Переступив сорокалетний рубеж, я понял, что кризис среднего возраста себе могут позволить только очень благополучные люди из голливудского кино. Там принято покупать себе спортивный автомобиль, и непременно красного цвета, мотоцикл, небольшую яхту, в крайнем случае, заводить молодую любовницу. Я заболел астмой. Специально не старался, так совпало.
Может быть, она давно у меня была, не знаю. Стал задыхаться, вызвал скорую, они сняли приступ, направили к врачу, тот сказал: астма, все, до свидания.
Как там было у поэта и переводчика Льва Лосева: «Ну, думаю, хватит, пожил».
Средняя продолжительность жизни мужчины в России – 68 лет. Это довольно много, даже если смотреть от своего сорокалетнего возраста. Если допустить, что до этого времени на голову не упадет кирпич физический и кирпич фигуральный в виде стремительного онкологического заболевания, то можно сделать поправку на довольно комфортные условия, неплохое в целом питание, терпимое медицинское обслуживание, удовлетворительную наследственность – и нафантазировать себе еще лет восемь, а то и двенадцать к среднему показателю.
Выходит, жить, вероятно, придется еще столько же, сколько прожил. Загадывать не хочется, но нужно быть готовым. Как бы там ни было, человеку следует сделать все, чтобы эти двадцать, тридцать, сорок лет впереди не были мучительными ни для него, ни для его близких.
Первые сорок лет будто бы обеспечены человеку природой, организм еще на гарантии, еще работают советы родителей, еще крепки связи, полученные в институте, а может, даже и в школе, еще нет специфических физиологических потребностей, которые бы требовали отдельных трат.
В то же время, скорее всего, есть работа, профессия, семья и дом. У меня еще есть астма, но это личное.
В итоге мы приходим к выводу, что смысл жизни заключается в том, чтобы пожить подольше и при этом в комфортных условиях. Потому что долгая жизнь и сносное существование – вот, собственно, главные условия, позволяющие оставить что-то после себя. Это может быть что угодно – хорошо воспитанные дети, крепкое прибыльное дело, пара написанных книг, ученики, просто память о себе, как о хорошем человеке. Чем дольше жить, тем больше шанс, что получится. Так что не надо стремиться к итогу, он придет сам, без нашего ведома.
Надо как-то не закиснуть, потому что имеющееся нельзя назвать достижением. Это, как говорит молодежь, база. А еще молодежь говорит, что мы скуфы. А себя молодежь уж точно не называет молодежью. Это скуфское слово – молодежь.
Скуфами называют ленивых разжиревших мужчин, предпочитающих телевизор или компьютер с играми жизни, а пиво – матче-латте. В более широком понимании скуф – это тот, кто уже ничего не ждет сам от себя и не подает надежды другим.
Он не следит за своей внешностью не потому, что не стремится никому понравиться, будучи до крайней степени уверен в себе. Нет, он знает, что понравиться никому не может, а потому можно гордо плюнуть на себя. Его здоровье ему безразлично не потому, что оно у него безупречное, а потому что он убежден, что все врачи воры и коновалы, а если что-то у него и болит, то чего ж вы хотели – возраст такой.
Не то страшно, что молодые обзовут скуфом, а то, что скуфом действительно станешь.
Как не стать?
Есть некоторое количество околоспортивных занятий, которые можно ненавидеть не так сильно, как остальной спорт. Езда на велосипеде, быстрая ходьба, починка крыльца на даче. Секрет успеха в регулярности. Именно поэтому успех практически недостижим. Однако люди, у которых есть дети, в первые годы отцовства чувствуют себя очень уставшими, это когда проходит первый восторг, а потом лет через десять понимают, что постоянно нуждаются в том, чтобы чем-то себя занимать.
Уже выработалась привычка быть занятым, высвободилась витальная энергия и требует, чтобы ее канализировали. Важно не сидеть без дела. Или сидеть, но поменьше. Я понимаю, что звучит это банально, но чтобы от прописной школьной истины дойти до настоящего понимания, приходится пережить неприятный опыт – ожирение, апатия, алкоголизм, расставание, депрессия. Это все ближайшие спутники безделья.
Дело, разумеется, должно быть осмысленным. Если это общение с друзьями, то пусть это будет общение не ради выпивки. Это не значит, что выпивки быть не должно, тут каждый решает сам. Но имеет смысл в порядке эксперимента поразмыслить: а хотите ли вы общаться с этими людьми и не выпивать?
Такие размышления могут привести к некоторому слому картины мира. Это нормально, и даже хорошо. Чтобы не оскуфеть, надо иногда корректировать мировоззрение.
Например, часто нам кажется, что мы все уже знаем, со всем знакомы и по каждому поводу имеем устоявшееся мнение. С этим не нужно бороться, но это нужно проверять на прочность и не пугаться, когда позиция не выдерживает этой проверки. Например, можно взять повесть Николая Лескова «Очарованный странник» или рассказ Антона Чехова «Моя жизнь» и постараться забыть все, что вы знаете об этом из школьной программы. Прочитать заново и записать свои мысли. Упражнение какое-то не очень солидное, да? Но мы и не боимся показаться смешными, тем более что в разговоре о самом себе никого, кроме нас, нет. Может быть новые художественные впечатления от привычных произведений помогут слегка освежить восприятие окружающей реальности.
А еще не нужно бояться молодых. Точнее, прятать свой страх за высокомерной иронией. Они тоже кое-что знают, видят и понимают. В конце концов за сорок лет уже построен внутренний фильтр, позволяющий отсеивать ненужное, но сохранять необходимое. И оказывается, есть хорошие современные группы, есть хорошие современные фильмы, даже молодые блогеры есть умные. У них сейчас самое модное – это стендап, так вот и там много интересного. Скажу страшное – можно даже ходить на квизы, отвечать там на вопросы и понимать, что ты не самый умный тут.
А главное, нам выпало скуфеть в прекрасное время, когда всё доступно в пару кликов. Даже инструкция о том, как не стать скуфом.