Правительство посчитало, что уже в этом году может недосчитаться 200 млрд ненефтегазовых доходов бюджета. И депутаты разрешили при необходимости взять их из Резервного фонда. Соответствующая поправка была во вторник поддержана депутатами при рассмотрении во втором чтении законопроекта, направленного на оптимизацию количества оснований для внесения изменений в свою бюджетную роспись.
Денег может хватить на один год, а можно растянуть резервы и на десять лет
В России действует бюджетное правило, по которому нефтегазовые доходы сверх заложенной в бюджете цены на нефть идут в Резервный фонд. Когда Резервный фонд равен 7% ВВП страны, средства начинают направляться в Фонд национального благосостояния. Бюджетное правило нужно для того, чтобы в тучные годы не потратить все сверхдоходы, а скопить на черный день. Это снижает зависимость бюджета от перекосов в экономике. Когда ситуация в экономике ухудшается, а цены на нефть оказываются ниже заложенной в бюджете (что означает дефицит бюджета), страна может еще несколько лет относительно безболезненно жить на накопленное.
Сейчас в России именно такая ситуация: вместо ожидаемого экономического роста в 3–4% в реальности будет около 1%, и это в лучшем случае. Понятно, что из-за этого налоговые поступления снижаются. Вкупе с этим во втором полугодии произошло еще и снижение цен на черное золото – Brent уже обновил двухлетние минимумы.
Однако в Минфине все еще надеются, что в этом году распечатывать резервы страны не потребуется. По крайней мере министр финансов Антон Силуанов настроен оптимистично: «В этом году мы не планируем использовать средства Резервного фонда, а наоборот – возможно, будет небольшое его пополнение. Посмотрим, как будут исполняться доходы», – заявил глава Минфина во вторник.
Силуанов в целом против того, чтобы начинать тратить «подушку безопасности»: лучше, по его мнению, еще больше сокращать расходы. Жесткость бюджета и бюджетного правила он обосновывает так: «Если бы мы весной решили увеличить расходы бюджета примерно на один процентный пункт, то мы настолько бы залезли в резервы и уменьшили бы наш Резервный фонд».
Судя по всему, Силуанов в своем оптимизме исходит из того, что бюджет справится в этом году благодаря девальвации рубля. В начале октября российская валюта обесценилась до 40 рублей за доллар и 50 рублей за евро.
«Российский бюджет по-прежнему очень сильно зависит от доходов экспортеров. И ослабление рубля автоматически увеличило их доходы в рублевом выражении. Плюс раскрутило инфляцию, которая по факту может составить 9–10%. Рост цен также увеличивает доходы бюджета в номинальном выражении», – говорит директор аналитического департамента «Альпари» Александр Разуваев.
К сожалению, финансовые проблемы государства решаются за счет девальвации и инфляции, то есть за счет населения. «По факту с учетом роста цен пенсии, пособия и зарплаты бюджетников оказываются меньше заявленных изначально сумм», – добавляет Разуваев. Частные компании также ориентируются на зарплаты бюджетников.
Надо еще жестче
Даже если в этом году удастся пополнить резервы страны, то вот в 2015 году, скорее всего, придется этими резервами активно пользоваться. Этого не исключает уже ни Минфин, ни правительство в целом. Накануне Владимир Путин как раз подписал закон, разрешающий с 1 января 2015 года направлять дополнительные нефтегазовые доходы, предназначенные для пополнения Резервного фонда, на покрытие дефицита бюджета.
Несмотря на то, что бюджет 2015 года составлен по бюджетным правилам, базовая цена на нефть, исходя из которой считаются расходы бюджета (на уровне 96 долларов за баррель), «сегодня уже кажется нам высокой», говорит Антон Силуанов. Он напомнил, что Минфин сократил (или перенес) расходы на следующие три года более чем на триллион рублей, однако бюджет на 2015–2017 годы все равно сформирован с ежегодным дефицитом на 0,6% ВВП. Минфин считает, что безопасней еще больше сократить бюджетные расходы.
