но не могут произнести простое: «Дорогой, нам надо поговорить

Я, честно говоря, растерялась: «А говорил, что холостой». Подруги вздохнули: «Все они так говорят». Катя, известная тем, что уже полгода поддерживала отношения с женатым мужчиной, прошептала: «Бывает». Более подробно рассказывать о своей ситуации она отказалась. «Его зовут Виктор Ножкин, жена – Алиса, у нее очень длинные и острые ногти. Они живут на улице Радостной, ехать двенадцатым троллейбусом, – произнесла Катерина, – но больше я вам ничего не скажу».

Марина проявила чуткость: «Он, наверное, потому и свалил, что она его полуфабрикатами кормила». А Света поделилась опытом: «В четырнадцать лет я полюбила продавца коммерческого ларька. Надевала всякие вещи облегающие, красила лицо и ходила туда-сюда мимо ларька этого.

Продавец мне подмигивал, улыбался и просил телефончик. Но что вы думаете? Его жена меня выследила, погналась за мной, догнала и сумкой меня постукала по башке, прямо на улице. Мне так стыдно стало, что я его сразу и разлюбила тогда».

Вот такая была в моей жизни история. С тех пор я поняла, что отношения с мужчиной, у которого стоит штамп в паспорте, есть акт безрассудства и беспечности, схожий с восхождением на Эверест во время снежной бури. Нет, есть, конечно, любительницы-экстремалки – если повезет, их эвакуируют вертолетами. Есть и такие, которые доходят до самого конца. То есть пика. Но, подозреваю, особого восторга они при этом не испытывают. Ну покорила. И что дальше?

Стоишь на вершине, среди бесчисленных флажков, гор мусора и надписей: «Здесь была Маруся» – и думаешь: «А в чем прикол? Я же все равно не первая. И что самое ужасное – явно не последняя». Эверест для того и существует, чтобы все хотели его покорить. А ведь еще надо как-то спуститься вниз. И не исключено, что у подножия тебя поджидает Эверестиха со скалкой.

Ей-богу, женатые или имеющие постоянных подруг мужчины – как Эвересты. Важные, молчаливые и отстраненные. Разбирайтесь, мол, между собой, девочки. Я тут ни при чем. Забавно, но девочки действительно к нему претензий обычно не имеют. Неодушевленный же предмет, что с него взять?

Вот поэтому жена короткочленного парня и поджидала меня после урока латыни с пачкой пельменей наперевес. Вот поэтому астронавтиха Лиза Новак из NASA надела памперс и поехала через всю Америку разбираться с соперницей в борьбе за сердце пилота «шаттла». Не к пилоту, заметьте, поехала – к сопернице.

«Его жена меня выследила, погналась за мной, догнала и сумкой меня постукала по башке, прямо на улице»

Впрочем, надо признать, что эти женщины еще довольно смелые. Таких берут в космонавты. Встретиться один на один с врагиней – это поступок, требующий большого мужества. Никогда ведь точно не знаешь ее весовую категорию. А вот девушки, которые послабее духом, обычно обходятся телефонными звонками.

Находят незнакомый номер в телефоне мужа и звонят. Молчат, сопят, слушают раздраженное «Алло! Алло!» и делают выводы: «Сразу видно, что стерва». Некоторые решаются на разговор, который проходит по стандартной схеме: «Вы знакомы с Витей Ножкиным? Да? Ах ты, сучка крашеная!» После этого бросают трубку и идут пить валерьянку.

Иногда, правда, ошибаются номером. Одна моя знакомая была разбужена среди ночи таким вот телефонным звонком. Она даже не успела ничего ответить, а из трубки уже неслось: «Мой муж гад, верните мужа!» Минуты через три отборной ругани несчастная сонная девушка догадалась спросить: «А вы, собственно, кто?» Последовали переговоры. Выяснилось, что вместо цифры «3» жаждущая мести супруга нажала цифру «4». Она потом даже извинилась: «Претензий больше не имею». Вежливая попалась.

Некоторые для разборок с разлучницами привлекают дополнительные силы. Мой друг Женя рассказал такую историю: «Когда мы жили еще в Казахстане, у моей мамы была подруга Люда Кубдасарова. Она уйгурка, а муж у нее казах, Сериком зовут. И завелась у этого Серика подружка на стороне. Тогда Люда с моей матушкой решили дать ей… Побить, короче, ее решили.

Но не вышло, получили сами – баба оказалась очень бойкая, спустила их с лестницы при помощи новогодней елки. Облезлая такая была елка уже, практически черенок один остался. Вот этим черенком подругам и досталось – причем неплохо так. Они долго потом сидели у нас на кухне, пересчитывали синяки и шишки и гадали, что теперь делать – в ментовку пойти, что ли?

Но как-то все там потом решилось. Может, елки закончились у этой бабы, может, она тоже струхнула. Недавно была мать в Казахстане – живут Серик с Людой, хорошо живут. Он все так же гуляет на сторону, она драться научилась. Опыт».

Так вот. Волнует меня собственно только одно. Почему ни одной из этих барышень, включая Ножкину, Кубдасарову и Лизу Новак, не пришло в голову выяснить отношения с самим мужчиной?

Они готовы в борьбе за свое женское счастье использовать ногти, телефоны, сумки, елки, но не могут произнести простое: «Дорогой, нам надо поговорить». Ведь, казалось бы, это самое логичное – обсудить ситуацию с близким человеком. Но нет. Они бесконечно терзают соперниц: «Почему? Почему? Как ты могла?» – вместо того, чтобы задать тот же самый вопрос своему парню.

Думаю, им просто страшно. Страшно и больно. Они прекрасно знают, что у соперницы нет ответа на этот вопрос, который способен изменить их жизнь, а у мужчины – есть. И услышать его им совершенно не хочется.