На заре своей истории подводные лодки рассматривались как оружие оборонительного типа из-за слабости двигателей. Все изменила установка на подводные лодки дизелей. С таким двигателем подлодки могли совершать длительные самостоятельные походы, действуя на коммуникациях и у баз врага. Из сторожей они превратились в охотников.
Германия быстро оценила этот потенциал подводного оружия в Первую мировую, избрав для него целями не только военные корабли, но и торговые суда своих противников. Ведя тоннажную войну, она стимулировала своих подводников к атакам судоходства Антанты, осыпая их наградами. В результате командиры лодок устроили гонку за тоннажем, где лучшим должен был стать тот, кто показал самые большие цифры в уничтоженных брутто-регистровых тоннах (брт). Таких подводников стали именовать подводными асами.
Во Вторую мировую ситуация повторилась. Немецкие подлодки продолжили тоннажную войну в Атлантике, желая установить блокаду Великобритании. Для командиров была внедрена целая система поощрений, предусматривавшая все более высокие награды за достижения каждого нового уровня в успехах по истреблению торговых судов.
Как известно, в обеих мировых войнах Германия потерпела поражение. Но ее подводные силы смогли нанести большой ущерб судоходству своих противников. По данным британского Адмиралтейства, всего они потопили свыше 7,5 тыс. судов на 25 млн брт. Самыми успешными среди немецких подводников стали Лотар фон Арно де ла Перьер в Первую мировую и Отто Кречмер во Вторую мировую, которых обычно называют подводными асами № 1 Германии.
На Тихом океане
Помимо Атлантики подводная война против судоходства велась и на Тихом океане. В 1941–1945 годах субмарины США своими активными действиями достигли больших успехов против Японии. Когда после войны пришла пора подводить итоги их деятельности, то выяснилось, что амбиции американских подводников высоки, так как суммарно ими было заявлено около 4 тыс. уничтоженных японских судов на 10 млн брт. Однако путем сравнения их заявок с японскими данными успехи подплава США были сокращены до 1314 судов тоннажем 5,3 млн брт, что тоже было немало.
Так как задачи подводников США были схожи с задачами подводников Германии, американцы использовали ту же систему подводных асов для стимуляции командиров лодок во время войны. Правда, американцы использовали не только критерий тоннажа потопленных целей, но и их количество. Таким образом, по итогам Второй мировой в американском флоте было два подводника № 1 – по самому большому тоннажу и по самому большому числу уничтоженных целей.
После войны истину в успехах было поручено выявить Объединенному комитету армии и флота США по учету потерь, который назвал подводником № 1 по тоннажу командира лодки «Барб» Юджина Флаки, потопившего 16 целей на 95 тыс. тонн. Подводником № 1 по числу целей стал командир лодки «Тэнг» Ричард О’Кейн с 24 уничтоженными судами на 93 тыс. тонн. Но этим дело не закончилось, так как после победы над Японией началась борьба между командирами лодок за абсолют в этом деле. Победу в ней одержал О’Кейн, добившийся в 1980-м пересмотра заключения Комитета и увеличения своего счета до 33 целей на 116 454 т, что сделало его № 1 в обеих категориях.
Подводники СССР
Во время боевых действий советские подводники тоже докладывали в штабы о своих успехах. При этом многие победные реляции не соответствовали действительности, что для военного времени было неудивительно. Результат атаки подводной лодки по горячим следам оценивался ее командиром весьма условно из-за трудностей его проверки на месте. К примеру, даже если на лодке слышали взрыв торпед, это не всегда означало попадание, а если попадание все же наблюдалось, то это не означало уничтожение цели, так как судно могло быть только повреждено.
Не менее важной проблемой было отсутствие здравого скептицизма в штабах, засчитывавших такие «успехи» без скрупулезной проверки. Неудивительно, что после окончания войны боевой счет советского подплава оказался весьма раздут. К примеру, только подводники-балтийцы претендовали на 149 потопленных кораблей водоизмещением более 1 млн тонн. А Северный флот заявил уничтожение 254 вражеских военных кораблей и 356 транспортов и танкеров тоннажем свыше 2 млн тонн. Правда, понимая нелепость этой заявки, исторический отдел Главного штаба ВМФ СССР указал, что эти данные «требуют уточнения».
Но для уточнения советской стороне не хватало сведений, так как львиная доля документов кригсмарине оказалась в руках бывших союзников, а холодная война сделала доступ к ним для СССР невозможным. Правда, это не означало, что уточнения не проводились. Так, в период 1969–1970 годов комиссия Главного штаба, возглавляемая известным советским подводником, тогда уже адмиралом, Григорием Щедриным провела ревизию успехов советских лодок. На основе имеющихся данных были сделаны выводы, что всего те потопили более трехсот транспортов почти на 1 млн тонн.
Но и эти выводы были условными. Как вспоминал адмирал Николай Виноградов, само определение достоверности данных о результативности атак, выполненных советскими подводниками, было проведено «недостаточно качественно». Поэтому, по его мнению, эта проблема ждала «по-настоящему добросовестного, неравнодушного, кропотливого исследователя».
