Взрыв на иранском нефтяном танкере произошел в пятницу в результате двух ракетных ударов, сообщил официальный представитель МИД Ирана Аббас Мусави. Танкер был поражен двумя ракетами примерно в 60 милях (почти 100 километров) от порта в Саудовской Аравии. «Проверка, проведенная национальной танкерной компанией Ирана, показывает, что иранский танкер... был атакован два раза с разницей примерно в 30 минут и получил повреждения», – сказал Мусави. Тегеран изучает обстоятельства происшествия и выясняет, кто стоит за нападением. По словам Мусави, произошла большая утечка нефти, что привело к сильному загрязнению окружающей среды.
Иранская телерадиокомпания IRIB, в свою очередь, сообщила, что в настоящее время танкер прекратил движение, а экипажу удалось снизить до минимума утечку нефти и избежать возникновения и распространения пожара.
Случаи нападения на нефтяные объекты в регионе участились в последнее время. Меньше месяца назад дроны атаковали заводы крупнейшей саудовской компании Aramco, что привело к сбою нефтедобычи королевства. Цены на нефть сразу подскочили на 20%. Правда, саудитам удалось быстро отремонтировать заводы, и цены на нефть вернулись на прежние уровни – ниже 60 долларов за баррель.
До этого в июне два танкера, принадлежащие норвежской и японской компаниям, потерпели бедствие в Оманском заливе у побережья Ирана. Танкеры пострадали от торпедной атаки.
«Все эти истории связаны между собой. Они направлены на эскалацию ситуации в Персидском заливе, на раскрутку напряженности в регионе»,
– говорит ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
Главный вопрос, кто же стоит за всем этим? Если это был теракт, то почему никто не взял на себя ответственность за нападение, удивляется Антон Быков, главный аналитик ЦАФТ (Центр аналитики и финансовых технологий). Список «подозреваемых» в итоге не такой и большой. Это могут быть США, Саудовская Аравия, Израиль или даже сам Иран.
Юшков считает, что нынешний удар по иранскому танкеру могла совершить Саудовская Аравия. За атакой дронов, возможно, стоит она же. Поэтому удар беспилотников по нефтяным активам саудитов и оказался не таким разрушительным, как могло бы быть. Последствия от нападения на танкеры в Ормузском проливе тоже оказались незначительными – там даже разлива нефти не произошло.
«Для саудитов это беспроигрышный вариант. Мировое сообщество уже признало Саудовскую Аравию жертвой атаки Ирана или хуситов, за которыми тоже стоит Иран. Атака на танкеры должна спровоцировать Тегеран на открытый ответный удар. Тогда саудиты смогут показать союзникам, что им нужна защита и полномасштабная война», – объясняет логику Юшков.
Зачем Эр-Рияд хочет спровоцировать военный конфликт с Ираном? Здесь наблюдается целый клубок как политических, так и экономических причин.
Во-первых, Саудовской Аравии выгодно повышение цены на нефть. Дело в том, что если для России 65 долларов за баррель – вполне комфортная цена, то Саудовской Аравии нужна более дорогая нефть – от 80 долларов и выше. Пятилетие низких цен на нефть далось саудитам тяжело. Экспорт нефти дает стране 90% экспортных доходов, более 3/4 бюджетных поступлений и почти половину ВВП страны. Когда цены на нефть обвалились, саудиты стали быстро проедать накопленные в «жирные» нефтяные годы резервы. Бюджет Саудовской Аравии на 2019 год сверстан с дефицитом 35 млрд долларов – и то при условии роста поступлений от продажи нефти на 10%. Для этого нужны цены выше 80 долларов за баррель, чего нет.
Чтобы добрать недостающие средства, саудиты даже решились провести IPO национальной нефтяной компании Saudi Aramco. И, конечно, в надежде остановить слишком быстрое таяние резервов. Чем дороже будет стоить нефть, тем выгодней удастся разместиться и привлечь больше денег под низкие проценты.
Именно поэтому Саудовской Аравии нужен не просто сиюминутный скачок цен на нефть, ей нужна долгоиграющая история, которая сможет поддерживать цены на нефть на протяжении месяцев. Это может произойти, например, в случае полноценной военной операции Запада или Саудовской Аравии против Ирана.
Война с Ираном выгодна Саудовской Аравии и с политической точки зрения. «Во-первых, это поможет в традиционном противостоянии суннитов против шиитов. Во-вторых, если Иран рухнет, тогда он не сможет поддерживать хуситов в Йемене, и саудиты решат эту проблемы. Саудиты выиграют в противостоянии с иранцами и на других фронтах – в Ливии, Сирии, так как внимание Тегерана переключится на внутренние проблемы, на сохранение исламского режима», – поясняет эксперт ФНЭБ.
Однако удастся ли саудитам такими методами спровоцировать войну? Ведение войны с Ираном в одиночку Эр-Рияд явно не рассматривает: раз уж они с хуситами никак не могут справиться, то иранцев им подавно не одолеть. Им нужно привлечь союзников, а вот это сделать будет сложно.
«Американцы не хотят начинать войну против Ирана. Им сейчас не до этого, у них выборы на носу. Зачем перед выборами втягивать США в огромный конфликт? Если бы Трамп откровенно проигрывал, то такая решительность могла бы дать ему очки. Но у Трампа сейчас сильные позиции, и шансы на переизбрание велики. Поэтому нет смысла втягиваться в иранскую военную кампанию, которая может быть расточительной. Тогда как Трамп пришел с лозунгами не тратить много денег на подобные операции», – считает Игорь Юшков. Поэтому Саудовская Аравия, скорее всего, продолжит провоцировать подобные конфликты в регионе.
Впрочем, возможно, что иранцы и саудиты играют в эту игру вместе.
«Здесь и общие интересы в повышении цен на нефть, здесь и слухи о том, что обе страны в последнее время сблизились, несмотря на шумиху об атаке Ирана на нефтяную инфраструктуру Саудовской Аравии. Особенно показательным моментом состоятельности этой неожиданной версии является минимальный материальный ущерб для Ирана. Это очень похоже на преувеличенные «катастрофические» последствия от атаки на саудитов», – не исключает Антон Быков. «Если версия о связке Ирана и Саудовской Аравии верна, то в зависимости от динамики нефти и будет развиваться эта «конфронтационная» история двух стран. Естественно, чем ниже будут нефтяные котировки, тем острее будут заявления стран и чаще акции устрашения общественности», – считает он.
Военная кампания в Иране – это самый худший сценарий развития событий. Стоит напомнить, что Иран в состоянии перекрыть Ормузский пролив, через который проходит треть всего экспорта нефти. Война может поднять нефтяные котировки до 100-150 долларов за баррель.
Впрочем, если Иран и Саудовская Аравия продолжат показывать спектакль конфронтации, то это тоже будет неплохо, так как это будет поддерживать нефтяные цены от снижения по причине замедления мировой экономики. «В такой ситуации баррель Brent к декабрю 2019 года может проваливаться до 50-55 долларов, но к февралю 2020 года вернется выше 60-65 долларов. Для рубля такой сценарий означает уже привычный диапазон в 63-68 за доллар», – прогнозирует Антон Быков.