Юрий Мавашев Юрий Мавашев Афганистан рискует стать очагом большой региональной войны

Трудно себе представить, что Пакистан, рискующий потерять всё, и Китай, рискующий потерять многое, просто будут ждать у моря погоды, а не сделают ставку на свержение власти в Афганистане. А если к этой увлекательной игре присоединится Индия?

3 комментария
Ольга Андреева Ольга Андреева Интеллигенция страдает наследственным анархизмом

Мы имеем в анамнезе опыт страны, где несколько поколений русских интеллигентов были воспитаны в одном-единственном убеждении – государство всегда неправо. А ведь только государство, а вовсе не «прогрессивная общественность» несет реальную ответственность за благополучие страны.

42 комментария
Игорь Караулов Игорь Караулов Стоит ли радоваться «отмене» международного права

«Не в силе Бог, а в правде». Европе и Америке этот принцип неведом, а у нас он известен каждому. Выхватывать куски, рыскать по миру, ища, где что плохо лежит – это совсем не по-нашему. Россия может утвердить себя только как полюс правды, искренности, человечности. Именно этого не хватает сегодня многим народам, всё острее ощущающим себя дичью.

15 комментариев
9 октября 2014, 15:27 • Клуб читателей

Платить всю жизнь

Денис Волин: Платить всю жизнь

Платить всю жизнь
@ из личного архива

Совершив тяжкое преступление однажды, человек будет платить за него всю свою жизнь буквально. Тяжесть исхода за совершенное преступление и длительность его исполнения будут самым хорошим фактором ограничения.

В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Дениса Волина, в котором он доказывает, что пожизненное заключение – более суровое наказание, чем смертная казнь.

В последнее время в средствах массовой информации все чаще поднимается вопрос отмены моратория на смертную казнь. Мне хотелось бы высказать свою точку зрения и постараться ее обосновать.

Самая основная и популярная причина, по которой люди поддерживают идею смертной казни, – это даже не месть, а необратимость окончательного наказания преступника, как выразилась в своем комментарии к одной статье пользователь Юлия Журко из Хабаровска: «Безнаказанность плодит... отморозков».

Однако современный и исторически сложившийся опыт применения этого наказания говорит о том, что тех, кого останавливает смертная казнь, тормозит сам факт неотвратимости наказания. За все годы существования этой практики в совокупном объеме количества казненных преступников не стало меньше в отдельно взятый период.

При этом многие преступники, и это довольно известно, когда понимают, что грань между пожизненным и смертной казнью еще не пересечена, форсируют события в сторону исполнения более жесткого приговора. Они не готовы сидеть всю жизнь. И если через пять-десять лет они выйдут из тюрьмы, пусть и ногами вперед – это все равно освобождение.

Поэтому я считаю, что смертную казнь следует полностью отменить, заменив ее на пожизненные лишения некоторых прав. Подпадающие под такую меру наказания преступники будут иметь право на неотложную помощь с целью поддержания жизни, насколько это возможно, средствами современной медицины, но при этом полностью лишены права на бесплатную медицину вне случаев прямой угрозы жизни.

Эти люди автоматически лишаются права голоса и права быть избранными. Лишаются права на бесплатное образование для себя, в каком бы возрасте они ни совершили преступление. Лишаются права на управление любым транспортным средством и ставятся на учет в полиции на предмет отслеживания запрета на приобретение даже велосипеда как потенциального орудия убийства. При нарушении – конфискация в пользу государства.

Им будут недоступны налоговые льготы и вычеты, помимо этого все налоги, сборы, пошлины и штрафы для них будут идти с увеличивающим коэффициентом. А причитающиеся пенсионные и иные компенсационные выплаты – с понижающим, но не ниже минимально допустимого.

Конечно же, эти меры должны идти в плюс к 10–15 годам лишения свободы. Нужно предусмотреть возможность изменения в сторону ужесточения применяемых ставок, а также применение наказания в виде пожизненных вредных и тяжелых работ в рецидивных случаях.

Совершив тяжкое преступление однажды, человек будет платить за него всю свою жизнь буквально. При том, что не каждый преступник способен на суицид, тяжесть исхода за совершенное преступление и длительность его исполнения будут самым хорошим фактором ограничения.

При всем уважении, но смерть – это слишком просто.

Помимо этого, убивая преступника, государство, хоть и доказывает монополию на применение насилия, оно лишний раз показывает, что насилие – это способ решения. В то время как во всех остальных внутренних вопросах оно старается доказать обратное.

Мертвый преступник – святой криминального мира. Живой – наглядное пособие последствий для всех.