«Нужно было бы планировать бюджет более жестко, с профицитом», – считает глава Минфина. Возможно, в следующем бюджетном цикле правительство так и поступит, а именно сократит расходы бюджета еще больше, чтобы иметь сбалансированный и даже профицитный бюджет, не исключает Силуанов. По его словам, это просто необходимо, потому что «любое изменение внешних условий для бюджета в таком случае не будет иметь существенного значения». В качестве примера он привел бюджет этого года, который был сформирован с профицитом, и, несмотря на ухудшение конъюнктуры, у правительства сейчас есть возможность профинансировать все расходы в полном объеме.
Базовая для проекта бюджета на 2015 год цена на нефть в 96 долларов за баррель действительно выше текущей цены – 92 доллара за баррель (с середины июня она упала на 7%). Причина, с одной стороны, в росте предложения – Ливия и Ирак наращивают добычу, из США начали экспорт нефти, а с другой – ожидаемое снижение спроса на фоне наметившегося замедления экономик еврозоны и Китая, поясняют в Центре развития ВШЭ.
Пока сценарий резкого падения цен на нефть многие экономисты не рассматривают. Однако и на высокую стоимость не рассчитывают.
Даже если цены на нефть не пойдут дальше вниз, это все равно означает переход бюджетной системы от накопления к использованию ранее накопленных средств Резервного фонда для финансирования расходов, считают эксперты ВШЭ. А если цена на нефть упадет до 85 долларов за баррель в 2015 году (это негативный сценарий), то дефицит федерального бюджета может составить 1,3% ВВП, посчитали они.
И здесь уже не поможет продолжающаяся девальвация рубля. А рубль будет слабеть в 2015 году при любом сценарии, кроме роста цен на нефть свыше 100 долларов за баррель, ожидают в ВШЭ.
Эксперты Центра развития НИУ ВШЭ предупреждают, что «текущее ухудшение ключевых макропоказателей и оценки перспектив следующего года позволяют говорить, что российская экономика движется по кризисной траектории, и этот процесс пока только ускоряется».
В следующем году дефицит бюджета окажется хуже ожиданий правительства, потому что велика вероятность, что ФРС США начнет повышать процентную ставку, считает Александр Разуваев. Это, по его словам, автоматически укрепит доллар ко всем мировым валютам, приведет к падению фондовых рынков, в том числе российского, а главное – сыграет против цен на нефть.
Чем может ответить правительство РФ на падение цен на нефть? Оно может продолжить опускать рубль, однако до бесконечности делать это не получится. Другой вариант: использовать выпуск еврооблигаций для финансирования дефицита бюджета. Однако для России рынки внешних займов закрыты. «Если бы не было политического негатива, наверное, было бы правильно размещать еврооблигации сейчас, до начала цикла роста процентных ставок в США, – говорит Разуваев. – Однако Запад перекрыл России финансовый кислород. Это плата за неофициальную поддержку Донецка и Луганска». Поэтому у России остается один вариант – рассчитывать на внутренние накопленные резервы.
Внутренние резервы – это, по сути, сейчас единственный оставшийся источник необходимой ликвидности для корпоративного сектора России, которому к 2018 году надо исполнить обязательства более чем на 200 млрд долларов, указывает руководитель аналитического департамента ФК AForex Артем Деев. Ведь на рефинансирование долгов на Западе рассчитывать не приходится. Самые высокие долги сейчас у нефтегазового сектора, которому до конца 2015 года надо выплатить около 43 млрд долларов, за ним следуют электроэнергетика (15,4 млрд долларов) и металлургическая отрасль (15 млрд долларов).
«Эти деньги нужно будет откуда-то брать. Разумеется, речь идет о наших запасниках: международных резервах, ФНБ и Резервном фонде», – говорит Деев.
На сколько хватит средств в Резервном фонде, зависит от цен на нефть и политики правительства по его расходованию. Денег может хватить на один год, а можно растянуть и на десять лет, говорит аналитик «Инвесткафе» Тимур Нигматуллин. На 1 октября 2014 года Резервный фонд составил 3,545 трлн рублей (эквивалентно 90 млрд долларов), увеличившись за сентябрь на 4,7%, Фонд национального благосостояния вырос на 4% – до 3,277 трлн рублей.