Комплексы и культы
Время для таких исследований настало уже после распада СССР, когда появилась возможность сравнить предполагаемые успехи с данными бывших противников. Сравнительный анализ показал, что достижения советских подводников оказались куда более скромными, чем считалось ранее. Чтобы хоть как-то скрасить горечь разочарования в результативности советского подплава, на передний план был выдвинут командир подлодки «С-13» Александр Маринеско, потопивший два огромных лайнера за один поход.
Военный успех Маринеско, сделавший его лидером по потопленному тоннажу среди коллег, выглядел внушительно даже на фоне немцев и американцев. Поэтому его стали считать советским подводником № 1, что в итоге привело к созданию некого культа командира «С-13», как подводного аса.
Результат, достигнутый Маринеско, внушителен и заслуживает уважения. Однако оборотной стороной медали стал неприятный факт – прославление лишь одного подводника привело к забвению других.
А причина кроется в ошибочном сравнении задач, которые стояли перед советскими подводными силами, с задачами подплава Германии и США. Последние на просторах океана вели войну с противниками, обладавшими большими торговыми флотами, задействованными в обширных морских перевозках. В то время как подлодки СССР действовали больше на закрытых театрах, где было куда меньше целей и возможностей добиться успеха. Кроме того, подводники-балтийцы полтора года бездействовали, будучи запертыми в Финском заливе мощной системой вражеской ПЛО. И конечно, на успехи влияли другие факторы, такие как большие потери лодок, несовершенная тактика и некоторое техническое отставание в начале войны.
Непонимание, что советские подлодки воевали в других условиях и с другими противниками, создало у отечественных любителей истории своего рода комплекс по отношению к своим подводникам. При этом многие из них забыли, что во время Второй мировой войны схожие задачи с советским подплавом выполняли подводные силы Великобритании.
Британский подход
Сколько и чего потопили британские подводники, пожалуй, не знают даже в самой Великобритании. Их результативность оценивается по-разному, но если говорить о приблизительных цифрах, то считается, что субмарины Его Величества отправили на дно порядка более 150 военных кораблей и около 1,5 млн тонн торгового тоннажа. Это намного меньше, если сравнивать с подлодками США и Германии, но британцы по этому поводу совершенно не переживают.
При оценке успехов своих субмарин в Великобритании решили не скатываться в абсолютизм и отказались от наделения своих подводников титулами подводных асов.
Дело в том, что во время войны перед британским подплавом стояло много задач: охота на крупные военные корабли, уничтожение подлодок, атаки торговых судов, участие в спецоперациях и многое другое. Исходя из этого, британцы не понимали, как успех в одном может превалировать над другим. Если один подводник был успешен в атаках военных кораблей, а другой, наоборот, потопил больше торговых судов, то как выбрать среди них лучшего?
По этой причине в британском флоте не было подводных асов, а были подводники, которые хорошо выполняли свои задачи, достигнув успеха в одном из перечисленных критериев. Пожалуй, лишь один из них – Дэвид Ванклин – сумел отличиться во всех категориях, но при этом его не именуют британским подводником № 1. Скорее, по принципу короля Артура, Ванклин является первым среди равных.
Как не забыть своих героев
Нужно признать, что британский подход в оценке деятельности своих субмарин не лишен мудрости. Благодаря нему в Великобритании помнят многих своих подводников, сумевших отличиться в разных формах нанесения ущерба противнику. И не будет большого греха в том, чтобы ориентироваться на этот опыт при изучении истории подводной войны, которую вел флот СССР в 1941–1945 годах, с учетом схожести задач, стоявших перед британскими и советскими подводниками.
В этом случае станет ясно, что не только прославленный Александр Маринеско будет советским подводником № 1, так как этого также достойны его ныне забытые коллеги, ярко проявившие себя во время войны в других случаях.
К примеру, это и командир «Щ-307» Николай Петров, первым в 1941-м открывший счет советского подплава, потопив немецкую подлодку, ранее уничтожившую советскую субмарину «М-78». Это и Александр Девятко – пожалуй, лучший подводник 1941-го, уничтоживший на Черном море два итальянских танкера и поставивший в трудное положение флот Муссолини.
Это и Герой Советского Союза командир «С-7» Сергей Лисин, потопивший больше всех целей торпедами и снарядами за один поход. Это и Сергей Могилевский, уничтоживший минами и торпедами в марте 1945-го пять кораблей кригсмарине, включая два миноносца и подлодку. Это и Павел Бочаров, совершивший дерзкий прорыв в домашние воды Германии – Данцигскую бухту и потопивший там третье по величине судно, когда-либо уничтоженное советскими подлодками. Это и другие неизвестные, но достойные подводники.
Таким образом, историю отечественных подлодок Великой Отечественной можно изучать без оглядки на тех, у кого счет больше, и без возведений одной личности в абсолют. Во время войны советские подводники действительно совершили немало славных деяний. Поэтому нужно гордиться своими героями, а не комплексовать перед чужими. Тем более что первые этого действительно достойны.