Игорь Манцов: Скрытое

Весь четверг наши средства массовой информации нагнетали напряжение, обиженно предполагая, что России не дадут четвертую золотую медаль в фигурном катании и что Ирину Слуцкую безжалостно засудят в угоду американке Саше Коэн.

Россияне были взвинчены до предела, всем миром припали к ночным телеэкранам, дабы лично убедиться в том, что мир лежит во зле, что справедливости нет как нет, что «наших не любят» и так далее. Короче, обнаружилось, что отечественные СМИ насаждают откровенное манихейство, к коему и без того склонна значительная часть населения.

Я-то как раз не думаю, что дьявол хоть сколько-нибудь влияет: всего-навсего благодарно привечает тех, кто сам устремляется в направлении греха и разного рода нечистоплотности, кто ошибается добровольно. Поэтому я смотрел репортаж о произвольном катании фигуристок самым невозмутимым образом, ожидая, что прямо на наших глазах, в прямом эфире, каждый, в смысле «каждая», получит по заслугам.

…И вот решающие минуты, мгновения истины. Катается очаровательная американка Саша Коэн. Катается-катается и вдруг – плюх! – падает. Батюшки святы, жа-алко! Жалко ее и как спортсменку, и как девчонку. Прямо-таки до слез. Плюх – и целый год тренировок насмарку.

Вслед за американской Сашей упала наша Ирина. Зайка! Переволновалась, не выдержала груза ответственности

Внезапно соображаю, что в это самое время некоторое число соотечественников прямо-таки заходится от восторга, ликует. А то как же, американка упала – значит, Слуцкой открыта дорога на верхнюю ступень пьедестала почета! Есть такая вот внеморальная позиция, известное дело. Это что, патриотизм? Это не патриотизм, а злопыхательство! Я категорический противник подобного стиля мышления.

В голове начали крутиться классические строчки крупного русского поэта:

И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокий век восславил я свободу
И милость к падшим призывал.

Вот как! «Милость к падшим». И даже к падшим иноплеменникам. В особенности – к падшим на олимпийский лед.
Но ровно так же, как в случае Коэн, огорчился я, едва вслед за американской Сашей упала наша Ирина. Зайка! Переволновалась, не выдержала груза ответственности. Тоже жалко и тоже обидно. Не плачь, Ира, главное – при любых обстоятельствах вести себя по-человечески. Будут еще и спортивные победы, будет и то, что поважнее спортивных побед.

Обжигающий коллективный восторг по поводу падения конкурентки-американки запомню надолго. Я чувствовал его кожей. Доказательств-то никаких, я попросту знаю: было, было! Ментальная буря. Сработали какие-то сенсорные датчики в сердце и голове. Внезапно меня начало подташнивать, а это верный признак того, что кто-то активно радуется чужому несчастью. Тем более забавное обстоятельство, что никаких личных дивидендов от падения американки этот самый коллективный «кто-то» все равно не получил. То есть образцово-показательное помрачение. Якобы болеют за «нашу», а на деле смакуют чужую беду. Хотя не беду, конечно, а так, легкую проблемку, неудачу, прокол.

Американская фигуристка Саша Коэн (фото ИТАР-ТАСС)

Спорт предполагает соревнование людей между собою. А там, где соревнование людей, там непременно ищи сомнительные ситуации и этические нестыковки. Люди весьма непросты. Люди – самые проблемные существа на планете. Однако в общественном сознании спорт существует на правах безусловно положительного явления, по существу, безобидного праздника, карнавала. А карнавал, он же вне морали.

Спорт очень интересен с методологической точки зрения. Поскольку в спорте человеческое соревнование носит как бы несмертельный и как бы игровой характер, нарушения правил караются тут не Уголовным кодексом и лишением свободы (или жизни – как в жизни), а совсем безобидно: скамейкой штрафников, дисквалификацией и т.п. В спорте нарушения правил легализованы, подразумеваются правилами игры. Спорт следует внимательно изучать, отслеживать. Любопытны и сами ристалища, и поведение болельщиков.

Помню, во время позапрошлых летних Олимпийских игр телевизионщики предъявили страшные подводные кадры с турнира ватерполистов. Показали, что же н а с а м о м д е л е учиняют защитники над противниками, владеющими мячом. Мы-то всегда полагали, что водное поло – это неспешная прогулка по водной глади, в сущности, поверхностная скучища. Но оказывается, самое интересное скрыто от глаз, ибо происходит п о д в о д о й. Сильные мужчины незаметно откручивают друг другу сами догадайтесь что.

