«Европейцы находятся сейчас в очень сложном положении. У них проблемы с закачкой подземных хранилищ газа. И даже выйдя на максимальные темпы закачки, они уже не сумеют это сделать до наступления зимы», – сказал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков.
К началу сентября запасы газа в европейских подземных хранилищах оказались на самом низком уровне с 2011 года. Так плохо к отопительному сезону европейцы не готовились целых 17 лет. И это притом что с 1 января 2027 года ЕС вводит запрет на весь СПГ из России.
Цены на газ в Европе на бирже уже дошли до 950 долларов за тысячу кубометров. Это в 2,5 раза дороже, чем зимой 2025-2026 года. И это еще не предел. Новые ценовые максимумы еще впереди, и европейские государства отдают себе в этом отчет, подчеркнул представитель Кремля.
Как только Европа отказалась от российского трубопроводного газа, она не вылезает из газовых кризисов и проблем в промышленности.
В 2026 году цены начали расти с весны, причем одна проблема накладывается на другую, потом на третью, и сложился целый клубок негативных факторов.
Первая проблема возникла после зимы: газа в подземных хранилищах к концу отопительного сезона осталось мало. Вторая проблема появилась в марте, когда перекрыли Ормузский пролив и катарский СПГ перестал приходить на мировой рынок, а для Европы Катар был третьим поставщиком СПГ.
«Европейские газовые компании опасались активно закачивать газ в подземные хранилища по высоким ценам и ждали, что вот-вот Ормузский пролив откроется и катарский СПГ выйдет на мировой рынок, что снизит цены. Какой смысл покупать сейчас газ по высоким ценам для закачки в ПХГ, если зимой цены будут ниже и его продажа принесет убытки. Так европейские компании откладывали покупку газа для закачки в ПХГ неделю, две недели, три недели, месяц, два месяца, и дождались лета», – говорит Игорь Юшков.
А летом наложился новый, третий, фактор – это жара и засуха. Другие источники энергии – гидроэлектростанции и атомные станции – стали работать плохо из-за низкой воды в Дунае, на газ поднялся дополнительный спрос, и это снова заставило цены пойти вверх.
«И сейчас мы видим очередной скачок цен, потому что с августа началась жесткая конкуренция Европы с Азией за СПГ. Япония и Южная Корея начали оттягивать на себя большие объемы СПГ, и чтобы удержать газ у себя, Европе приходится платить больше.
И еще добавляется, конечно, нервозность из-за того, что уже почти середина сентября, а заполненность европейских ПХГ составляет только 65 процентов. Чтобы выйти хотя бы на уровень 75%, европейцам надо закупать как можно больше СПГ. Это единственный способ увеличить импорт газа, потому что трубопроводный газ уже и так идет по максимуму. Рынок нервничает, и его лихорадит из-за этого», – говорит Игорь Юшков.
Интересно, что если весной европейцы верили, что цены упадут, надо только еще немного подождать, то теперь они уже поверили в то, что зимой цены будут все-таки выше, потому что они не видят перспектив для открытия Ормузского пролива, добавляет эксперт. Поэтому они так жестко начали скупать СПГ и закачивать в ПХГ, что привело к новому витку роста цен.
Почему зимой цены действительно могут быть выше? Во-первых, потому, что спрос на импорт газа зимой будет выше из-за низкой заполняемости подземных хранилищ и отказа от российского СПГ с 1 января 2026 года. Во-вторых, рынок верит в это, и начинается самосбывающийся прогноз, говорит Юшков. Это программирует высокие ценники.
«При этом мало обсуждается другая проблема. По мере опустошения хранилища обычно снижается его способность отдавать газ за сутки. Газ под землей еще есть, но получать его с прежней скоростью уже трудно.
Поэтому особенно опасно продолжительное похолодание во второй половине зимы, когда запасы газа израсходованы. Средний процент заполнения по Европе скрывает эту уязвимость отдельных стран»,
– говорит эксперт ИРТТЭК Михаил Вакилян.
По прогнозу Юшкова, ЕС выйдет из отопительного сезона весной 2027 года опять с опустошенными подземными хранилищами, а значит, опять надо будет много закупать газа на будущую зиму. И это будет удерживать цены на газ на европейском рынке и в следующем году, считает эксперт ФНЭБ.
Этот газовый кризис не приведет, скорее всего, к физическому дефициту, но приведет к большим экономическим проблемам. «Цены будут высокими, как на оптовом рынке, так и в рознице. Вырастет стоимость электроэнергии, отопления, ЖКХ. Начнут больше потреблять уголь как естественную замену газа, и цены на уголь тоже увеличатся. Особенно сильно пострадают промышленные потребители, которые станут неконкурентоспособными на глобальном рынке по сравнению с Россией, США и Китаем, которые будут в более выгодном положении. Европейские заводы начнут сокращать выпуск», – говорит Юшков.
«Главной угрозой я считаю именно сокращение производства из-за дорогой энергии. Домохозяйства защищены при распределении газа, хотя от роста счетов эта защита не освобождает. Но предприятия могут начать сокращать выпуск задолго до принудительных ограничений поставок. Европа способна пройти зиму без массовых отключений населения, но одновременно потерять часть промышленного производства. Если газа хватит благодаря остановленным заводам, считать такую зимовку экономическим успехом будет трудно», – заключает Вакилян.