Работа – дело такое, иногда нужно делать не то, что нравится, а то, что надо. По роду деятельности мне необходимо иногда почитывать российских иноагентов, нашедших прибежище в Европе. «Лучших из лучших», как они сами себя любят называть. Что жаловаться, надо – значит, надо. Думаете, нашему менеджеру по чистоте приятно в Донецке без воды туалеты чистить? Нет, конечно, но бесстрашная женщина ежедневно это делает. Кстати, именно о туалетах в этой колонке речь и пойдет, но с другой позиции.
Иноагенты плачут, болезные. Не буду называть имен, речь в любом случае о людях, внесенных в соответствующий реестр. Да вы и сами легко отыщете по ключевым словам «ключ от туалета». В общем, широко известная дама-иноагент с болью пишет о том, что на культурных мероприятиях для покинувших Россию все плохо: звук в микрофоне некачественный, реверберация в помещении плохая, да и артист однажды опоздал на выступление потому, что 40 минут искал, у кого ключ от туалета, конец цитаты.
И вот тут-то и завертелись воспоминания из моего эмигрантского прошлого. Именно после ключа от туалета. Клянусь, первое время для свежих иммигрантов он был чем-то новым, но старожилы, иммигранты предыдущих волн, принявшие в своих странах «лучших из лучших» давно уже смотрели на данное явление как на привычное, устоявшееся, будто так и надо. Потому что да, ключ от туалета, причем такой ключ, который находится у некоего неизвестного лица, которое еще и разыскивать нужно – это чисто эмигрантская штука. Такая же, как и поденная работа за гроши первые пару-пять-десять-двадцать-главное дети в колледж пошли-мы уже старые, куда нам – лет. Такая же, как ипотека, которую выплатят ваши внуки, если повезет. Такая же, как конгрессмен, которого вы знаете в лицо, потому что именно он припахал вас некогда за зарплату вдвое меньше минимальной.
Опросив всех, до кого смогла дотянуться тут, в России, я выяснила, что это точно не местный феномен. Люди, никогда не выезжавшие из России, отвечали на вопрос испуганно. Какой такой ключ от туалета?! Почему туалет вообще должен закрываться на ключ? Почему владельца ключа надо вдруг искать и почему он один на всю организацию?! Люди не жили за границей, для них это что-то особенное, вероятно. Только один парень из Питера сказал, что да, опыт с ключом от туалета у него есть, и история произошла довольно грустная: девушка, зависимая от запрещенных веществ, зашла в туалет их организации с улицы и там потом пришлось ломать дверь и вызывать скорую. С тех пор некоторое время туалет закрывался на ключ, но простите, сказал этот парень, уходить с ключом настолько далеко или маскироваться так активно, чтоб тебя с этим ключом искали 40 минут – это какая-то дикость, он же кому угодно понадобиться может! Маме, которой нужно сменить младенцу памперс, старику с расстройством желудка, да и просто руки помыть…
Мой коллега некогда писал о строительстве и сообщил, что туалеты часто закрываются на режимных объектах и на свежезавершенных стройках. Например, парк и общественный туалет в нем уже готовы, а службы для уборки этого туалета еще не наняты, поэтому заведение закрыто до момента найма; да и сам парк еще официально не открыт, люди туда не ходят.
Славу всегда открытого имеет даже туалет на КПП «Успенка» между Ростовской областью и ДНР. В 2015 году там стоял одинокий обстрелянный со всех сторон сельский жестяной сортир. Сквозь пулевые отверстия красиво проникал солнечный свет. Потом, когда пришла Россия, возвели нормальный КПП с двумя туалетами, которые открыты всегда. Да, там очереди и усиленные проверки, особенно при выезде из ДНР. Да, там не всегда хорошая погода и в слякоть иногда наслежено, но туалет там работает и готов принять всех желающих. Да, на входе в КПП – камеры, чтобы возможный нарушитель не оставил и не установил внутри ничего плохого. Но, повторяю, на входе, а не в кабинке.