Наивные неосведомленные болельщики вопят в это время «коз-зел!», «ур-род!» и «маз-зила!». Недоумевают, чего это нападающий добровольно расстался с мячиком, почему промахнулся с трех метров. Да как тут не промахнешься: мужику больно, мучительно больно!

А про ватерполисток телевизионщики сказали совсем уже жестокие вещи: дескать, показать, что учиняют под водою женщины, не представляется возможным. Дескать, это зрелище неприличнее неприличного.

О спорт, ты мир!

…Хорошо, возвращаемся на нынешнюю зимнюю Олимпиаду. Сегодня враждебные завистливые конкурентки незаметно наступили на лыжу нашей Юлии Чепаловой, и Юлия оказалась на финише всего лишь второй. Гораздо меньше повезло чемпиону прошлой Олимпиады, некоему норвежцу. Этому наступили на лыжу так грамотно, так четко и профессионально, что норвежец вовсе не добежал до финиша, что называется, потихоньку сошел на нет.

Комментировали эту гонку двое: бывалый спортсмен и рядовой комментатор-балабол. Спортсмен – внимательный, честный. Недолго думая говорит на весь цивилизованный мир: «Культурненько завалили норвежского мастера. Классно завалили, не подкопаешься!» Но комментатор, даром что балабол, понимает: про с к р ы т о е вслух говорить нельзя. Матерый комментатор как бы не заметил разоблачения, замотал тему, заболтал, не обратил на реплику коллеги внимания.
О корпоративные тайны мадридского двора! О чистота спортивного мундира! О конспирация! О конспирология!

Российская лыжница Алена Сидько (фото ИТАР-ТАСС)

А помните, в картине «Семнадцать мгновений весны» радистка Кэт рожала по-русски? Тут-то радистку и сцапали! Помню, для малолетнего меня это был самый страшный и любопытный момент сериала: я впервые понял, что все тайное рано или поздно становится явным.
Тем или иным образом.
Не угадаешь, где проколешься.

А допинг? Да это же буквальная реализация взрывоопасного термина «скрытое». Допинг – скрытые внутри организма резервы здоровья (которое только потом обернется нездоровьем!), это сэкономленные секунды, это дополнительные килоджоули. Категория «допинг» требует включения в философский лексикон.

Ладно, снова про лыжи. Наша бронзовая гонщица, Алена Сидько, так прямо и заявила после гонки: «О, эта сумасшедшая олимпийская борьба! На Кубке мира ничего подобного – драматического – не бывает. Здесь, на Олимпиаде, все как звери!»

Представляете, разоблаченьице из первых рук! Правда, уже в вечерних новостях реплика про «зверей» не прозвучала, ее благоразумно вырезали. Помните, кстати, у Никиты Михалкова в «Рабе любви» героиня Елены Соловей обиженно, но томно обращалась к белякам: «Господа, вы звери! Вы звери, господа!» Но на Олимпиаде зверствуют все, вне зависимости от идеологической платформы. Белые пришли – грабют, красные пришли – грабют, ну куды бедному крестьянину податься??

В превосходной картине Дэвида Кроненберга «Оправданная жестокость» бывший киллер переквалифицировался и теперь работает барменом. Но едва дело дошло до потасовки и перестрелки, парень продемонстрировал чудеса ловкости, перестреляв наглецов-негодяев наповал. Эта его «проговорка» сродни проговорке радистки Кэт. Все тайное становится явным – сегодня я только об этом.

Между прочим, в древнегреческом языке слово «истина» (aletheia) буквально обозначает «не скрытое». Наиболее частые противопоставления: aletheia – pseudos (обман) и doxa (молва, мнение, представление, видимость). В древнегреческом языке истина мыслится как нечто видимое, что необходимо исследовать. Спорт – это сочетание процесса с результатом. Где тут святая истина, где грязный обман, а где одна видимость? Хочется разобраться. Спасибо тебе, телевизор, что ты украл у меня две недели жизни.

Конечно, шучу. Конечно, негодую. Олимпиада заканчивается, и я серьезно жалею, что поддался на провокацию телевизионщиков, что не уехал куда-нибудь в леса, на море или к друзьям в Санкт-Петербург. Отныне и навсегда – никакого спорта по телевизору. Книжки, кинематограф, в крайнем случае бег трусцой по заснеженному парку культуры и отдыха.