Германия вооружается. Неслучайно она занимает первое место в рейтинге недружественных России стран. Но не для всех пока очевидно, что Германия станет главной проблемой для Европы, а вовсе не для России.
Все это американо-европейское военное сотрудничество – от создания НАТО и до размещения американских ПРО в Восточной Европе в рамках двусторонних сотрудничеств – изначально было для сдерживания именно Германии. Для срыва ее социально-милитаристских планов объединения «фольксдойче», амбициозных геополитических планов Europa der Vaterlander и Mitteleuropa и препятствия возрождению Центральноевропейского экономического союза – основы немецкой геоэкономической мощи.
Партия «Альтернатива для Европы»
Результат выборов в ландтаг Саксонии-Анхальт, на которых правая партия «Альтернатива для Германии» получила 39 мест из 83, – важная веха политической истории Германии. Она символизирует начавшийся отход от идеологического мейнстрима, который олицетворял Мерц – экономического либерализма, евроатлантизма, либеральной демократии и общеевропейского сотрудничества. «Альтернатива для Германии», больше не сдерживаемая либеральным европейским интернационалом, может довольно легко стать «Альтернативой для всей Европы». И экономический кризис, продолжающийся в Европе, этому будет только способствовать.
Мы поймем, что националисты набрали достаточно сил, в тот момент, когда они осмелеют настолько, что предложат создать что-то вроде Центральноевропейского экономического союза. Европейский союз – это проект либеральный, а ЦЭС – проект консервативных националистов. В 2024 году уже сообщалось, что в проекте предвыборной программы АдГ к досрочным выборам в Бундестаг продвигается идея выхода Германии из ЕС. Если правые в этом электоральном цикле окрепнут и реализуют свою претензию на власть, то запросто смогут поднять вопрос об экономической интеграции в интересах не глобализованного финансово-промышленного олигархата, а уже отдельных национальных экономик. Под это могут запросто достать из архивов проект ЦЭС.
Суть проекта заключалась в том, чтобы после окончания Первой мировой войны создать такой экономический союз, в котором основные проекты будут реализованы в интересах Берлина. Эти замороженные планы медленно оттаивают спустя 110 лет на наших глазах.
Такое нам не НАТО
Геополитика Европы долгое время определялась противостоянием на восточном театре военных действий. Общим содержанием этой геополитики была конкуренция социально-экономических формаций. Этот подход еще сохраняется у старых политических элит, но новая генерация политиков по-другому видит духовно-политическое содержание географических пространств. Скорее не по Бжезинскому, а по Юлиусу Эволе и Фридриху Науманну.
Так, у правых крайне популярна концепция Mitteleuropa, согласно которой Германия – уже давно не прифронтовое государство в борьбе с коммунизмом, как ФРГ до объединения, а истинный – в отличие от Великобритании или Франции – географический, экономический и, в перспективе, политический центр всей Европы. И всегда была таким – со времен короля Лотаря I (795-855).
Согласно этой, частично реализованной к 1936 году, геополитической концепции, Mitteleuropa включает в себя саму Германию, ее марионеточные правительства на соседних территориях и дружественные ей страны Центральной Европы. Окраинные государства Европы при этом выстраивают политическую и экономическую повестку так, чтобы не противоречить интересам Германии, а их территории выступают щитом для защиты общеевропейского сердца от военного вторжения, обеспечивая необходимую оперативную глубину с эшелонированной системой обороны в духе старого «Рейхспакта». Эта концепция до сих пор популярна и может в ближайшие полвека стать реальной военной доктриной, представляя в перспективе угрозу другим европейским государствам, включая Россию.
Политическое содержание такой геополитики составляет политическая концепция «Европа отечеств», которая предполагает объединение суверенных государств Европы на основе координации их внешней политики, обороны и экономики при сохранении полного национального суверенитета. Эту идею выдвинул и отстаивал президент Франции Шарль де Голль в 1950-1960-х годах. В наши дни концепцию «Европы отечеств» присвоила как раз ультраправая «Альтернатива для Германии» – в качестве реальной альтернативы текущей евроинтеграции. Их версия «Европы отечеств» приобрела иной, часто евроскептический и националистически окрашенный, смысл.
Орлы над Берлином
Старые евроцентричные либералы прекрасно понимают, что их дни сочтены, но также и то, что успевают оставить новой волне политиков свое наследие. Германия начала обширную программу перевооружения, которую придется заканчивать правым партиям.
Программа эта разноплановая и многовекторная, включающая конкурирующие проекты. Например, 19 сентября Минобороны ФРГ сообщило о кампании по обязательному медосвидетельствованию 18-летних немцев для того, чтобы определить их годность к военной службе. 1 января 2026 года в Германии вступил в силу закон о новой модели военной службы. Он прямо обязывает молодых людей проходить медицинское освидетельствование и восстанавливает воинский учет. Параллельно с этим немецкий оборонный концерн Rheinmetall ведет разработку человекоподобных роботов для нужд Вооруженных сил в исследовательском центре в Бремене. Проекты пока не доведены до стадии серийного производства, и концерн еще не готов проводить публичные презентации образцов боевых андроидов, но уже сейчас инвестирует в данное направление огромные средства.
Германию накрывает волна «обратной конверсии»: гражданские заводы перепрофилируются под выпуск военной продукции, включая и те, которые никогда ее не производили. По данным Financial Times, за последние годы появилось 7 млн кв. м новых промышленных площадей в сфере ВПК, что свидетельствует о перевооружении исторического масштаба. Площадь застройки выросла с 790 тыс. кв. м в 2020-2021 годах до 2,8 млн кв. м в 2024–2025 годах.
Прекрасно понимая, что именно Германия, а не Россия, станет главной угрозой Европе, другие государства также начинают финансировать свои программы перевооружений, что приводит к известной в теории игр «дилемме безопасности». Если твой сосед наращивает вооружения, то один этот факт угрожает твоей безопасности, и ты вынужден тоже вооружаться.
Одни, как Великобритания, ответственно подходят к своей национальной безопасности и запускают новые оборонные стартапы, другие, как Франция, откровенно саботируют гонку вооружений. Но общая тенденция налицо: количество европейских оружейных заводов растет в три раза быстрее, чем в мирное время. Формально – все еще для защиты демократии от России, фактически – для защиты друг от друга и от германского реваншизма, черты которого становятся видны все отчетливее. XXI век может снова стать веком борьбы с очередным Рейхом.