В остальных случаях на территории России туалет, по опыту моему и опрошенных, был открыт по умолчанию, поскольку доступ в него в сознании человека вменяемого означает доступ к базовой потребности. К возможности справить нужду, пардон. Как без этого-то? – удивлялись россияне.
А вот как.
В 2022-м мне с супругом пришлось посетить нью-йоркскую онкологическую клинику в центре Манхэттена. На обратном пути, на выходе из корпуса, муж спросил меня, была ли я в туалете. Ответила отрицательно: не хотелось. «Как ты могла! – с укором сказал мне муж. – Нам идти до метро 40 минут! По дороге не будет ни одного туалета!». «Давай проверим!» – предложила я. Манхэттен встретил нас улицами, наполненными итальянскими, китайскими, мексиканскими закусочными, магазинами сувениров, продуктовыми, бизнес-офисами – сотнями заведений, внутри которых (мы упорные, мы везде спросили) не было ни одного туалета. «Сотрудник кафе никогда не скажет тебе правды, почему туалета нет, – сказал муж. – Он там, может, даже и есть, но его не откроют для случайного посетителя, любой из нас может оказаться наркоманом, который использует его не по прямому назначению. Даже вопреки закону о доступности туалетов де-факто их нет в Нью-Йорке. А если есть, то их наличие стараются не афишировать».
За пару лет до этого момента мне довелось поработать в офисе у нью-йоркского адвоката. С невыплатой минималки, со специальной женщиной, по утрам отбиравшей у всех мобильные телефоны, даже у тех, у кого дома были маленькие дети, с подпиской о неразглашении корпоративных данных (это значит, вы не сможете рассказать о нарушениях трудового кодекса в полиции) и прочими прелестями Града на холме. Там был именно такой туалет, с ключом. Ключ полагалось каждый раз просить у девушки на вахте (она могла уйти, кстати, оставив сменщицу без ключа). На мой вопрос, зачем в здании в центре Нью-Йорка закрывать корпоративный туалет, мне ответили, что туда иногда ходят, чтобы просто отдохнуть от работы. Поэтому он закрыт, и я записываю вас всякий раз, когда вы просите ключик. Зашла во столько-то, вышла во столько-то. А то вдруг вы на семь минут туда зайдете вместо пяти законных?
Хорошо, это Нью-Йорк, там много запрещенных веществ и зависимых людей. И людей, желающих отдышаться от корпоративной культуры, хотя бы сидя на унитазе. Но клуб при каком-то ДК в одной из прибалтийских стран – он-то чем так отличился, что его туалет нужно запирать и исчезать с ключом? Туда что, русские шпионы проникнут и что-то услышат в туалете от иноагента, зашедшего припудрить носик?
И Америка, и Европа любят содрать с писающего чаевых. В Барселоне в пляжном туалете, бывшем по совместительству раздевалкой, на входе стоял мужчина, пускавший туда всех, кто был готов отдать мелочь. Ты пришел по делу? Отлично, сначала заплати и делай свои дела. Нет, это все еще бесплатный туалет, не вздумайте назвать его платным, туалеты на пляже платными быть не могут, вы представляете, что тут начнется, если сделать их платными?
Разумеется, тот иноагент, с цитаты которого начался этот текст, рассудит в своем типичном духе: правильно в Нью-Йорке туалетов нет, «нечего всякому быдлу там ошиваться, для нормальных [богатых] людей всегда туалет найдется». Но в Риге-то получается, что раз лучший из лучших, эмигрировавший туда, должен искать лицо с ключом 40 минут, значит «быдло» – это все-таки он сам? Ведь не только «артист опоздавший» сортир посетить не мог, зрители, поди, тоже предпочли заранее дома сходить?
Надежда теплится в постах иноагента, со временем все наладится, пишет она, и культурные мероприятия русской эмиграции на Западе станут поводом для радости, а не для стыда. Не, ребят. Пока ключи от ваших сортиров в чужих руках – у меня для вас плохие новости. Не наладится, потому что контроль над самым базовым доступом означает не только отсутствие доверия к вам. Еще и подлинную власть над вами.